Обжигающее солнце

— Сону, извини, что потревожил, но я хотел бы кое-что обговорить с тобой. Слышал от Донгю, что ты всё-таки намерен жениться на Санни, и я безумно этому рад, поэтому хочу предложить тебе свою помощь…

Ынсон не скрывал планов на будущего зятя, а Сону в этот раз готов был им следовать, и всё для того, чтобы заполучить непокорную Санни. Увы, парень изначально выбрал не ту сторону баррикад.

Вечер следующего дня…

После нелёгкого разговора с женой господин Гу снова созвонился с сыном лучшего друга, ведь был в замешательстве из-за того, что его младшая дочь узнала, как на самом деле погибла старшая. Ранее все доказательства этого Ынсон скрыл, и только несколько людей знали правду, включая Сону. Он нашёл мёртвую Муён в закрытом бассейне, возле спуска в который были рассыпаны таблетки. Ещё тогда мужчина вытянул из парня обещание молчать о случившемся, а то, что он мог видеть предсмертную записку своей невесты, господин Гу не взял во внимание, чем и навлёк на себя неприятности.

Ынсону не выгодно угрожать будущему зятю, поэтому он был максимально корректным в своих к нему вопросах. Этим вечером, когда Санни упивалась на кладбище возле могилы сестры, между ними произошёл сложный телефонный разговор, и только тогда Сону вспомнил, каким бывает болтливым, переборщив с выпивкой.

— Джена — моя бывшая девушка. Так случилось, что она тоже об этом знает. Извините, отец, я не знал, что это может навредить Санни. — выслушав часть причин, из-за которых Ынсон скрывал от младшей дочери правду, парень назвал имя той, что ещё недавно была близка ему.

— Хорошо. Я сам разберусь с этой девчонкой, но и ты молчи, если не желаешь довести мою дочь до сумасшествия. — господин Гу говорил так, словно волновался о самочувствии Санни. Но, на самом деле он боялся того, что правда, которую ищет его уже единственный ребёнок, может разрушить всё, чем так дорожит Ынсон, а именно его компанию.

Наше время

Район Каннамгу, ресторан отеля Andaz…

— Вместо того, чтобы прикрывать мою открытую спину, встань рядом. Всё эти люди напрягают, поэтому отвлеки меня. — ненавижу светские мероприятия, каждый человек в этом большом зале вёл себя так, будто властен над всем миром. Фу, отвратительно.

— Вся охрана осталась в холле отеля, только я вместе с тобой пошёл. Разве это не подозрительно? — тихо спросил Намджун.

— Так я же чокнутая, и все об этом знают, поэтому нет. Твоё присутствие ничуть не подозрительно. — да ни за что, я не останусь одна среди такого огромного количества напыщенных лиц, и одним из них было лицо моего отца. — Кстати, если я буду хорошо себя вести, ты проведёшь со мной эту ночь? — в сей раз Киму было некуда бежать, чем я и воспользовалась.

— Ты серьёзно, прямо сейчас хочешь обсудить такое? — он удивился, но затем я поймала на лице Джуна странную улыбку, которую раньше не видела. — Я подумаю, если у тебя получится сдержать свои эмоции внутри, а когда почувствуешь что-то неладное, посмотри на меня, моё присутствие будет твоим предохранителем. — смутный ответ, и всё же в нём была надежда.

На день рождения компании устроили огромный корпоратив, но не для её сотрудников, а скорее для руководства, которое не удержалось от косых взглядов в мою сторону. С позволения Джуна я взяла бокал шампанского с подноса, что держал официант, и подошла к директору новостного канала. Он был здесь в качестве гостя, а охранник Ким, не зная моих планов, придерживался дистанции в два метра от нас.

— Добрый вечер, господин Хон Даль. — с натянутой улыбкой поздоровалась я, но мужчина напротив тут же нахмурил брови. Ещё бы, он предотвратил кучу скандалов, в которых были замешаны члены семьи Гу, и большинство из них мои. Поэтому кто, как не этот человек, может знать лучше других мою биографию?

— Ну здравствуйте, госпожа Санни, поздравляю вас с этим чудным праздником, пусть компания вашего отца только процветает. — такой же двуличный, как и всегда, но я не с доброты душевной решила с ним заговорить.

— Ох, бросьте, вы же знаете, что мне плевать на компанию, хотя вам её расцветание пошло на пользу. Сколько папа вложил денег в ваши проекты? Уверена, я за всю свою прожившую жизнь столько не потратила. Поэтому прекратите вести себя так, словно мы с вами друзья, вы, господин Хон Даль, здесь только потому что являетесь ещё одним нахлебником семьи Гу. — соглашусь, нахально, но мне нужно было зацепить этого мужчину, ведь даже у такого, как он, есть гордость.

— Ну хоть кто-то должен за вами подчищать, и так случилось, что этим человеком стал я. — вот и ушло его двуличие, избавиться от которого было не так уж сложно.

— За моей старшей сестрой вы тоже подчищали? Как вы сумели скрыть её самоубийство, выдав за несчастный случай? — нагло спросила я, решив, что этот мужчина причастен к изменению правды, но, как оказалось, нет.

— Извините, что? — его широко открытые глаза и очевидное удивление говорило о том, что директор ни сном ни духом касаемо настоящих причин гибели онни.

— О, вы не знали? Значит, существует ещё один чистильщик нашего дерьма, так что вы не один такой. — мой план разворошить улей шершней Ынсона начал приходить в действие.

— Госпожа Санни, я бы на вашем месте был поаккуратнее с высказываниями в мою сторону. Мне ведь пришлось спрятать в шкаф много скелетов семьи Гу, и ваших там больше всего. — Хон Даль не смог стерпеть несколько обидных слов, чего я и добивалась.

— Серьёзно, угрожаете мне? Правильно говорят, «собака остаётся собакой, даже если она с виду тихая и милая, всё равно когда-нибудь укусит своего хозяина». Вас ведь папа тоже на охоту берёт? — а вот и последняя капля. Я сравнивала уважаемого директора новостного канала с одним из охотничьих псов своего отца.

— Да ты, девчонка, совсем обнаглевшая, думаешь, стану терпеть такое унижение? Как смеет убийца, избежавшая суда, указывать другим место? — второй свой вопрос Хон Даль шепнул мне на ухо, а затем в его взгляде я заметила презрение.

— Убийца? — мой вопрос в недоумении уже прозвучал громче. — Кажется, вы что-то напутали, может, я немного и сумасшедшая, но никого не убивала. — мне даже в голову прийти не могло, о чём сейчас говорил директор канала.

— В принципе, так и есть, ведь впасть в кому — ещё не полностью смерть, и всё же это один из путей к ней. — мужчина определённо говорил небылицы, но почему же он был так сильно уверен в своих обвинениях?

— Господин Хон Даль, вы или выпили слишком много и сейчас несёте полный бред, или же намеренно решили подловить меня на том, что я не делала. — понятия не имею, о чём он говорит.

— Прошло почти два года с той аварии, не делайте вид, что её не было. Даже если за это уже наказали невинного человека, мы-то с вами знаем, кто той ночью сидел за рулём. Интересно, как вы спите после того, что сделали с девушкой, чья жизнь сломалась из-за вашей истерики? — директор разговорился, но о какой аварии сейчас идёт речь, что за девушку он упоминает?

— Мои сны не назовёшь сладкими, и всё же вы ошибаетесь, единственной жизнью, которую я сломала, была моя.

Почти два года назад? Это время перед моим отлётом в Америку. Но той осенью я не попадала в аварии. Весной — да, влетела в бордюры на трассе из-за того, что сильно поругалась с мамой, и кроме меня пострадавших не было. Я помню каждую аварию, и та стала четвёртой, но об этой впервые слышу. Сегодня в моих планах было разговорить Хон Даля, чтобы тот поделился информацией о грязных делишках моего отца. И у меня отчасти получилось это сделать, но увы, наш разговор прервали.