Обреченные

Дэниел не опаздывал никогда.

Похоже, дождь скапливался на кончиках ее волос вместо того, чтобы впитываться в них, как обычно. Даже мать-природа не знала, что делать с перекрашенной в блондинку Люс. Девочке не хотелось ждать Дэниела на открытом месте. Вдоль главной улицы тянулся ряд магазинчиков. Она осталась там, на длинном деревянном крыльце под ржавым металлическим навесом. «Рыба Фреда» — гласили выцветшие синие буквы на вывеске закрытой лавочки.

Форт-Брэгг не был столь же своеобразным, как Мендосино, где они останавливались перед полетом вместе с Дэниелом вдоль побережья. Город выглядел скорее промышленным, и настоящая старомодная рыбацкая деревушка с гниющими пристанями вписывалась в изогнутую бухту, где земля постепенно понижалась, уходя под воду. Пока Люс ждала, к берегу причалило суденышко, и из него высадились рыбаки. Девочка смотрела, как цепочка худых, суровых мужчин в насквозь промокших плащах поднимается по каменным ступеням от причала внизу.

Выбравшись на улицу, они двинулись поодиночке или молчаливыми группками мимо пустой скамьи и печальных поникших деревьев, мимо закрытых витрин и дверей магазинов к посыпанной гравием автостоянке на южном краю мыса Нойо. Они садились в потрепанные грузовики, заводили моторы и уезжали прочь, и море суровых лиц истаивало, пока из него не выступило одно — и этот человек не сошел ни с какого судна. Казалось, он внезапно вынырнул прямо из тумана. Люс отпрянула назад, к металлическим ставням рыбной лавочки, и попыталась перевести дух.

Кэм.

Он проходил на запад по грунтовой дороге прямо перед ней, между парой одетых в темное рыбаков, которые, казалось, не замечали его присутствия. На нем были узкие черные джинсы и черная же кожаная куртка. Его темные волосы стали короче с момента их последней встречи и блестели под дождем. Краешек вытатуированного черного солнца выглядывал из-под ворота. На фоне бесцветного неба его глаза казались настолько ярко-зелеными, насколько это вообще возможно.

В последний раз, когда Люс его видела, Кэм стоял во главе отвратительной черной армии демонов — бессердечный, жестокий, злой. У Люс кровь в жилах застыла. Она заготовила череду проклятий и обвинений, которые швырнет ему в лицо, но все же лучше было бы вовсе избежать встречи.

Слишком поздно. Взгляд зеленых глаз Кэма остановился на ней — и она замерла. Не потому, что он врубил то фальшивое обаяние, на которое она едва не купилась в Мече и Кресте. Но потому, что он явно встревожился, увидев ее здесь. Он свернул, двинувшись против потока последних приотставших рыбаков, и спустя мгновение очутился рядом с ней.

— Что ты здесь делаешь?

Кэм выглядел не просто встревоженным, решила Люс — он казался почти испуганным. Голова втянута в плечи, бегающий взгляд… И он ни слова не сказал о ее волосах; можно было подумать, что он вовсе ничего не заметил. Люс не сомневалась, что Кэму не положено знать о ее пребывании в Калифорнии. Весь смысл переезда состоял в том, чтобы держать ее подальше от парней вроде него. А теперь она все испортила.

— Я просто…

Она уставилась за спину Кэму, на белую гравиевую дорожку, прорезающую траву на краю утеса.

— Я просто отправилась прогуляться.

— Неправда.

— Оставь меня в покое.

Люс попыталась оттолкнуть его с дороги.

— Мне нечего тебе сказать.

— И хорошо, поскольку мы и не должны были разговаривать. Но и ты не должна была покидать школу.

Внезапно девочка забеспокоилась — он как будто бы знал нечто, неизвестное ей.

— Откуда ты вообще узнал, что я отправилась в местную школу?

Кэм вздохнул.

— Я все знаю, понятно?

— Значит, ты собираешься сразиться здесь с Дэниелом?

Его зеленые глаза сощурились.

— С чего бы я… Погоди, ты имеешь в виду, что ты здесь затем, чтобы увидеться с ним?

— Не надо так удивляться. Мы вообще-то вместе.

Как будто до Кэма все еще не дошло, что она предпочла ему Дэниела.

Парень с обеспокоенным видом поскреб лоб.

— Он посылал за тобой? — поспешно выпалил он. — Люс?

Она поморщилась, уступая под давлением его взгляда.

— Я получила письмо.

— Позволь мне взглянуть.

Теперь Люс напряглась, изучая непонятное выражение на лице Кэма в попытке понять, что ему известно. Судя по его виду, он беспокоился о чем-то не меньше, чем она сама. Она не шевельнулась.

— Тебя обманули. Григори не стал бы посылать за тобой сейчас.

— Ты даже не представляешь, что он сделал бы ради меня.

Люс отвернулась, горячо сожалея о том, что Кэм ее заметил, и мечтая оказаться подальше отсюда. Ее подмывало по-детски похвастаться ему, что Дэниел навещал ее прошлой ночью. Но на этом все хвастовство и закончилось бы. Оглашение подробностей их спора не принесет ей триумфа.

— Я представляю, что он умрет, если ты погибнешь, Люс. А если ты хочешь дожить до завтрашнего дня, лучше покажи мне письмо.

— Ты убьешь меня из-за клочка бумаги?

— Я-то нет, но его отправитель, кем бы он ни был, вероятно, собирается.

— Что?

Люс совладала с желанием сунуть письмо в руки Кэма, хотя оно едва не жгло ей карман. Он сам не знает, о чем говорит. Не может знать. Но чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее ее удивляло это загадочное письмо. Автобусный билет и указания. Все это выглядело невероятно сухим и формальным. Совсем не похоже на Дэниела. Подрагивающими пальцами девочка выудила письмо из кармана.

Кэм выхватил листок у нее из рук и, кривясь, прочел. Он пробормотал что-то неразборчивое и обшарил взглядом лес по ту сторону дороги. Люс тоже осмотрелась, но не заметила ничего подозрительного в немногочисленных оставшихся рыбаках, сгружающих снаряжение в ржавые кузовы грузовиков.

— Идем, — наконец велел Кэм, прихватив ее за локоть, — Тебе давно пора возвращаться в школу.

Люс отшатнулась.

— Я никуда с тобой не пойду. Я тебя ненавижу. Что ты вообще здесь делаешь?

Он принялся обходить Люс по кругу.

— Я охочусь.

Она смерила его взглядом, стараясь ничем не выдать того, что он по-прежнему заставляет ее нервничать. Худощавый, одетый под панк-рокера, безоружный Кэм.

— В самом деле? — переспросила Люс, склонив голову набок. — Охотишься на кого?

Кэм уставился куда-то мимо нее, в сторону окутанного сумраком леса. И качнул головой.

— На нее.

Девочка повернулась посмотреть, о ком или о чем говорит Кэм, но не успела ничего разглядеть — он резко ее толкнул. В воздухе странно свистнуло, и что-то серебряное промелькнуло у самого ее лица.

— Пригнись! — заорал Кэм, с силой надавив на плечи Люс.

Под навалившейся тяжестью она осела на крыльцо, чуя запах пыли от досок настила.

— Слезь с меня! — крикнула девочка.