Общий враг

За те полтора часа, что продолжался перелет, Фланаган еще многое успел рассказать о своем приключении на Энигме. Он так и остался в кабине “Мустанга”, который из-за повреждений не мог состыковаться со “Снупером”. Устраивать же трюк с переходом через открытый космос большого резона не было.

Звездный корабль четвертого поколения “Хаббл” прятался от обитателей Энигмы в лучах местного солнца, обращаясь вокруг него по орбите радиусом всего двадцать миллионов километров. Эту нестерпимо жаркую зону лишь изредка посещали автоматические аппараты, изучавшие светило, так что риск попасться кому-нибудь на глаза был невелик. Корабль постоянно находился в тени, создаваемой простейшим экраном в виде плоского диска. С этим сияющим отражателем он выглядел точь-в-точь как фотонные звездолеты на рисунках в старинных книгах.

Примерно в ста метрах от него тандем распался. Подхваченный силовым полем, катер Фланагана исчез в шлюзовой камере, а вслед за ним туда юркнул – уже без помощи причального манипулятора-невидимки – аппарат Ситары.

Весело спрыгнув на металлический пол ангара и с наслаждением потянувшись, Фланаган отошел от “Мустанга”, чтобы осмотреть место попадания ракеты. Выражение радости моментально исчезло с его потрясенного лица. Похоже, он только сейчас понял до конца, каковы были истинные масштабы повреждений. Одна треть катера исчезла, оторванная мощнейшим взрывом, и только по невероятной случайности его кабина уцелела.

– Крепко ему досталось, – сказала вставшая рядом Ситара, покачав головой.

Снова подойдя к катеру, Фланаган долго и очень внимательно разглядывал образовавшуюся в его корпусе яму, обрамленную лепестками скрученного металла. Иногда он что-то там ощупывал, вызывая недоумение у наблюдавшей за ним Ситары.

– Ты что-то ищешь? – спросила она, приблизившись.

– Уже нашел, – радостно сказал Фланаган и, подергав за какую-то железку, громко позвал:

– Эй, Гектор! Подойди сюда.

Огромный многорукий робот, служивший техником ангара, подойти был не в состоянии, поскольку не имел ног – он величественно приплыл по воздуху, скользя в десяти сантиметрах от пола.

– Достань-ка мне вот эту штуку, – сказал Фланаган и, показав, что именно доставать, отошел в сторону.

Гектор без лишних вопросов протянул к загадочному предмету манипулятор. Раздался негромкий скрежет, катер качнулся от рывка, и робот отдал Фланагану почти треугольный металлический обломок, похожий на кусок какой-то трубы. На его выпуклой стороне сохранилась белая краска, поверх которой были нанесены буквы энигмийского алфавита.

– Это фрагмент ракеты, которая меня сбила, – объяснил Фланаган, осторожно поворачивая в руках этот зазубренный стальной черепок. – Сохраню-ка я его на память.

Он передал остаток ракеты капитану.

– Тяжелый, – задумчиво сказала Ситара, взвесив находку на ладони. – А что теперь делать с обломками самого “Мустанга”? Они, конечно, должны быть разбросаны по большой территории и отчасти сгореть, но хотя бы некоторые из них все равно могут найти.

– Пускай находят, – отмахнулся Фланаган. – Мы уже достаточно засветились, так что обнаружение каких-то обломков ничего не изменит. Да и в любом случае нам их не собрать все до единого. Пойдем…

Забрав у немного ошеломленной Ситары свой сувенир, он шагнул к выходу…

Она просматривала эти старые видеозаписи уже далеко не впервые, но они всё еще вызывали волнение. Запечатленное там казалось теперь почти нереальным. Короткая – меньше десяти лет, эпоха Великого перемирия была случайным эпизодом, не вытекавшим логически из предыдущих событий. И особых надежд на то, что подобное повторится, быть не могло – ведь новая угроза для всей планеты в виде гигантского астероида возникла бы еще очень не скоро. А что, кроме общей опасности, могло бы вновь хоть на некоторое время сблизить враждующие сверхдержавы? По всей вероятности, ничего. Так полагали многие на Энигме – так думали и на “Хаббле”.

Ситара вновь увидела, как огромное каменное ядро ударило в место установки платформы с двигателями, и мощная вспышка на мгновение увеличила яркость Пискипера в десятки раз. Тщательно выверенный толчок еще немного подправил измененную траекторию астероида, окончательно соединив ее с планетой, которую требовалось умиротворить. Выбитый из километровой глыбы фонтан раскаленной пыли рассеялся очень быстро, открыв глубокую воронку нового кратера.

– Обратный отсчет пошел, – сказал с усмешкой капитан “Птолемея” Клейтон, демонстративно взглянув на часы. – Торопитесь, ребята – времени у вас мало…

Инопланетяне заметили астероид лишь через полгода, когда он промчался мимо Энигмы, обещав вернуться довольно скоро – и уже навсегда. Правда, их астрономы определили вероятность столкновения не совсем точно – лишь в девяносто девять целых и две десятых процента, но хватило и этого. Один шанс на благополучный исход из ста двадцати никого не устроил. Вскоре ахейцы и троянцы решили объединить усилия в борьбе с этим необыкновенным общим врагом.

Пропустив несколько лет бешеной штурмовщины, Ситара включила запись события, венчавшего беспримерный труд.

На экране возник троянский экваториальный космодром. Одну из его стартовых площадок занимала ракета высотой с небоскреб. На таких обычно выводили в космос корабли, летящие к Мистериуму, но сейчас под ее головным обтекателем был совсем иной, гораздо более ценный груз.

У основания ракеты собралась многотысячная толпа, перед которой на возвышении стояли правители двух сверхдержав. Съемку проводило, конечно же, местное телевидение.

Каждый из премьер-министров произнес речь, после чего они обменялись металлическими символами своих стран, копии которых были тут же привинчены к корпусу первой ступени.

Старт состоялся на следующий день. Хорошо понимая историческое значение этого события, энигмийцы постарались запечатлеть его как можно более тщательно. Полет огромного носителя снимали мощные телескопы и рокеткамы. Первый блок межпланетного корабля вышел на орбиту и медленно развернул антенны и солнечные батареи. В последующие месяцы к нему присоединились другие, потом на космоплане прибыл экипаж… Работы на самом астероиде продолжались около года. Ситара включила повтор самых интересных эпизодов. Первая высадка на астероид… Швартовка корабля… Установка первого двигательного модуля… В свободное от работы время космонавты развлекались тем, что устраивали гонки вокруг астероида на самодельных электромобилях, снабженных прижимными ракетными двигателями. Этих аппаратов было два – ахейский и троянский, и счет после нескольких десятков заездов был примерно равным – с небольшим преимуществом ахейцев. Во время одной из гонок случился опасный инцидент: у троянской машины взорвался движок, и ее со скоростью сорок километров в час вышвырнуло в космос. Спасательная операция увенчалась успехом, пилота вернули вместе с его “болидом”, но гонки прекратились на целый месяц…

Плазменные двигатели, покрывшие значительную часть поверхности астероида, сначала остановили его медленное вращение вокруг оси, а потом откорректировали его орбиту. Он пролетел мимо Энигмы, хотя и на очень малом расстоянии. В момент наибольшего сближения его вполне могли поразить средства стратегической ПРО обеих сверхдержав, не нанеся ему, впрочем, особого вреда. Были даже планы сделать его третьим естественным спутником планеты, но от них отказались – по финансовым соображениям. Доставка с Энигмы тысяч тонн топлива стоила дорого. Однако вся созданная на астероиде инфраструктура находилась в исправном состоянии, так что вернуться к осуществлению того старого проекта можно было в любое время – если бы между Ахайей и Троей удалось возобновить сотрудничество. Но вот с этим-то как раз были проблемы.