Няка
Шрифт:
– Ты правда так думаешь? Я не хотела тебе говорить до свадьбы, сколько я вешу… в общем, это жесть… 86 кило.
– Не может быть! – фальшиво удивился Максим. Он мог на глаз определять вес человека с погрешностью не больше двух килограммов и уж, конечно, не заблуждался насчет своей благоверной.
– Я хочу испытать на себе твои придумки. Должна же я знать, во что вбухала такую прорву деньжищ!
– Испытать? А что, давай попробуем. Честно говоря, это самая большая моя проблема. Апробировать-то не на ком. Лабораторные мыши не в счет…
– И что, твои крыски реально
Последующие две недели Ульяна бесчинствовала у шведского стола, объедаясь пиццей, десертами и мороженым. Когда, вернувшись домой, она встала на весы, на дисплее высветилось 93,8. До таких показателей она не разъедалась еще никогда.
– Ну, где там твои порошки, таблетки и капли? – бесцеремонно вломилась она в кабинет мужа. – Давай, делай из меня топ-модель.
– Мне нужно подкорректировать одну формулу, а завтра с утра начнем. Буду работать всю ночь.
– А шпили-вили?
– Лулу, ну что за вульгарные выражения. То, что ты называешь шпили-вили, не может быть каждую ночь. В жизни есть и другие занятия. Ты же хочешь похудеть? Значит, дай своему няке хорошенько подумать, – и он мягко выпроводил ее из кабинета.
На следующее утро Брусникин поставил перед женой стакан зеленоватого раствора:
– Пей. Это должно потрясающе подействовать.
Ульяна с готовностью выпила снадобье. Через час у нее открылась рвота, потом к ней присоединился понос.
– Что со мной? – испуганно хватала она за руки Максима.
– Все нормально. Так и должно быть первые пять-семь дней. Я усовершенствовал формулу и добавил в нее зеленый мексиканский халапупс…
– Халапупс?
– Что тебя так удивляет? В своих разработках я использую редкие образцы флоры со всего мира. Травы и растения по моему заказу собирают десятки агентов на всех континентах…
– А когда я начну худеть?
– По моим расчетам – когда через пару дней встанешь с постели. Если не ошибаюсь, ты будешь приятно удивлена.
Через три дня Брусникин торжественно взвесил жену. Оказалось, что она сбросила семь килограммов.
– Ты гений! – бросилась ему на шею Ульяна.
– Отличный эффект, – польщенно улыбался Максим.
– Но этого мало. Надо еще три, а то и четыре раза по столько же!
– Я подкорректирую формулу, – нахмурился Брусникин. – Халапупс эффективен для запуска метаболизма, но поддержать его лучше каракумской колючкой. Как удачно, что именно вчера мне прислали небольшую порцию отборного сырья.
Через месяц в Кибильдит было всего 75 килограммов. Потеря веса составила 18 кило. Ульяна ликовала в меру своих сил. А их было немного: после курса халапупса и колючки она чувствовала себя как после недели в концлагере.
На исходе второго месяца их совместной жизни к Ульяне приехал управляющий, который после смерти Кибильдита вел их бизнес. Увидев молодую хозяйку, он не смог сдержать эмоций:
– Что с вами, Ульяна Евгеньевна? Вы здоровы?
– А что во мне не так, Юрий Борисович? – слабо пошутила Ульяна, кутаясь в палантин. В последнее
время ей постоянно было зябко. – По-моему, я как раз начинаю становиться похожей на человека.– Простите, я, может, лезу не в свои дела, но вид у вас болезненный.
– Да? А я считаю, что я еще довольно жирная корова. Мне худеть и худеть.
– А что об этом думает ваш муж? Он это одобряет?
– Мой муж имеет медицинское и химическое образование, так что весь процесс идет под его чутким руководством! – высокомерно обронила Ульяна. – Кроме того, он сам составляет для меня все эти лечебные курсы и сам придумывает…
В этот момент в комнату вошел Максим. Приобняв Ульяну, он натянуто рассмеялся:
– Ну зачем ты фантазируешь, любимая? Юрий Борисович может и правда поверить, что я сам выписываю тебе лекарства. А какое я имею на это право, если у меня нет медицинского образования?
Ульяна чуть заметно надулась и замолчала.
А вечером недовольно обронила:
– И зачем надо было меня парафинить перед Борисычем?
– А зачем ты болтаешь лишнее?
– Ой, прости, не знала, что это государственная тайна, – ернически парировала Кибильдит.
– Это не государственная тайна, но пока мы не апробировали препарат и не получили на него патент, об этом не надо распространяться. И что может подумать человек, увидев, как ты похудела после свадьбы? Что я тебя голодом морю? Ты упорно не хочешь думать о моей репутации.
Реакция управляющего на изменения внешнего вида Ульяны встревожила Брусникина. Как бы в их отношения не вмешались враждебные силы… Ему было важно удерживать над женой абсолютную власть. Поэтому спустя пару дней он сказал:
– Знаешь, Лулу, мне неприятно жить среди призраков. Давай уедем ко мне на родину. Ты не представляешь, как у нас красиво. И уж точно никогда не бывает такого смога.
– К тебе на родину? – заинтересовалась Лулу.
– Да. Найдем домик в пригороде, я буду заниматься наукой, а ты чем хочешь на свое усмотрение.
– А мой бизнес? А учеба?
– Я же вижу, что тебе не интересно ни то, ни другое. Что сделается твоему бизнесу? Борисыч опытный менеджер. Тебе остается только снимать сливки и радоваться жизни.
– Всю жизнь мечтала запереть себя в деревне! В 18-то лет! – фыркнула Ульяна, хотя было видно, что эта мысль ее заинтересовала.
– Но если ты меня любишь так, как говоришь… Подумай сама, это же так здорово – когда есть ты, я и больше никого.
– А, ты наконец-то хочешь заняться шпили-вили, – «догадалась» Ульяна. – Кстати, мы уже недели три этого не делали.
– Каким надо быть скотом, чтобы требовать этого от жены, которая неважно себя чувствует?! Ну что, когда выезжаем?
Первые недели в Эмске они жили в гостинице. Брусникин сразу отказался от покупки дома, предложив пока ограничиться съемным жильем.
– Со временем я надеюсь заработать на своих препаратах и как настоящий мужчина, выстроить для нас собственный дом, – втолковывал он Ульяне.
– Но почему ты не знакомишь меня со своими друзьями? Почему мы не ходим в ночные клубы? Неужели в этой дыре ничего нет?