Одержимая

Я подняла руку, чтобы привлечь его внимание. Он перевел взгляд с меня на копов и вопросительно поднял бровь. Я повертела головой в разные стороны, давая ему понять, что желания общаться с полицейскими у меня нет. Показала на задний двор дома Кейти, махнув рукой вверх-вниз, изображая прыжок через забор и приземление у себя дома. Он почти оскалился в улыбке и отрывисто кивнул. Я развернула мотоцикл и поехала в объезд, чтобы не наткнуться на легавых. Надо думать, Громила не потеряется. Все-таки не первый раз. Может быть, даже не второй.Надо будет как-нибудь разобраться с вторжением в мой дом и частную жизнь. Сейчас, например. Пантера, до этого сонно мурлыкавшая, немного насторожилась. Забавно…

Когда я подъехала к дому, Громила уже стоял у входа, прислонившись к железной опоре, поддерживающей нависавший сверху балкон примерно метр высотой. В его позе присутствовала непринужденная легкость и готовность знатока боевых искусств, тем не менее, заметив меня, он скрестил руки, так что мышцы на руках набухли еще сильнее. Очень хорошо.

Я указала на ворота сбоку, немного прибавила газу и въехала внутрь. Громила подошел следом, и я закрыла их. «Нужно было попросить его запереть ворота», — проскользнула мысль. Медленно вкатила мотоцикл в сад и заглушила мотор, сняла шлем и встряхнула волосами. У меня не было времени плести косы перед охотой, и теперь я наблюдала, как Громила следит за их свободным падением. Его запах едва заметно изменился. Громиле нравились длинные волосы. Очень.

— Чаю? — предложила я.

— Лучше кофе, — ответил он, снова переводя взгляд из мое лицо.

— У меня только чай.

Он поднял уголок рта и пожал плечами:

— Тогда чаю.

Он пошел за мной к двери, и я остановилась. Более подходящего момента не придумаешь.

— Заходи. Как в прошлый раз… — я отступила в сторону, не заслоняя ему путь к двери и замку, — когда ты высматривал камеры наблюдения. — Он бросил на меня острый взгляд. Я повела плечами и добавила, чтобы он точно понял, о чем я говорю: — И когда вы с кровопийцей начальником поджидали меня в темноте, а потом пытались одурачить и напугать меня своими вампирскими штучками.

Несколько секунд он обдумывал мои слова. Жара им временем все нарастала, солнце светило так ярко, что цветы в саду завяли и поникли.

— Ты злишься? — спросил он, в голосе звучало неподдельное любопытство. Когда я не ответила, он объяснил: — Это часть моей работы в качестве охранника Лео. Ты должна понимать.

— А если бы он приказал тебе прихлопнуть безобидную старушку, ты бы и тут не стал раздумывать?

Он взял время на размышление, по уголкам губ видно было, что вопрос забавлял его. В конце концов он пожал плечами и склонил голову набок:

— Да, если бы ее надо было прикончить.

Он не шутил. Кровь у меня в венах похолодела. Пантера придвинулась ближе.

— А если нет?

— Тогда бы Лео и не просил ее убивать.

Я фыркнула. Издала звук Пантеры, зародившийся у задней стенки горла, в нем слышалась насмешка, мои ноздри дернулись. Поняв, что дальнейшего ответа не последует, Громила повернулся, вытащил связку ключей и кармана, выбрал один и открыл мою дверь. Я подумывала, не вырвать ли их у него из рук и не скормить ли ему всю связку целиком. Но к чему волноваться? Кровопийца-начальник достанет еще один комплект. Мне нравилось называть его так: «кровопийца-начальник». Готова спорить, Лео вышел бы из себя, услышь он от меня такое.

Войдя в дом, я сняла и положила «бенелли» и шлем на кухонный стол. Затем перчатки, ошейник и разнообразное оружие. Кресты. Пока я освобождала себя от всех металлических предметов и кольев, засохшие корки грязи начали отходить и неслышно осыпались на пол. Я чувствовала запах собственного пота.

Громила уселся одним бедром на стол и теперь наблюдал за моим разоружением. Глаза его были прикрыты, но на губах все еще играла еле заметная улыбка.

— Я должен запихнуть доллар за подвязку, когда ты закончишь?

Я рассмеялась. Не могла удержаться. Громила усмехнулся. Я поставила подогреть воду, положила ложку листьев «Тигриной горы» с плантации Нилгири в ситечко и вставила его в носик желтого керамического чайника. Чай был достаточно крепкий и, вероятно, мог бы удовлетворить заядлого кофемана. И не слишком дорогой, поэтому я не расстроюсь, если придется его вылить. Я поставила чайник в раковину.

Громила сел на стул, облокотившись руками о стол. Я заметила, что он инстинктивно занял место сбоку, чтобы просматривались окна, входная и боковая двери и солнце не слепило глаза. Я достала чашки, тарелку, ложки и сахар и села в конце стола, справа от него. Следующая по удобству позиция с точки зрения охраны.

— Не хочешь рассказать, что случилось сегодня утром? — поинтересовался он.

Я хотела начать с того, что меня разбудили страшные вопли и я помчалась на помощь. Но потом засомневалась, что эти крики смогло бы расслышать человеческое ухо, и поэтому объяснила:

— У меня проблемы с режимом. Когда раздались крики, я как раз не спала, была в саду на заднем дворе. Сразу же схватила кое-какое оружие и побежала в дом.

— Голая.

— Что?

— Девушки сказали, ты ворвалась в дверь абсолютно голая. С дробовиком в руках. С крестами. С кольями. — Его губы начали медленно расползаться в усмешке. — Должно быть, та еще картина. — Одна бровь поползла вверх. — За полчаса до рассвета ты была на заднем дворе. — В голосе сквозило недоверие и кое-что еще. Уже мягче, расплывшись в улыбке, он добавил: — Голая.

— Я медитировала, — ответила я, стараясь побороть румянец, готовый вспыхнуть от того, как он произнес «голая». Словно за этим скрывалось нечто необыкновенное и он сожалел, что пропустил такое представление. — На камнях, которые установила для меня Кейти.

— О них я слышал.

— Ты и их изучил, когда шарился в моем доме?

— Дом не твой.

«Мое логово»,— прорычала Пантера, но я сдержала ее.

— На сегодняшний день — мой. Что ты искал? Или у тебя болезненная привязанность к сломанным камерам?

В эту минуту чайник издал низкий шипящий звук, обычно предваряющий финальный свисток.

Видно было, что замечания по поводу камер слегка удивили его. Может быть, его удивляло мое поведение в целом.

— Босс хотел узнать, кого нанял Совет в качестве охотника.

Я почуяла ложь. Она просачивалась сквозь поры и воняла. И поскольку мы оба прекрасно знали, что Лео, как глава Совета вампиров, был прекрасно осведомлен о том, кто я такая, еще до того, как меня официально наняли, ложь должна была скрыть другую причину. Ее ли бы понять, какую именно. Не проронив ни звука в ответ, я раздумывала над его словами, припоминая на первый взгляд незначительные вещи, которые он только что упомянул. И те, что подразумевались, и те, что не были сказаны вслух и остались висеть в воздухе.

Дошло. Сукин сын! Лео получал видеосигнал с системы безопасности, установленной в доме Кейти.Возможно, со всех датчиков. Не только камер в этомдоме. Тогда почему он не видел нападение выродка этим утром?

Свисток раздавался все громче и громче. Все еще в раздумьях, я встала и сняла чайник с плиты, снаружи ополоснула заварник кипящей водой и залила в ситечко сверху, чтобы температура внутри и снаружи стала одинаковой, прежде чем наполнить заварник водой. Потом поставила его на стол, надев сверху чехол, который сберегал тепло, пока чай заваривался. У Громилы, внимательно следившего за моими хозяйственными хлопотами, глаза поползли наверх.