Око Терры
Шрифт:
– Я уже говорил тебе, Азкаэллон, не кланяться перед мной здесь.
Мой примарх сидел в конце зала, крылья спрятаны в специальных нишах трона.
– Я попытаюсь исправить свое неповиновение, отец.
Сангвиний встал, чтобы спустится и поприветствовать меня. Его золотая нагрудная пластина отражала свет, крылья, словно плащ из девственно-чистого белого снега обвивали его. Я опустил взгляд, будучи не в силах прямо смотреть на его величественность. Если бы надежда приняла осязаемую форму, - это был бы Сангвиний.
– С чем ты пришел на этот раз?
Лицо Ангела было непроницаемо, но по тону было понятно, что он изможден.
–
– Но я не могу управлять из-за стены недоверия.
– Сейчас мы должны быть осторожны. Сангвиниарная Гвардия готова рискнуть. Сделайте одного из нас своим герольдом.
– Я так и поступлю.
Я кивнул и приготовился сделать следующий ход.
– Подожди!
Я был в шлеме, чтобы лицо не выдало меня.
– Ты что-то недоговариваешь, Азкаэллон.
– Лев..
Я остановился осторожно подбирая слова.
– Бегство Кёрза...ударило по нему.
Я сглотнул, едва последние слова покинули мой шлем.
– Его рука лежит на рукояти клинка.
– Мой брат верен Императору! Он магистр I Легиона!
– Я не подвергаю сомнению его намерения, мой лорд. Но суждения…
– Оставь это в покое, Азкаэллон!
Сангвиний взмыл в воздух, поднявшись на крыльях во тьму. Я ударил кулаком по нагруднику, отсалютовав в сторону трона, и вышел. Только покидая зал, я заметил, что меч, лежащий там когда я вошел... пропал.
***
– Слава твоя, Азкаэллон. Только ты...
– Нет.
Я покачал головой, прерывая Аратрона.
– Я не могу быть герольдом Сангвиния и его стражем. Вы - величайшие из десяти Сангвиниарных Гвардейцев, наследники Ваала, первые из Сынов Ангела. Эта честь принадлежит одному из вас.
Я посмотрел на десять Кровавых Ангелов - братьев и друзей, стоящих перед мной. Мы вместе проливали кровь, и сталкивались с неописуемыми ужасами. Без задней мысли я посылал их на трудные задания и сейчас, отдав свою душу на их суд, я чувствовал себя словно мне на горло поставили бронированный ботинок.
– Пора принять решение.
Хакаил как обычно шагнул первым. Я выдержал его взгляд, хотя мы не говорили, пока он тянул кусок пергамента и моей руки. Он развернул его и показал остальным - на нем алела одинокая капля крови. Остальные последовали за ним, пока Аратрон не вытянул второй пергамент, отмеченный кровью. Он кивает и занимает свое место рядом с Хакаилом.
Я забираю у своих братьев пергамент и подхожу к кафедре. Там лежала металлическая чернильница, чаша и перо, одно из многих, составлявших прекрасные крылья нашего повелителя..
– Плотью нашего отца да будет написана правда.
Я снимаю перчатку и окунаю перо в горячую чернильницу, предотвращавшую свертывание.
– Кровью Его сие запомнят! И кровью нашей сие будут чтить!
Я положил пергамент в чашу, разрезал свою ладонь и сжал кулак, капля крови упала в чашу. Каждый Сангвиниарный Гвардеец, из тех кто покинет помещение, добавил свою кровь к моей. Затем я возжег тонкую свечу, превратившую синим пламенем бумагу в пепел, который я зачерпнул и проглотил. Мои губы сжались
от резкого вкуса. Он не вызывает отвращения. Эта мысль дает мне силы. Хорошо, что я выношу печаль. С помощью языка я проталкиваю комок к горлу.– Свершилось. Лорд Сангвиний, даруй нам сил дабы претерпеть все!
– Во славу Ваала!
Гвардейцы отсалютовали и покинули часовню, остались только Азкаэллон, Аратрон и Хакаил. Мгновение я не двигался, ошеломлённый вопросами, вихрем проносившимися в моей голове.
Как я приду сюда, чтобы сразить двух из моих братьев? Мои действия были рождены необходимостью или паранойей? Смогу ли я оправдать себя? Я обратился внутрь за ответами, но обнаружил только пустую боль сомнений. Иногда я думаю, что когда умру, а мой прах разметают ветра, история опять задаст эти вопросы. Будут ли у меня ответы? Я надеюсь, что к этому времени получу их.
– Да направит тебя кровь!
Я протягиваю руки, чтобы сжечь пергамент с именами Аратрона и Хакаила.
***
– Что это за уловка?
Лев кружит вокруг, глаза сужены, палец нацелен на золотую фигуру, сидевшую на троне.
– Это не Сангвиний!
Почетная гвардия Крыла Смерти нацелила на меня свое оружие.
Я поднимаю руки в знак мира.
– Вы правы. Мы не стремимся укрываться за завесой лжи, наше сходство рождено из уважения.
– Где...мой...брат?
– Если Император Сангвиний захочет чтобы ты знал, он сообщит.
– Ты скажешь мне.
Несмотря на то, что глаза примарха горели гневом, я выдержал его взгляд.
– Нет.
– Я слышу сталь в твоём сердце, ангел.
Лев подошёл ко мне вплотную, он стремительно терял самообладание. Гнев стал глубоким, а угроза - личной.
– Но мой меч все равно пронзит его, как и тысячи других.
Я обратил внимание на разрез расположившийся на лице примарха. Рана была незначительной, тоньше волоса. Но...Я чувствовал, что это не простой шрам, метка, какую не смог бы нанести ни один легионер.
– Я не боюсь смерти, лорд, от твоей руки или от любой другой. Долг требует от меня всего, даже после забвения.
– Только мой брат понимает долг настолько глубоко.
Лев встал около подножия трона.
– Как мне приветствовать герольда?
Мои губы изогнулись в улыбке.
– Мой лорд, ты можешь обращаться к нему Сангвинор.
Джон Френч
КОГОТЬ ОРЛА
///ЗАПИСЬ ИЗ “КОГОТЬ ОРЛА”. ВОКС-ОТРЫВОК (VII).///
///ПОЖАЛУЙСТА, ПРОВЕРЬТЕ И ПОДТВЕРДИТЕ ЦЕЛОСТНОСТЬ ЗАПИСИ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПОЛУЧИТЬ ДОСТУП К ПОЛНОМУ АРХИВУ. ///
Ф-144: <<“Бутылочное горлышко” прорвано. Они наступают!>>
ГА-739: – Сколько им потребуется времени, чтобы миновать вас?
АР-502: <<Капитан Гамм, говорит Аркад. Автоматические защитные системы снова активны. Продвижение к цели остановлено.>>