Одним ударом

– Ши-тцу-чи, - произнес Киран низким, мелодичным голосом.
– Очаровательная и созданная убивать.

– Иногда вещи не такие, какими кажутся.

– Это я уже понял.

Он стащил капюшон и перебросил плащ через плечо. Под ним на нем была мягкая серая туника, окаймленная черным. На поясе покоился меч. Его длинные белые волосы спадали идеально прямым водопадом. Кастовые знаки блестели серебром у него на лбу.

– Маленькая женщина в старом доме на захолустной планетке обладает невообразимой силой. В этом есть аура легенды. Священного похода из доисторических времен.

– Вот только у священных походов обычно есть достойная цель и герой. Ты же пытаешься убить создание, не сделавшее тебе ничего плохого.

– Он - уродство, - сказал Киран.
– И должен умереть.

– Объясни-ка мне кое-что, - сказала я.
– Ты убиваешь ради денег.

– Да.

– Ты также убиваешь ради чести и возможности проявить себя.

– Да.

– Но ты не религиозный человек. Ты не убиваешь ради своей церкви. Откуда такой внезапный интерес к Хиру?

– Ты меня не знаешь.

– Благочестивый человек не станет убивать священника.

Он улыбнулся, обнажая острые зубы, явно не принадлежавшие человеку.

– Первосвященника.

И это он меня назвал высокомерной.

Мы прошли ещё немного.

– Его зовут Закат, - сказала я.

Киран повернул голову набок, глядя на меня.

– Хиру, которого ты пытаешься убить. У него есть имя. Он разумное создание.

– Ты слишком наивна, если полагаешь, что это что-то изменит. Я убил сотни существ.

– Этого ты не убьешь.

– Убью, - пообещал он.
– Ты не сможешь бесконечно удерживать защитное поле.

Правда. Неделя или около того, и оно начнет истощать гостиницу.

– Я могу продержать его достаточно долго. Почему бы тебе не поискать цель полегче?

– Потому что Хиру - редкость. Чтобы найти другого, понадобится время.

– У тебя мало времени?

– Не у меня.

Я предположила наугад.

– У тебя умирает кто-то близкий. Убийство Хиру искупит ваши грехи.

Он не ответил.

О ком он стал бы заботиться достаточно сильно? Мы с Шоном просматривали файлы, которые он принес от Уилмоса, пока практически не зазубрили их. Киран не был женат.

– Твоя возлюбленная?

Его рот искривился от легкой насмешки.

– Это твоя мать. Мекрикзи.

Что-то жестокое появилось в его глазах. Я подавила желание шагнуть назад.

– Моя мать - замечательная женщина, - сказал он тихо.
– Она не проведет в аду ни секунды, а ты не смеешь осквернять ее имя своим грязным ртом.

Просто отлично. Теперь я еще и грязноротая. Но если это был не всплеск эмоций, тогда я не знаю, что это было.

– Теперь я понимаю, почему у тебя нет жены.

– И почему же?

– На нашей планете есть прозвище для мужчин, вроде тебя.

– И какое же?

– Маменькин сынок.

Он улыбнулся снова. В его улыбке не было веселья, только злоба, обнажившая острые зубы.

– У всех есть слабости. У всех нас есть близкие нам люди. Я найду твоих.

– Тебе стоит поискать моих родителей, - предложила я.
– Скажешь, когда найдешь.

Его улыбка слегка дрогнула.

– У тебя есть друзья. Семья.

– Они все в этой гостинице. Все, кто мне дорог, здесь.

– Я переворошу твою жизнь. Я найду каждого гостя, что хоть раз останавливался в твоей гостинице.

– Начни с Ханум из Сокрушительной Орды и ее элитных воинов. Тебе непременно стоит нанести им неожиданный визит и пригрозить чем-нибудь. Они обожают подобных гостей.

Он остановился. Его прекрасное лицо перекосило от ярости.

– Когда все закончится, я сожгу твой дом дотла, надену на твою шею ошейник раба и уволоку тебя отсюда. Ты будешь страдать долгие годы, а когда я испытаю на тебе все пытки и извращения, какие только смогу придумать, то продам то жалкое ничтожество, которым ты станешь, по лучшей цене.

Он взмахнул плащом и растворился в зарослях.

Я вздохнула.

– Идём, Чудовище.

Мы закончили нашу прогулку, и я вернулась на крыльцо. Шон собрал в одно целое зловещего вида пистолет. Калдения допивала третью баночку лимонада.

– Вот, как-то так.
– Я опустилась на стул.
– Я не узнала ничего полезного, кроме того, что с ним с удовольствием побеседовал бы Фрейд, и он, по-видимому, не прочь устроить мне пытки.

– Напротив, моя дорогая.
– Калдения поставила банку.
– Мы узнали важную вещь.

– Что вы имеете в виду?

– Ты слышишь, но не слушаешь. Ты должна научиться слушать, Дина.

В глубине гостиницы открылась дверь в Баха-чар. Я почувствовала Мод и Арланда, и больше никого. Черт.

– Что?
– Шон вскочил на ноги.

– Они вернулись. Одни.

Дверь передо мной распахнулась, и я поспешила через кухню в гостиную, Шон с Калденией устремились за мной. Из коридора показались Мод с Арландом. Липкие отходы, фруктовая кожура и мусор облепляли их доспехи. Нагрудная пластина Арланда была испачкана какой-то желтой клейкой слизью, к которой пристали куски разбитой микросхемы. В волосах Мод проглядывался белый пепел. Арланда трясло от злости, а Мод выглядела готовой оторвать кому-нибудь голову. Комнату наполнила вонь протухшей свалки, и я подавила приступ тошноты.

– Что случилось?
– выдавила я.
– Где Архивариус?

Мод швырнула меч на пол и выплюнула единственное слово.

– Мукраты!

* * *

– Вы позволили мукратам украсть Архивариуса? Вы с ума сошли? Ради всего... Как они смогли… Уфф!

– Они уже были там!
– Мод взмахнула руками.
– Я клянусь!

– Леди Мод права, - сказал Арланд.
– Когда мы прибыли, лавка торговца была разграблена.

– Он задолжал мукратам денег, - добавила Мод.
– Торговец пропустил платеж, поэтому они перебрали его товары и забрали Архивариуса.

Я закрыла лицо рукой. Из всех созданий, это должны были быть мукраты.

– Зачем им мог понадобиться Архивариус?
– невозмутимо спросил Шон.

– Огоньки, - сказала я.

– В смысле?
– не понял Шон.

– По-видимому, резервуар большой, замысловатой формы с мигающими огоньками.

– Мы погнались за ними, - сказал Арланд.
– А затем попытались сторговаться. Когда торг исчерпал себя, мы попытались штурмовать их крепость.

– Вы штурмовали ее случайно не через уплотнитель мусора?
– спросил Шон.