Официантка

Она сняла руку с дверной ручки. Она не должна делать никаких глупостей. Она ничего не должна этому человеку. Она может сделать вид, что ее нет дома, и он никогда не узнает правду. Она может задержать дыхание, отойти от двери и остаться с Джоном и Сьюки, уютно расположиться на диване и смотреть воскресные телепередачи.

Кэти смотрела на дверную ручку, пока та не начала расплываться перед глазами. Когда звонок прозвонил еще раз, она подпрыгнула, мысленно сказала матери «у меня не было выбора, ведь он позвонил дважды» и открыла дверь.

Ореол света, звуки фанфар, хоровое пение. Это был Дэн! Дэн с ямочкой на щеке, синими глазами, длинными ногами и римским носом. Дэн Как-Его-Там был здесь! Сердце Кэти запело, разум замолчал.

— Привет! — чуть не завопила она. — Заходи!

— Привет, — улыбнулся он. Его темные волосы казались еще темнее, намокнув от дождя.

— Я почти готова, — сказала Кэти, повернулась и взяла зонтик, — вот теперь готова!

Он засмеялся ее шутке. Хороший теплый смех, от которого у нее все перевернулось внутри. Он Засмеялся Ее Шутке.

Внутри у нее все пело, но она заставила себя молчать, пока они шли к его машине, потому что она явно начала бы болтать какие-нибудь глупости.

— Вот мы и пришли, — сказал он, подходя к спортивной серебристой машине.

Кэти удовлетворенно хмыкнула, надеясь, что это выглядит восторженно, и села в машину. Сиденья оказались намного ниже, чем она ожидала.

— Bay! — сказала она, прежде чем вспомнила, что зарекалась это говорить. — Что-то я осела.

Он снова рассмеялся над ее шуткой. Он Снова Рассмеялся Над Ее Шуткой.

— Да, — сказал Дэн, — это дурацкая машина. Хочу купить что-нибудь получше.

Она хотела сказать, что машина вовсе не дурацкая и не стоит менять ее или что-то еще, но могла думать только о том, что ему нравятся ее шутки.

Пока они сидели в полной тишине, Кэти вдруг поняла ужасную правду — у нее в мозгу не осталось места ни для чего. Черт, ну почему это должно было случиться сейчас?

Она посмотрела в окно, мучительно пытаясь придумать, что сказать.

Нет. Ничего. Абсолютно пусто.

Интересно, может ли болезнь Альцгеймера развиться на нервной почве?

Что бы делала Сьюки?

Она представила Сьюки, соблазняющую Дэна, и закрыла глаза, чтобы отогнать видение. Дэн кашлянул. Кэти замерла. Он кашлянул снова.

— Итак, — сказал он, — как прошел уикенд с родителями?

— О, — ответила она, — я была у них только одну ночь.

Они остановились на красный свет. Кэти хотелось выбраться из машины. Убежать, чтобы он больше никогда не видел ее. Она сможет жить в лесу и питаться ягодами. О, дорогой Боженька, ей придется есть на глазах у Дэна. Почему она не подумала об этом раньше? Как она могла этого не предусмотреть? Это было ужасно плохо. Ей нельзя есть сыр.

Или чеснок.

Или карбогидраты.

— Ну, — спросил Дэн, когда загорелся зеленый свет, — а как прошла одна ночь с родителями?

— Прекрасно.

Может, ей надо было объяснить, что ее мозг отказывается работать? Он поймет, он очень хороший парень. Но как только она собралась ему об этом сказать, Дэн снова заговорил.

— Мы приехали, — сказал он, — это мой любимый ресторан.

После бокала вина, поданного перед обедом, Кэти поняла, что обретает способность изъясняться односложными словами. К счастью, Дэн был вполне доволен жизнью, чтобы взять разговорную часть на себя, а она достаточно довольна, чтобы вставлять «угу» в нужных местах. Возможно, им следовало взять еще по бокалу вина. Кэти никогда не осознавала, что для поддержания разговора требуется так много навыков: умение слушать собеседника, оценивать его слова, иметь собственное мнение — или, по крайней мере, позаимствовать чужое, — а потом использовать мозги, дабы заставить рот формулировать мысли, которые не только будут интересными для собеседника, но и заставят его симпатизировать, смеяться, вызовут желание проводить с тобой больше времени и задуматься о том, какой ты будешь в постели. Это нелегко, когда мозги находятся в отключке.

— Ты еще ничего не выбрала? — спросил Дэн, заглядывая в меню.

— Выбрала, — ответила Кэти, — я буду кушать. Он снова засмеялся ее шутке.

Но это была не шутка. Может, стоит признаться ему? Нет. Она с энтузиазмом присоединилась к его смеху, как раз тогда, когда он уже отсмеялся. К своему ужасу, Кэти поняла, что громко смеется в одиночку. Она замолчала. «Я не могу думать», — кричали ее глаза, но Дэн уже смотрел в другую сторону, наливая себе еще бокал вина.

— Я закажу то же, что и ты, — быстро сказала Кэти. Дэн кивнул, не поднимая глаз.

Если бы она знала, что произойдет этим вечером, она отступила бы. Но тут Дэн улыбнулся, и на его щеке появилась ямочка. «А может, и не отступила бы», — подумала Кэти.

После второго бокала вина и первой порции пищи Кэти почувствовала себя намного свободнее. Она даже стала перебивать горячие дебаты Дэна с самим собой о том, снятся ли собакам сны, рассказывая ему забавные истории о Спартаке и Гекторе. Дэн смеялся над ее рассказами до икоты.

Он Смеялся Над Ее Рассказами До Икоты. А она пыталась прийти в себя.

К счастью, Дэну понадобилось отойти в туалет. Она смотрела, как он прошел мимо других посетителей и скрылся за углом — прямой и высокий, красивый и уверенный в себе молодой человек.

Дэн — прямой и высокий, негибкий и хмурый — вошел в мужской туалет. Он прошел мимо писсуаров, вошел в кабинку, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней лбом.

Какого черта он привел эту девушку в ресторан? Почему не в кино? Или театр? Или клуб? Черт побери, даже книгу почитать было бы лучше этой продолжающейся агонии.

Он все испортил.

Она больше никогда не захочет с ним встречаться. Что случилось у ее родителей? Она встретила там давно влюбленного парня, который наконец сделал ей предложение? Он не мог думать ни о чем, кроме ее молчания по дороге в ресторан. Она была для него слишком веселой. Слишком умной. В Оксфорде было точно так же — вместо того чтобы веселиться вместе с девушками, он был подавлен их умом.

А еще это чертово место.

Как только они сели за столик в этом модном ресторане, стало ясно, что оба они совершенно не хотели сидеть при свете ярких ламп и тупо есть из своих тарелок. Она даже не хотела смотреть в меню, взвалив эту ношу на него. А он был так расстроен, что выбрал какую-то гребаную поленту, больше напоминающую цемент. Она провела весь вечер, размазывая эту поленту по тарелке, а он только и делал, что нес околесицу. Собачьи сны? Какого черта он думал? О да, правильно, он не думал, он паниковал. Нес фигню, а она смотрела на него непонимающим взглядом и была потрясающе красивой.

Дэн прикусил верхнюю губу. О господи, вы только посмотрите на нее! Совершенно очевидно, что он не произвел на нее впечатления. И вообще, когда она открыла дверь, она была так напугана, будто ожидала увидеть грабителей с пистолетами, приказывающих ей вести себя как обычно. А потом она наклонилась, чтобы взять зонтик — в своей короткой юбке, — и Дэну показалось, что он видит звезды.

Ему надо перестать пить и взять себя в руки. Более того, он должен сделать ее счастливой.

Дэн сел на унитаз и обхватил голову руками. Еще немного, и пора идти обратно. Он глубоко вздохнул.