Обжигающее солнце

— Было бы стыдно не знать полное имя, дату рождения и адрес своего парня. Единственное, что я не вписала, так это номер твоей страховки. — вышло по-детски, и всё же мне хотелось донести незнакомке, что парень, которого она только что трогала, уже занят мной.

— Ах да, забыл представить, это моя подруга и соседка Чон Юна, а это моя девушка Гу Санни. — Ким вёл себя принуждённо, будто был в растерянности, но не хотел, чтобы другие заметили, а точнее, я.

— Здравствуйте, так это с вами я разговаривала по телефону? — она оказалась только подругой, поэтому мой тон изменился.

— Ну да, со мной. Так ты Санни? Милое платьице. С какого бала бежала такая принцесса? И где, собственно, принц? Разве вы не ушли вместе? — мало того, что не соблюдала формальностей в обращении, так ещё и язвила мне в ответ, тыча нашей помолвкой с Сону. Выходит, они с Кимом действительно близки, раз даже это успели обсудить.

— Извините? — я уже чувствовала, как накаляется моё терпение.

— Спрашиваю, где жениха потеряла? Он не будет злиться, что ты за моим оппой присматриваешь? Или ему это безразлично? Честно, не знаю, что у вас за отношения, и всё же Намджун не заслуживает, чтобы к нему относились как к запасному варианту. — Юна словно держала на меня злобу, вдобавок она была во многое посвящена.

— Эй, прекрати нести чепуху, не вмешивайся в то, что тебя не касается. — возмутился Джун, и его подруга на несколько секунд замолчала, но острый взгляд девушки буквально прожигал во мне дыру.

— Нет, мои слова не чепуха, я просто волнуюсь о своём друге. Санни должна понимать, что ты человек, а не вещь, которую она может купить. Люди из её общества думают, что им всё позволено, даже играть в любовь. — девушка решила оправдать своё хамство переживанием за Кима, но вряд ли она злилась на меня только из-за этого.

— Что? Ну ты и загнула. А теперь послушай меня, подруга детства, я не позволю втаптывать в грязь свои чувства. Понимаю твои волнения касаемо будущего наших отношений, но мы как-нибудь сами разберёмся. И ещё, Джуну нельзя опираться на спину, могут швы разойтись, поэтому отойди в сторону, чтобы я опустила подушку пониже. — да ну её эту вежливость, «какой привет — такой ответ», зря Юна мне нахамила.

— А ты борзая. Интересно, сможешь ли ты так же защитить Намджуна от нападок общества, в котором живёшь? Ведь он может пострадать гораздо больше, чем сегодня, когда спасал твою задницу. — эта девушка хотела вытянуть из меня обещание, но я даже себя не могу защитишь, не то чтобы ещё кого-то.

— Всё, Юна, хватит. Езжай домой, ты уже достаточно сказала. — Ким видел, что у меня не было подходящего ответа на её вопрос, поэтому он намеренно вмешался.

— М-да, да вы, ребята, оба беспечные, а последствий-то не избежать. — слова этой девушки были определённо двусмысленными, и её переглядывание с Намджуном перед уходом не казалось, а в действительности было странным.

— Извини. Юна слишком прямолинейная, из-за чего может показаться грубой. Но вообще-то она хороший человек, всегда защищает тех, кем дорожит, и бывает, при этом может ранить постороннего ей человека. — как хороший друг, Ким извинился за свою подругу.

— Ничего. Вы ведь двое друзья детства, и я даже немного завидую вашей дружбе. Мне бы хоть одного такого человека в своей жизни, который при любой ситуации выберет мою сторону, опровергая убеждения других. — да, Юна говорила со мной не очень-то любезно, но она не притворялась милой, как это постоянно делает Ёри.

— У тебя есть я. Если сама не прогонишь, буду всегда на той же стороне, что и ты. — с улыбкой сказал Джун, когда я стягивала его подушку обратно вниз. Этот взгляд парня, он словно изменился за сегодняшний вечер, и мне так не хотелось уходить, но…

— Ты ведь не разозлишься, если я скажу, что мне нужно уйти вместе с Сону? Он ждёт меня, чтобы отвезти домой. — не знала, как правильно преподнести такую новость, поэтому сказала как есть.

— Нет. Всё в порядке. Езжай домой, тебе тоже нужно отдохнуть, и постарайся не думать о том, что случилось сегодня на той парковке. Если мысли сами полезут в голову, отгоняй их другими, например — что нужно взять в поездку к морю на этих выходных? Нам стоит снять домик или номер в отеле? — Ким вовсе не злился на меня за то, что я собиралась уйти, пусть не по своему желанию. И для моего отвлечения на сегодняшнюю ночь придумал отличные варианты.

— Мне нравится домик, там мы сможем побыть наедине. — я уже размечталась, поэтому парень улыбнулся, и в этот раз его улыбка была настоящей.

Поцеловав Джуна на прощание, я покинула ВИП палату, а вскоре и больницу Бумин вместе со своим женихом. Сону, как и обещал, отвёз меня в Каннам, а по пути туда молчал, словно набрал в рот воды. Наверное, не знал, что ещё можно было добавить к тому, что он сказал в стенах больницы. В гости парень не напрашивался, поэтому поднявшись на второй жилой этаж студии, я приняла душ и завалилась в кровать.

Снова одна в таком большом помещении, и не странно, что в голову полезли картинки из неприятных воспоминаний. Временно мне удалось отвлечь себя от похищения тем, что я волновалась о Намджуне, но сейчас с ним всё в порядке. Поэтому, чтобы уснуть, я мысленно начала планировать свои выходные у моря вместе с любимым парнем. Ким оказался прав, мне удалось затмить плохие мысли хорошими.

Следующим утром я проснулась от шума, который звучал из холла студии на первом этаже. Это точно не Намджун, тогда скорее всего Ёри, и судя по доносящимся голосам, она была не одна. Закутавшись в банный халат, я спустилась вниз, чтобы посмотреть на происходящее. У меня чуть ли челюсть не отвисла от удивления, когда я увидела, как моя подруга с другими подчинёнными Ынсона развешивала оригиналы картин Муён. Папа сдержал своё слово, но не полностью.

— Здесь не все картины. Где ещё три?

С творчеством сестры я достаточно близко знакома, ведь по нему мне приходилось открывать для себя её чувства. Также я научилась отличать работы онни от других художников по названиям, которые отпечатались не только на обратной стороне полотна, но и в моей памяти. Уж я-то совершенно точно знала количество написанных Муён картин вплоть до её гибели.

— Ты ошибаешься, среди них нет только двух, но их забрала твоя мама, поэтому все вопросы к ней, моё дело разложить эти. — спокойно ответила Ёри.

— Должны быть ещё три картины: «Семья», «Цветы любви» и «Обжигающее солнце». Последнюю онни начала писать перед моим отлётом в Америку, и я знаю, что эта картина закончена. Так которую из них папа оставил себе? — я порвала и сожгла достаточно подделок, но мне не попадались копии этих трёх, две из которых я раньше видела в оригинале. Третью Муён рисовала в качестве подарка на мой день рождения, но так и не смогла дождаться его.

— Санни, честно, я впервые слышу о картине «Обжигающее солнце», а «Семья» и «Цветы любви» забрала твоя мама, ведь Муён написала их для неё. — секретарь Ким Ёри хорошо умела врать, но в этот раз её слова казались уж слишком правдивыми.