Ну, понеслось!

– Давайте все спокойно обсудим, Кирилл Борисович!
– скрывая досаду, нахмурившись, начал мой босс.
– Договоры заключаются с организациями, зарекомендовавшими себя производителями качественных товаров. Зачастую у нас и выбора нет, с кем сотрудничать...

– Отлично. А теперь давайте проверим текст договора, где обговариваются гарантии, что поставщики компенсируют наши потери в случае нарушения сроков поставки.

И начался тщательный разбор полетов, затянувшийся на полчаса...

Бедный мой начальник! Под таким напором обвинений и.о. директора, я была бы готова сознаться во всем - начиная с вооруженного ограбления сберкассы кончая самоубийством.

Но Роман Николаевич выстоял, мягко перекинув вину на юридический отдел который заключил "сырые" договоры. Чем вызвал новую полемику между ним и начальником юристов.

В моменты их диалога, когда взгляд и.о. директора мимолетом попадал на меня, у него на губах появлялась неуважительная ухмылка, во взгляде - раздражение, в жестах - резкость.

Я расправила плечи и, ловя на себе неприятие шефа, возвращала ему равнодушную безмятежность. Несомненно, он испытывал презрение по отношению ко мне еще с момента, когда непонятно с чего заподозрил, что я связана с врагами.

Закатив глаза, я отключилась от происходящего. Да плевать, что обо мне думает этот тип! Дашкинс вернется из свадебного путешествия, я тотчас же уеду!

На этот раз на совещании я отделалась легким испугом и кроме неприязненных взглядов Кирилл Борисович меня ничем не зацепил.

Что делать, насильно мил не будешь!

***

Я легко выскользнула из своего кабинета и пошла к начальнику за копиями документов, которые нужно перевести до завтрашнего дня, когда услышала какой-то возбужденный гул, доносившийся с первого этажа. Романа Николаевича у себя не оказалось и мне пришлось идти на его поиски вниз.

Сердце гулко забилось, я покрепче схватилась рукой за перила, когда добравшись до середины лестницы увидела, что светлый мраморный холл первого этажа полон служащих, которые, словно зрители в театре на миг примолкли, ожидая выступления. На мысль о театре наводила дорогостоящая деловая одежда окружающих. Что тут происходит?!

Разглядывая непонятное действо, медленно спустилась и подошла ближе. И тут же заметила в толпе своего пропавшего начальника Романа Николаевича и всех знакомых сотрудников и даже и.о. директора... который самолично растаскивал двух драчунов.

Один из них был мне знаком, молодой брюнет с темными глазами. Я часто видела его раньше на пункте охраны. Кирилл Борисович схватил его за шею и с силой отвернул от противника - широкоплечего мужчины в годах с проседью в волосах. Это вызвало гул неодобрения в толпе, они явно переживали за своего, молодого брюнета.

Но тут меня среди сотрудников заметил Ник, как никогда явившийся сегодня в офис в черном деловом костюме, "изменив" тем самым, своему извечному, спортивному. Отодвинув справа от меня соседей, подступил вплотную и, склонившись, шепнул:

– Пойдемте, Люда. Шеф увидит - ругаться начнет.

Он был прав, не успела я спросить "почему?", как раздался ледяной голос Кирилла Борисовича, в котором проскальзывал настоящий рык.

– Людмила Сергеевна, у вас все дела завершены?

Скрывая жуткую неловкость от обращенных на меня любопытных взглядов сотрудников, я неуверенно кивнула и пошла назад к себе. Нагнавший меня Ник, взял под локоть и, вежливо поддерживая, медленно повел к лестнице, превратив постыдное бегство от сотен глаз в солидное возвращение. За что я была бы ему даже благодарна, если бы не ощущала себя бредущей в свой кабинет под конвоем.

Молчала - переживая позор. Хотелось в раздражении скинуть невесомую руку Ника с локтя, но он как бы был за меня и я сдержалась.

Самое интересное никого не шокировало поведение директора! В голове копились вопросы, щедро приправленные обидой. Там собрались все сотрудники, так почему, он выставил только меня? Почему никого не удивило его самоличное вмешательство в драку? И почему всем находящимся в холле было понятно, что я лишняя?

Мой провожатый тоже угрюмо молчал, и только, когда мы вошли в мой кабинет, запинаясь, будто обдумывая каждое слова, произнес:

– Людмила, не расставайтесь так. Он больше шумит, чем делает, - уныло сказал начальник охраны и сел на стул для посетителей, которых впрочем, у меня и не бывает.

– А что он еще и что-то сделать может?
– вскинулась я, в удивлении посмотрев на собеседника.
– Да я и не расстраиваюсь! А просто соберусь и уеду. Зачем мне расстраиваться?!
– язвительно сказала я, опускаясь в свое кресло.

– Не надо уезжать! Скоро вернется Тео, простите, Федор Георгиевич с Дашей...
– тихо произнес Ник, всматриваясь в мое лицо, серьезно я говорю или нет.

– Я поняла, а почему его замещает этот...
– поджав губы, с досадой спросила я, не зная как прилично назвать и.о. директора.

– Тут такое дело...
– он вздохнул и с неудовольствием потер лоб, обдумывая ответ.
– У Кирилла Борисовича свой... бизнес, а тут он только потому, что дружит с Федором Георгиевичем... поэтому драка.

– А причем тут драка?
– совсем потеряв нить его рассуждения, понизив голос, с удивлением спросила я, в недоумении откинувшись на спинку кресла.

– Это сцепились... его и наш охранники, а он не умеет как Тео... ну, дипломатично решать такие споры, вот и полез пояснять...

– Кулаками?!
– излишне повысив голос, нервно спросила я, в голове что-то явно не сходилось. Ну ненормально это для такой организации, как и для его должности.

– Э... да. Иногда только это и помогает, - у начальника охраны строительной корпорации очевидные проблемы с риторикой.

– Что?! Надавать подчиненным тумаков?
– желчно спросила я, для успокоения укладывая на своем столе остро заточенные карандаши симметричным узором.

– Ну, он не дрался. Просто их развел, - неуверенно заступился Ник за босса. Чем вызвал мое крайнее неодобрение.