Оллвард. Разрушитель судеб

– Как, во имя Лашрин, ты умудрился выжить в Водине? – спросил он сквозь смех. – По сравнению с трекийским климатом погода в Каслвуде напоминает летний зной.

– В Трекии я спал в королевском замке и пировал напротив пылающего очага, – ответил Чарли. Теперь, когда они снова двигались вперед, он внимательно смотрел под ноги, чтобы не споткнуться о какой-нибудь корень. – Твое же гостеприимство оставляет желать лучшего.

– Не знай я твоего чувства юмора, то обиделся бы. – С присущей амхара грацией Гарион пробрался между деревьями и перепрыгнул через неширокий ручей. Чарли с ворчанием последовал за ним, шлепая сапогами прямо по ледяной воде. – К тому же вчера я стащил для тебя отличную куртку.

Чарли и правда был рад этому приобретению. Подбитая кроличьим мехом куртка и меховая мантия, привезенная из Трекии, не давали ему промерзнуть до костей.

– Дровосек явно будет по ней скучать, – пробормотал Чарли. В его устах эта фраза звучала как слова благодарности. – Но тебе не стоило обчищать его хижину. У меня еще осталась парочка монет.

Гарион цыкнул языком и погрозил ему пальцем.

– Не хватало еще, чтобы дровосек попробовал одну из твоих монет на зуб и обнаружил, что это подделка. – Он ухватился за ветку и перепрыгнул через заросли колючих кустов. – Кроме того, они еще пригодятся нам в Бэйдентерне, – произнес он, даже не запыхавшись.

Они провели в лесу не меньше недели, и у Чарли уже болело все тело. Его ноги в неудобных сапогах пульсировали от усталости, но он упрямо шел вперед, пробираясь через колючие заросли.

– Мы не пойдем в Бэйдентерн, – проворчал он в тысячный раз. – Нам нечего там делать, потому что Корэйн туда точно не отправится.

Улыбка исчезла с лица Гариона.

– Чарли. – В его голосе звучало нечто похожее на жалость.

– Пока существует хоть малейший шанс на то, что она жива, я должен в него верить, – произнес Чарли тихим строгим голосом.

Краем глаза он видел, как на некотором расстоянии от него идет Гарион, двигаясь плавно, словно пантера.

– А что, если это не так? – спросил он.

Чарли поморщился и тут же поскользнулся на островке льда, но сумел сохранить равновесие и отмахнулся от попыток Гариона ему помочь.

– Если она погибла, мы должны предупредить Вард.

Гарион лишь моргнул в ответ и медленно повернулся вокруг своей оси. Он окинул взглядом искривленные деревья и поросшую кустами землю, после чего снова уставился на Чарли.

– Но кто из этой глуши сможет предостеречь весь мир?

Чарли раздраженно поджал губы. Его злило не только поведение Гариона, но и их положение в целом. Он вспомнил карту, лежавшую в седельных сумках, которые теперь были перекинуты через его плечо. И лисичку, нарисованную среди дубов и сосен Каслвуда.

Потом он подумал еще кое о чем. Об армии солдат, подобных Домакриану – могучих и бессмертных. Готовых сражаться.

– Древние, – ответил он, и его голос эхом разнесся по безмолвному лесу. – Где-то в этой чаще живут Древние. Дом нам о них рассказывал.

Гарион снова покачал головой. Хотя он вырос в знаменитой Гильдии убийц и знал многое об этом мире, его образование было весьма односторонним. Все его знания и навыки сводились к тому, как убивать и скрываться с места преступления.

– Древние, другие миры – все это чушь, Веретено их побери, – выругался Гарион. Он ударил мыском ноги по лежавшему на земле камешку, отправив его в колючие заросли. – Если нас и правда ждет конец света, я не хочу тратить последние дни на прогулки по проклятому лесу в поисках Древних, которых мы все равно никогда не найдем. Ты ведь даже не знаешь, где именно они живут, Церковный Мышонок.

В этот раз старое прозвище неприятно кольнуло, и Чарли бросил на Гариона гневный взгляд.

– Я смогу найти их, – с жаром выпалил он. – И если придется, сделаю это в одиночку.

Гарион с ошеломительной скоростью преодолел разделявшее их расстояние. Чарли скрипнул зубами, пытаясь не злиться на товарища за то, с какой легкостью тот передвигается по лесу. Между тем каждый его шаг был похож на битву с грязью.

– Теперь ты и правда говоришь глупости, – заметил Гарион, окидывая деревья взглядом.

В последнее время он вел себя настороженно. Инстинкты убийцы окутывали его плечи, словно плащ.

– Когда-то давно амхара обучались убивать Древних. Это было несколько поколений назад. – Гарион сжал губы так сильно, что они побелели. Воспоминания о прошлом всегда влияли на него подобным образом. – Не ради золота или новых контрактов, а ради славы. Убийство Древнего считалось величайшим подвигом, какой только может совершить амхара. И даже тогда мало кому удавалось достичь успеха.

В голове Чарли всплыл образ другой убийцы-амхара. Кинжал в ее руке словно улыбался, а за плечом стоял мрачный исполин, который следовал за ней тенью и беспрестанно раздражал ее до глубины души.

– Сорасе несколько раз почти удалось убить Древнего, – пробормотал Чарли себе под нос.

Гарион понизил голос:

– Ни разу в жизни не видел бессмертного.

– Мне довелось встретить одного. – Горло Чарли сжалось от охвативших его эмоций. – Особого впечатления он не произвел.

В следующее мгновение Чарли выругался. Он снова потерял равновесие, наступив в этот раз на прогнивший пень. Хотя каждая клеточка его тела молила об отдыхе, он лишь откинул с дороги трухлявую древесину и упрямо зашагал вперед.

Гарион последовал за ним. Чарли почувствовал на себе взгляд и вопросительно изогнул бровь.

– Ты изменился, Чарли, – сказал убийца.

Чарли фыркнул.

– Что привело тебя к такому выводу?

Он опустил взгляд и посмотрел на округлые очертания живота, скрытого под мантией. Все-таки тяготы путешествия сказались на нем, и сейчас он был стройнее, чем когда-либо в своей жизни. Он догадывался, что его лицо вытянулось и побледнело, а щеки и подбородок покрылись неопрятной щетиной. Кожа почернела от грязи и пота, а прелестные каштановые волосы, которые некогда были аккуратно напомажены и заплетены в косички, теперь выглядели хуже старой соломы. Теперь в нем с трудом можно было признать жреца в храмовом облачении или хотя бы фальсификатора, не покидавшего мастерскую.

Гарион с легкостью прочитал его мысли и покачал головой.

– Раньше ты ни во что подобное не верил. Даже в своих богов, – мягко сказал он.

В груди Чарли расцвело чувство благодарности.

– В таком случае, может быть, ты поверишь мне?

– Я попытаюсь, – только и смог ответить Гарион. А затем без предупреждения сорвался с места. Он с поразительной скоростью вскарабкался на ближайшую сосну, словно кот.

Чарли моргнул, вздрогнул и последовал за ним. Он попытался залезть на самую нижнюю ветку, но тут же сдался.