Обагрённые

— Да, это я, — растерянно кивнула Керри.

— Вашему мужу недавно сделали операцию. Сейчас он находится в реанимации, — сообщила медсестра. Молоденькая и довольно миловидная. Возможно, здесь на практике или подрабатывает.

— У вашего мужа есть медицинская страховка? — как бы невзначай поинтересовалась медсестра.

Вопрос несколько озадачил Керри. Её мысли сейчас были совсем о другом.

— Да, разумеется… Что с моим мужем? Я хочу увидеть его!

— Вам придётся немного подождать, — вежливо, но с прохладцей улыбнулась медсестра. — Я позову доктора Рида. Он вам всё объяснит. А вы пока заполните необходимые бумаги, вон там, на стойке.

— Люси! — Керри перехватила руку девушки, бросив взгляд на бейдж на её груди. — Мне необходимо повидать своего мужа!

— Разумеется, — снова улыбнулась отрепетированной улыбкой медсестра. — Я уже иду за доктором.

Она поспешно удалилась вглубь длинного коридора. Керри опустилась в одно из кресел, рассеянно уставившись в пол, даже не заметив, как ретировались полицейские, оставив её совершенно одну в холле. Не услышала она и приближающихся шагов, поэтому вздрогнула, когда над самой её головой раздался мужской голос.

— Миссис Эванс! Миссис Эванс!

Керри подняла голову и увидела врача, стоявшего подле неё. Он был высок, худощав и коротко стрижен. Очки в тонкой оправе, в свете ламп на потолке, тускло поблёскивали на его переносице.

— Я доктор Рид, — представился врач, слегка склоняясь вперёд. — Александр Рид. Как думаете, вы готовы?

Керри вздрогнула.

— Что? Что вы говорите?

— Вы готовы увидеть своего мужа? — пояснил доктор Рид.

Керри тут же вскочила с кресла, едва не бросившись на врача.

— Да! Что с ним? Как он себя чувствует?

— Успокойтесь! Сейчас он находится в реанимации. У него очень тяжёлое ранение. Повреждена аорта и он потерял много крови. После операции мы ввели его в кому.

— Он выживет?

— Я не могу вам ничего обещать, — уклончиво сказал доктор Рид. — Пройдёмте. Вы можете посмотреть на него.

Он сделал приглашающий жест, и пошёл первым куда-то вглубь коридора. Керри покорно проследовала за ним, чувствуя, как дрожат у неё колени. Её подвели к прозрачной перегородке, за которой на кушетке, по грудь укрытый простынёй лежал Роберт. Лицо его выглядело мертвенно бледным, глаза закрыты, в рот вставлена рифлёная трубка аппарата искусственной вентиляции лёгких, а на указательном пальце правой руки находился зажим датчика, провода от которого тянулись к прикроватному монитору, стоявшему на столе справа. Слева от койки располагалась капельница. На экране монитора нервно змеились зелёные, жёлтые и белые синусоиды, вспыхивали цифры — показатели дыхательной, сердечно-сосудистой систем Роберта, частоты его дыхания, температуры тела, давления крови.

Глядя на мужа, Керри почувствовала, что ноги у неё подкашиваются. Ей захотелось погладить Роберта по впалой щеке, но дотянуться до него она не могла. Только провела пальцами по скользкому стеклу, прижимаясь к нему горячим лбом.

— Вы в порядке, мэм? — спросил доктор Рид, внимательно наблюдавший за ней.

Керри повернула голову в его сторону.

— В порядке?.. Чёрт возьми! Нет! Я не в порядке! Мой муж умирает! — отчаяние охватило её. — За что мне и ему это?

— Смерть это не наказание, — вразумительно сказал доктор Рид. — Настоящее наказание жизнь.

Керри подняла на него залитые слезами глаза.

— Что вы такое говорите?

— Да, да. Как не прискорбно это осознавать, но всё именно так. А жизнь вашего мужа в таком состоянии это наказание не только для вас, но и для него. Ко всему прочему, это ещё и куча денег! И медицинская страховка вашего мужа, боюсь, тут не поможет.

— Но у нас есть другая страховка! — неожиданно вспомнила Керри, хватая доктора за рукав халата. — Думаю, там достаточно денег! Роберт не так давно оформил её… Словно в воду глядел, — тихо добавила она, бросив взгляд в сторону мужа.

— Послушайте, миссис Эванс.

Доктор Рид осторожно погладил её по запястью, глядя ей в глаза.

— Поддерживать жизнь вашего мужа мы сможем ещё какое-то время. Но, боюсь, его жизнь продлится не долго. Думаю, у нас с вами есть несколько дней, возможно, неделя. Раны подобного характера смертельны. Вашему мужу и так несказанно повезло, и он не умер там же, на месте.

— Но я люблю его! — с ещё большим отчаянием воскликнула Керри. — Я не смогу без него!

Александр Рид с грустью вздохнул, глядя на неё, поправил съехавшие с переносицы очки.

— Поймите, если бы наша современная медицина находилась на ином уровне развития… Но сейчас… Возможно, когда-нибудь, лет через сто, подобные раны будут не страшнее обычного пореза на пальце. Но сейчас… Увы!

Доктор беспомощно развёл руками.

— Мы просто бессильны помочь вам, миссис Эванс.

— Что же мне делать? — упавшим голосом спросила Керри. Руки у неё повисли, как плети.

— Миссис Эванс, — начал, было, доктор Рид и осёкся на полуслове. — Хотя, постойте! Будущее… Пожалуй, небольшая надежда у вас всё же есть.

— О чём вы, доктор? — встрепенулась Керри.

— Я о будущем! — радостно кивнул тот. — Вы что-нибудь слышали о крионике?

— Что-то… Кажется… — неопределённо пожала плечами Керри.

— Сейчас некоторые энтузиасты замораживают своё тело или тела своих умерших родственников, — с энтузиазмом продолжал Александр Рид.

— Зачем? — удивилась Керри.

— Понимаете, многие люди в нашем мире неизлечимо больны и умирают от этого. Кто-то погибает в автокатастрофах или от несчастных случаев. Бытует такое мнение, что в будущем уровень научных знаний человечества позволит излечивать любые болезни, выращивать потерянные конечности, новые органы или вовсе оживлять мёртвых.

— Ужас какой! — воскликнула Керри, недоверчиво глядя на Рида.

— Не скажите. Что-то рациональное в этой надежде, пожалуй, есть, — пожал плечами тот. — Как бы там не обстояли дела с верой, для вас, как мне кажется, это неплохой шанс попытать удачу и попробовать спасти мужа… в будущем. Тем более, что у вас есть для этого деньги. Офис одной из фирм, занимающихся крионикой, находится совсем не далеко отсюда, в Скоттсдейле.

— В Скоттсдейле?

— Да. Раньше их база располагалась совсем у нас под боком, в округе Риверсайд. Но потом они решили, что Калифорнийский центр уязвим для землетрясений и года три назад перенесли его в Аризону.

— И что это за фирма?

— Они называются «Алкор». Существуют, насколько я знаю, десять лет. У них уже сотня замороженных тел и, наверное, пара сотен клиентов со всей Америки, заключивших договора. Финансирование у них идёт через полисы страхования жизни, оформленные заранее.

— Сколько же стоят такие услуги? — спросила Керри.

— По-моему, что-то около семидесяти тысяч за цельнотелого пациента.

— Цельнотелого? — удивилась Керри.

— Да. Есть чудаки, которые замораживают отдельные части тела. Голову, например. Думают через сто лет пересадить её на молодое и здоровое тело.