Обагрённые
Шрифт:
Керри скривилась в гримасе отвращения.
— Возможно, учитывая ваше положение, — продолжал доктор Рид, — «Алкор» сделает для вас исключение. У вас есть, кому заняться вашими делами такого рода?
— Да, у нас с мужем есть семейный адвокат. Он помогает нам вести финансовые дела, — рассеянно кивнула Керри.
— Тогда, миссис Эванс, я настоятельно рекомендую вам поскорее связаться с ним. Разумеется, хорошенько всё обдумав прежде.
* * *
Сидеть и думать было тяжело, особенно, когда никогда ни о чём не думала. Не то, чтобы Керри была пустышкой, одной из тех девиц, которые плывут себе по течению, живя одним днём и не строя никаких планов на будущее. Нет. Она была образованна, начитана и даже в какой-то степени интеллигентна, что само по себе было уже достижением
Правда, для этого нужно сделать определённые шаги, заиметь знакомства с нужными людьми, скопить побольше денег. Подобный важный поступок требует кропотливой подготовки. Но Керри колебалась. Она не чувствовала в себе нужного стержня. Самым важным поступком в её жизни пока что оставалось решение переехать в Нью-Йорк, которое она приняла десять лет назад. Ей хотелось учиться, хотелось жить в большом городе, где столько возможностей. Ходить в многочисленные музеи и театры, наслаждаясь яркой студенческой жизнью. Но реальность оказалась не такой радужной, какой она виделась девчонке, только, что закончившей школу.
Керри выбрала Гамильтон колледж и специальность история искусства. Она хорошо училась в школе, поэтому без труда получила нужные рекомендации, но её отец выращивал кукурузу, из которой производился знаменитый на всю Америку виски, и был небогатым фермером. Родители с трудом могли себе позволить платить за обучение дочери по тридцать тысяч четыре года подряд и оплачивать её содержание в столичном городе, на которое потребовалось бы ещё десять ежегодно. Но Керри не отчаялась тогда. Первый раз в жизни она проявила настойчивость и смогла доказать администрации колледжа, что у неё имеется финансовая необходимость на получение помощи. Сдав вступительные тесты и показав себя талантливой и достойной обучения, она стала абитуриентом престижного учебного заведения, которому колледж готов удовлетворять все финансовые потребности. Родители заплатили лишь положенный семейный взнос.
Потом они повстречались с Робертом, пришла любовь и желание быть с этим человеком всю оставшуюся жизнь. Они купили в ипотеку дом в Гринфилде, поближе к работе Роберта, и зажили тихим семейным счастьем, строя большие планы на будущее. Работа мужа в НАСА сулила неплохие перспективы, поэтому Керри могла позволить себе искать себя, подрабатывая в одной из частных школ, где она старалась привить местным детишкам любовь к искусству. И вот теперь всё неожиданно оборвалось. Иллюзорная стабильность начала рушиться на глазах. Счета, кредиты, долги — вот что ожидало её в скором времени. Конечно, можно было бы воспользоваться страховкой и попробовать как-то устроиться и решить все проблемы, хотя бы на время, но Роберт…
Керри снова и снова представляла его, лежащего на больничной койке, барахтающегося на зыбкой грани между жизнью и смертью. Неужели она может бросить его вот так вот? Ведь он столько сделал для неё! А она? Что она дала ему? Даже ребёнка не родила, потому что рассчитывала сделать карьеру.
Керри порывисто вскочила с дивана, хватаясь за телефон. Нет! Нельзя отвергать даже крохотную надежду! Прав доктор Рид, крионика для них с Робертом единственный выход. Будущее, будущее поможет её мужу. Разве может оказаться иначе? Ведь наука столького уже добилась, люди полетели в космос, побывали на Луне, создали столько замечательных вещей, без которых жизнь была бы ужасной.
Керри судорожно набрала номер Леви Гринбаума, их с Робертом адвоката.
— Да? — раздался вальяжный голос на другом конце провода.
— Леви! Мне нужно срочно увидеться с тобой! У нас большая беда.
— Успокойся, Керри. Вылетаю первым же рейсом, — заверил Гринбаум.
* * *
Адвокатская контора «Гринбаум и сыновья» досталась Леви от отца, скончавшегося два года назад от сердечной
недостаточности. К восьмидесяти годам своей жизни Аарон Гринбаум, переехавший в Америку в далёком сорок восьмом, категорически не пожелав оставаться в охваченном войной со всем арабским миром только что провозглашённом Бен-Гурионом Израиле, так и не нажил себе новых детей. Жена, родившая ему Леви, находилась в больнице после тяжёлых родов вместе с двумя старшими сыновьями, навещавшими мать, когда туда угодила проклятая арабская бомба. Погибли все трое и ещё с полсотни человек. Охваченный горем, Аарон Гринбаум понял тогда, что нужно искать место поспокойнее, и, забрав новорожденного Леви, перебрался по ту сторону Атлантического океана. Но случившееся, конечно же, не прошло бесследно. Наверное, поэтому он и назвал свою контору, которую смог открыть в Нью-Йорке ещё в пятьдесят шестом, в честь погибших сыновей.Разумеется, судьба Леви была предрешена. Получив юридическое образование, он стал работать в конторе у отца, и хотя оба не хватали звёзд с неба, дела у них шли довольно успешно. С Эвансами Леви познакомился случайно, через одного риэлтера, когда молодожёны присматривали себе жильё поближе к Сан-Франциско. Роберт показался Гринбауму довольно перспективным клиентом, и он предложил ему свои услуги в качестве семейного адвоката. Тот согласился. Леви никогда не упускал своей выгоды. Он хорошо помнил наставления своего отца, который всегда говорил ему: в Америке один девиз — каждый сам по себе и хватай, что сможешь.
Нельзя сказать, что между Леви и Эвансами сложилась тёплая дружба, но доверительность в их отношениях присутствовала, безусловно, поэтому, услышав по телефону взволнованный голос Керри, он бросил все дела и тут же вылетел в Сан-Франциско. Леви позвонил ей из аэропорта и, узнав о случившемся и о намерениях Керри прибегнуть к крионике, он первым делом навестил страховую контору, где Роберт оформлял страховку. Сумма оказалась приличной — полмиллиона долларов. Но Леви прекрасно знал, как моментально могут улетучиться даже такие деньги. После встречи со страховщиком, он позвонил в компанию «Алкор», чтобы разузнать подробности, но этот разговор расстроил его. Оказалось, что членство в компании, как и договор оформляются заранее, к тому же полис страхования жизни нужно будет переоформлять на агента, рекомендованного «Алкор», чтобы фирма фигурировала в полисе в качестве бенефициара.
Но Леви не привык сдаваться. Он вспомнил про одного своего старого знакомого, профессора медицины, который имел много связей в научных кругах, и оказалось, что тот хорошо знает одного из членов научного совета «Алкор», потому, что несколько раз консультировал их медицинский совет. Профессор обещал посодействовать. Это была удача. Окрылённый и немного усталый, Леви взял такси и поехал к Гринфилд.
Супруга Роберта распахнула ему дверь, едва он коснулся звонка.
— Керри, дорогая! — Леви слегка приобнял её за плечи. — Мне так жаль, что с Робертом случилось это несчастье.
— Спасибо, — Керри опустила глаза, затем с надеждой посмотрела на адвоката. — Ты узнал?
— Разумеется! Всё не так плохо. Есть шанс получить все необходимые услуги сразу же после того, как Роберта объявят юридически мёртвым. Кстати, что говорят врачи?
Керри поджала губы и на глазах у неё заблестели слёзы.
— Ну, не надо, не надо, дорогая! — Леви успокаивающе погладил её по плечу. — Всё будет хорошо.
— Хорошо? Что именно, Леви? — Керри непонимающе посмотрела на него. — Роберт в коме, врачи говорят, что ему жить осталось несколько дней. А ты говоришь, что всё будет хорошо?
— Несколько дней? — переспросил Гринбаум и призадумался, потирая острый подбородок.
— Так что ты узнал про «Алкор»? — снова спросила Керри.
— Это одна из двух фирм, занимающихся крионикой в Америке. У них есть штат медработников в национальном масштабе и семь специальных хирургов в различных регионах, в том числе и в Сан-Франциско. И они готовы оказывать услуги по требованию двадцать четыре часа в сутки. Как только пациент объявляется юридически мёртвым, специальная бригада медиков выезжает в больницу или на дом и проводит реанимацию пациента.