O(r/d)dinary

Дальше ноги несут вверх по лестнице сами. Глаза с тревожным интересом смотрят выше, дальше, пока не встречаются с освещённой розовым светом комнатой.

"Слева... Разве слева минуту назад была ещё одна дверь?..."

Мысль проскальзывает и тут же угасает.

Ликс робко, почти на цыпочках, пробирается всё выше и чувствует, как уши начинает закладывать от стука часов. Самых разных часов, были даже с кукушкой, что как будто ждала гостью и с громким "ку-ку" открыла маленькую дверцу, стоило Ликс немного приблизиться. Эванс от неожиданности едва удержала равновесие и не опрокинула тумбу с горящими свечами.

Вновь шорох слева.

Сверху "на зов подопечной" спускается девушка в огромном чёрном берете со значками. Каштановые волосы спадают волной ниже поясницы, полосатый костюм слегка выделяет тонкую талию, на ухе повисла серёжка, а на шее ровной нитью лежит жемчужный чокер.

Сначала местнаяЧасовая будто бы не замечает Ликс, но после пришедшего на наручные часы сообщения, круглые глаза безразлично встречают нового человека в здании клуба. Она молчит. Лишь с головы до ног оглядывает.

Ликс сглатывает, но страх пытается не показывать. Хотя, на деле, от него чуть ли волосы не встают дыбом.

А девушка в берете разрывает зрительный контакт и отходит. Как ни в чём не бывало забирается на квадратную тумбу неподалёку. Закапывает каплями большие глаза и открывает какую-то рпг на телефоне. Будто ничего особенного не происходит. Будто бы так происходит каждый день.

Ликс кажется, что это лучшая возможность сбежать, пока странная ничего не натворила. Стук часов уже отталкивается от стенок где-то в голове.

Ликс бросилась к лестнице и понеслась вверх, как можно быстрее, чувствуя на себе долгий, пристальный взгляд.

Здание всё больше походит на лабиринт. Лестницы петляют то вверх, то вниз, то влево, то вправо. Какие-то переходят в узкие коридоры, а какие-то строят с соседствующими новые и новые конструкции.

Разные материалы, форма, оформление – кажется, что клуб был сшит несколькими людьми из разных поколений, а нынешние его обитатели только по-своему его дополняли.

И первопроходцев клуб недолюбливал.

Ноги сами собой несут в сторону шума и света, который в проносящихся мимо помещениях окрашивается в разные цвета. Табличка "Выход" то и дело появляется в разных местах и тут же исчезает. Обманывает.

В следующей комнате, которую находит Ликс, розовый свет переливается в алый. На стене ведущего к ней узкого лестничного прохода прикреплены фотографии.

Кажется, их даже несколько сотен наберётся. И на многих одни и те же лица – дети, подростки, взрослые парни и девушки.

Кого-то Ликс видела.

На столбе. С подписью «пропал».

Хотелось бы верить в то, что зрение и память в самый неподходящий момент обманывают. Но по спине от осознания сходства уже пробежались мурашки.

Взгляд Ликс упирается в другие, пустые, совсем чёрные полароиды. Они засвечены? Это совсем новые карточки? Или, может, проявляются под действием тепла?

Эванс тихо спускается по проходу в комнату. Аккуратные пальцы притрагиваются к пустым снимкам.

Пока слева не ослепляет снежно-белая вспышка.

Когда мир слегка проясняется, перед Ликс предстаёт фигура парня в розовом костюме, с короткой тёмной стрижкой и очками на носу. Тот медленно опускает объектив фотоаппарата, из которого выезжает получившийся снимок.

Ликс в недоумении.

На маленькой карточке изображена девочка со связкой разноцветных шариков. Щеки ее покрыты веснушками, от широкой улыбки на них проступили ямочки.

Ликс знала эту девочку. Это была она сама, вот только лет пятнадцать назад.

Неизвестный молчит. Как и та, первая девушка. Во взгляде у него застыло безразличие, а вот в мыслях... В них было всего одно – "убирайся". И ни слова больше.

Несмотря на внутреннюю враждебность, неизвестный протягивает карточку в чужие руки, но разжимает пальцы в паре миллиметров от дрожащей Ликс.

Фотография летит на пол.

Ликс тут же опускается, но на полу "потери" не обнаруживает. Фотография бесследно исчезла.

Как и парень с фотоаппаратом, только что стоявший рядом.

Ликс несколько раз моргнула, но ничего не изменилось. Сколько бы она не оглядывалась, в помещении было пусто.

Паника всё больше захлестывала сознание.

Она ведь своими глазами видела, как падала фотография. Куда она делась?

"Так не бывает"

Сердце, готовое провалиться сквозь землю, вновь подпрыгивает, стоит опустить глаза обратно на пол.

Фотография спокойно лежит перед ней. А рядом, на маленьком диване, так же невероятно спокойно лежит накрытая газетой девушка. Стеклянные от страха пальцы Ликс касаются тонкого бледного запястья и не чувствуют биения чужой крови о стенки кровосплетений. Кожа оказалась настолько леденящей, что Ликс отдернула руку. Правда, будто коснулась трупа.

Ее взгляд зацепился за заголовок в газете:

"Пропал человек!"

А под ним фотография неизвестного парня в очках. Разве не его Ликс видела только что?

Ликс встаёт и приподнимает край газеты, в попытке понять, что же случилось с несчастной, и можно ли ей ещё хоть как-то помочь.

Но лежащая под ней вдруг сдергивает с себя шуршащий лист сама и встаёт.

От неожиданности Ликс падает обратно на пол и отползает назад до тех пор, пока не упирается во что-то спиной – стол. "Несчастная" всего в один шаг оказывается рядом и, резко упершись в крышку стола ладонью, заглядывает Ликс прямо в лицо.

Между ними всего несколько сантиметров. И Ликс не чувствует чужого дыхания.

У девушки тонкие красивые черты лица, очень узкий разрез глаз и слегка всклоченные "сонные" чёрные волосы по плечи, большинство из которых прячется под полосатым зелёным беретом. Бордовый костюм в красном цвете кажется кровавым.

Или же он правда был залит кровью.

Ликс не знала.

Взгляд неизвестной будто пытался заглянуть прямо в душу, раздвигая перед этим лес из рёбер. Но уже спустя мгновение живой Труп отшатнулась, стянула со стола новую газету и, рухнув обратно на диван, накрылась уже ей.