Околоток

Но бессмертный ребенок лишь перекувырнулся на траве, которую сумерки усеяли червонным золотом, и сочинил такие иронические стихи:

Ай-ай-ай-ай!

Почешешь лоб,

Помрешь, и хлоп -

Положат в гроб,

Пути назад

Нет, юркий гад

Сожрет твой зад,

Ай-ай-ай-ай!

Впрочем, он спел этот ответ со слезами на глазах.

– Слезы! О роса, утоляющая жажду олененка с капризными копытцами, пока он наслаждается жизнью в волнующих рассветных лугах! Но ты сказал «до свидания», Претупоголовый мальчик! Значит, я смогу вернуться?

– Да нет же, это невозможно, - сказал ребенок.

– Тогда я послушаюсь тебя, - прошептал отчаявшийся принц. И его лицо выразило столько грусти, что маленький мальчик сочинил стихи и прочитал их смешным ломающимся голосом, вытирая глаза тыльной стороной ладони:

О, очко

Глубоко,

Как тебе

Без трико?

О,очко

Широко,

Как тебе

Молочко?

Все у него перемешалось - плач, смех, воздушные поцелуи, а принц Лунный Свет, уколов себя, чтобы вызвать волшебного коня, сел на него и исчез в легких небесных облаках.

Вскоре он снова вернулся на Землю, пересек моря и материки и добрался до седьмого острова седьмого моря. И пришел он во дворец короля, своего отца, которого тем временем выкопали и который устроил большой праздник в честь возвращения и выздоровления Лунного света - своего горячо любимого сына.

В соответствии с правилами вежливости, никто не проронил ни слова, пока они не вкусили яства, не оценили по достоинству забавы, не осушили множество графинов старого вина и не смягчили горло рубленым ванильным снежком с Пчелиной горы. Тогда-то король и спросил юного принца:

– Неужели я должен поверить, сын мой, что ты действительно нашел Тупоголового мальчика, пройдя сквозь игольное ушко?

– Да, государь мой отец, я не лгу (клянусь своими яичками!): я нашел его! И он был красив, как лилия, весел, как ручей, и нежен, как шоколадный мусс! У него белый и гладкий член, и он горяч, как подросток, благоухающий, точно сады Господни. Он чувственный, словно младенец с жемчужными зубками, и различные его отверстия не страдают недержанием. Его бессмертный голос журчит, будто родники на Острове кувырков, будто фонтаны в Саду качелей и будто крики хмельных птиц на Дереве дудочек! И я женился на нем! Я женился на нем! И вот теперь я здесь.

– И ты был счастлив?
– спросил король.

– Да, государь мой отец, был, - вздохнул Лунный свет.

– Не вздыхай, лучше один раз, чем вообще ни разу, - вздохнул старый король.