Опричник

Закончив с внешним периметром, перешли к компоновке внутренних построек. По этому поводу спорили так, что Сенька даже охрип переводить наши темпераментные речи. Однако здравое зерно в словах стрелецкого головы было и частенько. С той же конюшней он на все сто прав, по-другому ее размещать нужно -- ближе к заводу, да с ледником я промахнулся. Великоват, однако. Лучше несколько штук сделать рядышком, да внутри перегородками разделить, а то мясо запросто рыбой провоняет. Впрочем, с этим спешить пока не будем, на первое время хватит и четырех небольших. Тем более, если из сырого леса делать, они недолго прослужат. Да и избытка мяса в ближайшее время не предвидится.

Льда, однако, зимой запасем по максимуму, есть между холмами овражек, куда солнечные лучи не попадают, там и сейчас проплешины снега еще с весны не растаяли, а если еще и бревнами перекрыть, да хвоей утеплить, а сверху дерн положить, то и до зимы пролежит. Строительство будем начинать с амбаров для зерна и землянок по периметру холма, остальное может и подождать. Причем землянок построим поначалу, только семь или восемь, остальные позже, из сухого леса возведем.

Вместе с Заболоцким и дюжиной человек спустились к устью Выксунки, за инструментами. Оказалось с этим делом у нас обстоит небогато -- лопат едва с десяток, причем все деревянные, окованных железом ни одной нет, топоров, правда почти полсотни, а все остальное осталась на стругах, в Муроме. Зато обнаружилось пара бочек с пивом. Неспроста это, явно народ решил отдохнуть от трудов, пятница все-таки. Попенял Ласкиреву на этот прокол, тот только руками развел, мол, не углядел, бывает. Хитрит, однако, Михайло Дмитриевич, ой хитрит. Порадовал его, что совсем забить на работу не получится, нехай посошные работают посменно, тем, что нашлось, а завтра все одно на торг, за скотиной идти, и не дай бог опять про инструмент никто не вспомнит.

Заранее разметил основной фронт работ по плотине, чтобы случись нам задержаться в Муроме, или где еще, народ бездельем не страдал. Сначала разметил места расположения двух противофильтрационных зубов из суглинка, рвы под которые велел копать с врезкой в водонепроницаемый слой на метр. С этим придется попотеть, а вот дальше работа будет нехитрая: сваи из срубленных стволов, обжечь да забить в два ряда по обеим сторонам от реки, а затем подрезать грунт со склона и водить его сюда, да сразу трамбовать плотно. Причем сваи бить не вертикально, как здесь принято делать, а под углом, чтобы сразу получить нужный профиль насыпи. На подчищенном листе пергамента, из монастырских запасов, набросал чертеж станка для этого дела. Объяснил, несколько раз, в том числе и на пальцах. Правда, сначала пришлось с нескольких попыток добиваться, чтобы суть идеи понял мой толмач, а потом нормально все перевел.

Вроде поняли и даже сумели повторить своими словами. На всякий случай особо отметил, что со стороны верхнего течения Выксунки нужно укладывать вплотную к сваям слой глины в аршин и трамбовать со всей дури, чтобы уменьшить потери за счет фильтрации воды через тело плотины. А саму речку перекрывать пока незачем, пусть течет, покуда паводковый водосброс не закончим. Если перекрыть раньше времени, то нужно рвать жилы в авральном режиме, а оно нам надо?

Некоторое время наблюдал за работами, но когда увидел, что мужики собрались таскать землю в рогожах на волокушах, сообразил что тачки пока в Московии не в ходу. Попытался объяснить Ласкиреву на словах, но все одно пришлось рисовать, а потом показывать на пальцах что и как. Под моим руководством за час одну тачку сделали. Скажу честно, не ахти получилась, да что там -- жуть натуральная: колесо рубленое заодно с осью из дубового комля, борта из толстых досок, колотых из цельного бревна, баланс не к черту. Возить это чудо, да еще груженое, в одиночку оказалось тяжеловато, так что следующие велел уменьшить в размере на треть.

Пока вроде все, теперь осталось разобраться с рудными местами. Взяв с собой Сеньку, да дюжину тяглых с инструментом, пошли на место. До полудня проверили наличие руды в пяти перспективных местах. Три из них меня порадовали, руда залегала неглубоко, достаточно богатая и в приличных количествах. Часть вообще оказалась пустышкой, а еще в двух основной пласт лежал под слоем глины, хотя отдельные куски попадаются чуть не на самой поверхности, но копать уже тяжело, особенно деревянными лопатами. Впрочем, эта руда достаточно высоко на склоне, так что успеем добраться до нее и после заполнения пруда.

Осталось решить вопрос с углем, пока по-простому -- в угольных ямах пережигать будем, а домницу на первое время сложим по старинке, из глины. Для лопат и топоров нам и кричное железо подойдет, из него же попробуем сделать сварную реторту для сухой перегонки древесины. Деготь, скипидар и уксус нам не помешают. Правда есть сомнения, что вот так сразу все получится. Не приходилось мне крицы проковывать, передельного чугуна или металлолома в свое время хватало.

Пока наши сопровождающие перетаскивали в рогожах добытую на пробу руду, мы с Сенькой пошли глянуть, как идет строительство. Как я и велел, самые толстые и ровные стволы клали в сторону: для ограждения насыпи плотины. Два амбара для зерна уже закончили, для первых землянок бревна тоже нарубили и очистили от коры и сучьев. На месте их будущего расположения срезали дерн и теперь копали вширь и вглубь. Верховодки в этом месте нет, так что проблемы с сыростью нам не грозят, тем не менее, все одно пол велел трамбовать мятой глиной, осенние дожди и весеннюю слякоть еще никто не отменял. Дренажные канавы тоже проложим, но позже, первым делом -- крыша над головой. А еще печи нужны, но с этим сложнее, кирпич пока взять негде, хотя глина есть, все одно сушить да обжигать дело не быстрое, так что поначалу придется из камней класть, да щели глиняно-песчаным раствором замазывать.

Нашел Ласкирева, объяснил задачу, тот почесал затылок, что-то припоминая, затем отправил полсотни вниз по течению за камнем и песком. Где он их усмотрел, я не понял, впрочем, мы то рано утром шли, полусонные, могли и пропустить. Остальных мужиков по моему совету он разделил: одних рубить лес, других копать землю. Стрельцов отправил поочередно нести караул в четыре смены. А как иначе, мы же сейчас фактически на самой границе, и черемисы с казанцами могут нагрянуть, и крымцы, если в набег пойдут, могут этой стороной пройти на Муром. Сейчас не половодье, перейти Оку им проблем не составит на бродах.

...

На следующий день встали рано, едва рассвело и, перекусив, чем бог послал, отправились с Сенькой и полусотней стрельцов и тяглых в Муром. Для перегона скотины нам столько народа не нужно, но я убедил Михайло Дмитриевича вернуть оставленные там струги, когда обсуждал с ним утром, где лучше сделать крытый навес для скота. Случись чего, нам и ноги унести будет не на чем. Без груза они устье пройдут легко, а вообще стоит при первой возможности эту проблему решить. Там все-таки не гранит и даже не известняк, углубить фарватер задача посильная, даже с учетом доступных нам подручных средств.

Ветер как назло был слабый, пришлось идти на веслах. От устья Выксунки до Мурома по воде около полусотни верст, так что добрались уже после полудня и сразу пошли на торг. Скотины там оказалось с избытком, да и цены порадовали: прилично ниже московских. Особенно дешевы бычки. Изначально я планировал купить десятка два голов, не больше, но по таким ценам скупиться не стал и взял полсотни, в том числе и десяток коровенок: молоко, сметана, сыр лишними не будут. Несколько бычков сразу пойдет на забой, пару наилучших на племя оставим, а остальных кастрируем: волы нам тоже нужны, к весне без тягловой скотины никак не обойтись.

Крестьяне в здешних местах на лошадях пашут, им кормов меньше нужно, но они и стоят минимум втрое дороже. Нам же нужно пахать много, занимая для этого минимум народа, чтобы успеть несколько раз обработать пашню, как этого требует агротехника XX века, а уж кормов заготовить с таким количеством народа, как у меня запланировано сподобимся всяко-разно. Впрочем, сено можно просто купить, поспрашивал на всякий случай: цены вполне божеские.

Денег я захватил с запасом, поэтому закупил еще и соли, хотя Заблоцкий пытался меня отговорить, пытаясь убедить, что дешевле будет купить ее в Нижнем. Но терять несколько дней на дорогу туда и обратно никакого желания не было. Ладно бы много ее нужно было, но нам туда смысла нет ехать из-за десяти алтын экономии. Позже успеем, потому, как соли взяли всего треть от потребного количества -- больше тридцати пудов на торге не нашлось. Курицы стоили по деньге с полушкой, так что ими я тоже пренебрегать не стал, взял сразу четыре сотни с петухом в придачу. Напоследок договорился с местными о поставке овощей будущего урожая, в том числе капусты и знаменитых Муромских огурцов.

Отправил к стругам часть стрельцов: отогнать скотину, да отнести соль и прочее добро, а сам пошел искать работников, но через полчаса успел пожалеть, что поторопился с покупкой. Все одно в Нижний Новгород придется ехать. В Муроме нанять почитай некого, городок невелик, да еще и Иван Васильевич, будучи тут проездом после взятия Казани изволил в городе Благовещенский монастырь заложить^[12]. Ну ладно бы не было тут ни одного, так их только в самом городе три, да еще один поблизости, в семнадцати верстах. А теперь весь местный люд на его строительстве занят. Точнее строят пока только церковь, до монастыря дело пока не дошло, но раз государь игумену с братией казны отсыпал, да грамоту с красной печатью дал, то за этим дело не станет^[13].