Опаленное сердце

— Патрик Лейси занимался сексом.

Ротсей усмехнулся.

— Да. Сложно поверить, что кто-то захочет перепихнуться с таким как он.

Я наградила его недовольным взглядом, и он опустил глаза.

— Извините, — пробормотал он. Затем снова вскинул голову. — Подождите, — произнёс он. — Если Патрик Лейси занимался сексом, то с кем? Это был недавний секс на одну ночь? Или что-то более серьёзное?

— Поспрашивайте, — сказала я ему. — Выясните, кто это был.

— Если это было что-то серьёзное, кто-нибудь уже рассказал бы. Мы поговорили почти со всеми в Барчепеле, и никто не упоминал, что у Лейси были какие-то отношения.

— Может, вы не задавали нужных вопросов, — задумчиво сказала я. — Патрик Лейси был местным плохим мальчиком. Может, он связался с кем-то, кто хотел держать отношения в тайне из-за его репутации.

Ротсей выглядел сомневающимся. Но мне было всё равно.

— Просто узнайте, кто это мог быть.

***

Остро осознавая, что Лукас болен из-за моих действий, я оставила Ротсея и пошла в «Птичку и Кустик». Если повезёт, то Дженкинс уже прислал необходимые сведения и записи камер. Я размышляла, может, стоит заглянуть в дом Джули. У неё были какие-то отношения с Сэмюэлом Бесвиком, так что у неё тоже имелись связи с тем периодом, пусть и не такие крепкие, как у Патрика Лейси. Сначала подожду, какую информацию удалось найти Дженкинсу, а потом снова поговорю с Боатенгом.

Когда я перешла дорогу и свернула за угол, в поле зрения появилось знакомое здание «Птички и Кустика». Я прибавила скорости, волнуясь и желая проведать Лукаса, но тут застыла на месте и склонила голову. Я что-то услышала. Что это было?

Я прислушалась ещё усерднее. Я была уверена, что… Звук был приглушённым и доносился с расстояния, но это определённо походило на крик. Не игривый или радостный, а крик, полный страха.

Я не тратила времени впустую. Я развернулась и побежала туда, откуда донёсся звук, на бегу отстёгивая арбалет. Крик, похоже, исходил откуда-то со стороны старого коттеджа моих родителей.

Я пронеслась по дороге, быстро топая ногами по асфальту. «Беги, Эмма. Пошевеливайся». Здания вокруг меня превращались в размытое пятно, пока я сосредоточилась на том, что впереди. Я обежала несколько припаркованных машин, игнорировала прохожих с разинутыми ртами и неслась вперёд, пока последние дома не сменились полями и деревьями. Дорога свернула налево, но земляная тропа, ведущая к коттеджу, уходила вправо. Я устремилась туда, поднимая ногами облачка пыли.

Калитка была закрыта, но я перемахнула через неё в заросший сад. Я резко поворачивала голову из стороны в сторону, игнорируя тени и ища любые следы человеческого движения. Я услышала шорох где-то сзади. Моё сердцебиение замедлилось. Я подняла арбалет и прищурилась, целясь.

«Выходи, где бы ты ни был».

Послышался шелест листьев. Я задержала дыхание…

А потом резко отвела арбалет вверх и в сторону.

— Чёрт возьми, Хлоя! Ты что творишь? — моя вспышка злости испарилась, когда я заметила её бледное лицо и дрожащее тело.

— Он ушёл? — нетвердо спросила она.

— Кто ушёл? Я никого не видела, — мой тон сделался более нетерпеливым. — Что такое? Кого ты видела?

Она поднесла руку ко рту и с опасением осмотрелась по сторонам. Эта Хлоя совершенно не походила на дерзкого подростка, с которым я столкнулась на поезде.

— Медведя, — прошептала она. — Я видела медведя.

Глава 21

Я знала, что она не лжёт; она была слишком напугана. Я отвела её от коттеджа и двинулась вместе с ней в сторону Барчепела. Мы остановились, дойдя до небольшой лавочки.

— Давай присядем и отдохнём, — сказала я. — Ты отдышишься.

Моё нутро бушевало. Глядя на следы в Розлендсе, я была так уверена, что теория о каком-то медведе-сверхе абсолютно ошибочна.

Хлоя присела на край узкой деревянной лавочки, готовая сбежать при малейшем признаке опасности. Это не плохо; нам всем нужны хорошие инстинкты выживания, и в большинстве случаев бежать было более разумно, чем бороться.

Мне нужно, чтобы она побыстрее начала говорить, пока логическая часть её мозга не включилась в работу, и она не начала сомневаться в себе. Я хотела услышать подробности до того, как начнутся сомнения.

— Мне нужно, чтобы ты рассказала мне всё. Нам лучше пойти в полицейский участок и…

— Нет, — перебила она, испуганно мотая головой. — Только не туда. Пожалуйста. Можно мне рассказать вам здесь?

Если здесь ей было комфортнее, меня устраивало. Я достала телефон.

— Я запишу разговор. Лишь для того, чтобы я сама ничего не упустила, и не пришлось снова спрашивать у тебя. Окей? — она кивнула. — Начни с начала, — посоветовала я. — Что произошло?

— Я была в Розлендсе, — сказала она. При виде выражения моего лица она поправилась: — Я слышала о случившемся вчера и пошла посмотреть.

Она была не единственным жителем Барчепела с мрачным любопытством к последней смерти.

— Ладно.

Она прикусила губу.

— Вы знаете, кто это был? Вы знаете, кого там убили? Я слышала, как кто-то говорил, что это Джули Макинтош, — она тревожно посмотрела на меня. — Это правда?

— Да, — сказала я, не желая увиливать от мрачной правды. — Это была она.

Хлоя посмотрела на свои колени.

— Она всегда была добра ко мне. Большинство взрослых не такие. Я вижу, что они смотрят на меня как на отбросы, но Джули была не такой. Она не переходила на другую сторону улицы, чтобы убраться от меня. Она здоровалась и спрашивала, как у меня дела.

Несмотря на браваду Хлои, она была невероятно чувствительной.

— Мне жаль, — сказала я. — Я говорила с ней в свой первый вечер здесь, и со мной она тоже была добра.

Она заламывала пальцы.

— Это был медведь? Патрика Лейси тоже убил медведь?

— Я не знаю насчёт этого, — я улыбнулась ей, пытаясь приободрить. — Что случилось? После того, как ты пошла в Розлендс?

Хлоя пожала плечами.

— Смотреть было не на что. И через какое-то время всё показалось глупым, знаете? Другие люди тоже были там, и все пялились на парк и сплетничали о случившемся, — её передёрнуло. — Я подумывала пойти домой, но потом подслушала, что говорили некоторые люди, — она подняла на меня слегка обвиняющий взгляд. — Вы мне не сказали, кто вы на самом деле.

— Я назвала своё имя.

— Да, но вы не сказали мне, что вы та самая Эмма. Когда я была в Розлендсе, я услышала, как Мэри из магазинчика на углу говорит о вас. Она сказала, что эта деревня проклята, и что ваше возвращение это доказывает, — Хлоя помрачнела. — Я предлагала отвести вас к коттеджу. Вы должны были сказать мне, что это вы, что это ваших родителей там убили, — она скрестила руки. — Вы должны были мне сказать.

— Помнишь, что я тебе говорила? Что у каждого есть своя тьма и проблемы?