О Любви

Любая помощь ребенку – это неправильно. Ошибочна сама идея о том, что ребенку нужно помогать. Ребенок нуждается в твоей любви, а не в помощи. Ребенок нуждается в заботе, поддержке, но не в помощи. Мы не знаем, что ребенку дано от природы, поэтому не можем оказать ему «правильной» помощи в раскрытии его природного потенциала. Нельзя помочь, если цель неизвестна; все, что ты можешь сделать, – это не вмешиваться. На самом деле, под вывеской «помощи» все вмешиваются в жизнь друг друга; и поскольку вывеска выглядит красиво, никто особо не возражает. Конечно, ребенок так мал, он так от тебя зависит, что не способен возражать.

И все вокруг ничем от тебя не отличаются: им, как и тебе, помогали родители. Ни они не раскрыли потенциала, данного им от природы, ни ты. Ни у кого ничего не получается, несмотря на все усилия родителей, семьи, родственников, соседей, учителей, священников. На самом деле, все настолько обременены помощью, что под ее тяжестью… Что там говорить о раскрытии природного потенциала, если человек и неприродный раскрыть не в состоянии! Он не может сдвинуться с места; на плечах каждого из вас лежит груз величиной с Гималаи.

Всем, кого ты видишь вокруг, оказывали помощь, всем очень сильно помогали стать тем, кем они стали. И тебе помогали; теперь ты тоже хочешь помочь своим детям? Все, что ты можешь сделать, – это любить и заботиться. Согрей их своим теплом, прими их. Ребенок несет в себе потенциал, который нам не известен, и не существует способов узнать, кто из него вырастет. Так что невозможно сказать наверняка: «Ты должен помогать ребенку так-то». Каждый ребенок уникален, поэтому не может быть общего правила для каждого ребенка.

Правильно было бы вообще никак ребенку не помогать. Если ты по-настоящему смел, пожалуйста, не помогай ребенку! Люби его, заботься о нем. Позволь ему делать то, что ему хочется. Пусть он идет туда, куда ему хочется. Твой ум снова и снова будет уговаривать тебя вмешаться и придумает для этого множество достойных оправданий. Ум очень изворотлив в своих рассуждениях: «Если ты не вмешаешься, может случиться беда; ребенок, если его не остановить, может упасть в колодец» Но я говорю тебе: лучше позволить ребенку упасть в колодец, чем броситься на помощь и тем самым разрушить ребенка.

Весьма маловероятно, что он все-таки упадет в колодец, но и это не значит, что он там погибнет; его можно будет вытащить. А если ты и вправду так беспокоишься, то можно колодец накрыть; но не помогай ребенку, не вмешивайся. Можно обнести колодец оградой, но не мешай ребенку. По-хорошему, ты должен позаботиться о том, чтобы убрать с пути ребенка все опасности, но не трогай его самого; пусть он идет своей дорогой.

Тебе нужно будет разобраться в некоторых важных законах развития человека. Жизнь делится на семилетние периоды, ее движение происходит циклами по семь лет – подобно тому как Земля за двадцать четыре часа делает один оборот вокруг своей оси. Никто не знает, почему этих часов не двадцать пять или двадцать три. На этот вопрос ответа нет; это просто факт. Поэтому не спрашивай меня, почему жизнь делится на периоды по семь лет. Я не знаю. Я знаю только, что эти семилетние периоды существуют, и если ты разберешься в них, то очень многое поймешь в развитии человека.

Первые семь лет – самые важные, потому что в этот период закладывается основа всей жизни. Вот почему все религии так стараются как можно быстрее затянуть детей в свои сети. Первые семь лет – это годы, когда тебя загоняют в рамки и пичкают всевозможными идеями, которые будут преследовать тебя на протяжении всей жизни. Они помешают тебе раскрыть свой потенциал, испортят тебя, не позволят тебе видеть четко. Их пелена всегда будет застилать твои глаза, из-за них тебе все будет представляться в искаженном виде.

Все ясно, совершенно ясно – существование предельно ясно, – но твои глаза покрыты многими слоями пыли. И вся эта пыль осела на них в первые семь лет жизни, когда ты был столь невинен, столь доверчив, что любое сказанное тебе слово принимал за истину. Впоследствии тебе будет очень сложно обнаружить все, что стало твоим фундаментом: оно вошло в твою плоть и кровь. Ты станешь задавать сотни разных вопросов, но никогда не спросишь о том, что стало фундаментом, основой твоих верований.

Первейшее проявление любви к ребенку – в первые семь лет жизни сохранить в нем невинность и естественность, чтобы целых семь лет он оставался полным дикарем, варваром. Его не следует обращать ни в индуизм, ни в ислам, ни в христианство. Всякий, кто пытается обратить ребенка в какую-то религию, не имеет сострадания, он проявляет жестокость: он отравляет душу юного создания, которое только появилось на свет. Ребенок еще не успел задать вопрос, а уже слышит ответ, в котором ему преподносят готовую философию, идеологию, догмы. Все это очень странно. Ребенок еще не спросил о Боге, а ты начинаешь ему втолковывать, что такое Бог. Зачем быть столь нетерпеливым? Подожди!

Если ребенок однажды проявит интерес к Богу и начнет задавать вопросы, попытайся объяснить ему не только свои представления о Нем; ведь никто не обладает монополией. Расскажи ему обо всех представлениях о Боге, существующих у разных людей разных возрастов, разных религий, культур и цивилизаций. Изложи ему все представления о Боге и скажи так: «Из них можешь выбрать то, что тебе нравится. Или, если тебе ничего не подходит, можешь придумать что-то свое. Если все это кажется тебе неподходящим и ты считаешь, что можешь выступить с лучшей идеей, придумай что-то сам. А если ты обнаружишь, что выработать свое суждение, лишенное недостатков, невозможно, тогда оставь все это. Тебе это не нужно».

Человек может обойтись и без Бога; никакой особой необходимости в Нем нет. Миллионы людей прожили без Бога, так что Бог – это не то, в чем неминуемо нуждается каждый человек. Ты можешь сказать ребенку: «Да, у меня есть свое представление; и оно также является сочетанием разных идей из тех, о которых я тебе рассказал. Ты можешь остановиться на нем, но я не говорю, что мое представление правильное. Мне оно нравится, а тебе может не понравиться».

Не существует внутренней необходимости в том, чтобы сын соглашался с отцом, а дочь соглашалась с матерью. На самом деле, мне кажется, что гораздо лучше было бы, если бы дети не соглашались с родителями. Так происходит эволюция. Если каждый ребенок будет соглашаться с отцом, никакой эволюции не случится, ведь каждый новый отец будет соглашаться со своим собственным отцом, и все так и останутся там, где Господь оставил Адама и Еву – нагими у ворот Райского сада. Все около них и застрянут.

Люди эволюционировали потому, что сыновья и дочери расходились во взглядах со своими родителями. Весь процесс эволюции – это грандиозный разлад с прошлым. И чем ты умнее, тем больше будешь спорить. Но родителям нравится ребенок, который соглашается, а ребенка, который им возражает, они бранят.

Ребенку, до семи лет сохранившему свою невинность, не затронутому чужими идеями, уже ничто не помешает раскрыть свой внутренний потенциал. Первые семь лет жизни ребенка – самые уязвимые. В это время он находится в руках родителей, учителей, священников…

Как уберечь детей от родителей, священников, учителей – это проблема настолько огромной важности, что найти ее решение представляется почти невозможным. Проблема не в том, как помочь ребенку. Проблема в том, как его уберечь. Если у тебя есть ребенок, защити его от себя. Защити ребенка от других людей, которые могут оказать на него влияние: оберегай его хотя бы до семи лет. Ребенок подобен маленькому растению, слабому, нежному; даже сильный порыв ветра может его уничтожить, любое животное может его съесть. Ты можешь возвести вокруг него защитное ограждение – но это не тюремное заключение, ты лишь оберегаешь его. Когда растение немного подрастет, ограду уберут.