Осада

Мертвые медленно сходились к дому с соседних улиц, пробирались дворами. Прогнав живых, они теперь чувствами себя в Кутаиси свободно. И не спеша стягивались к последним, оставшимся здесь.

В другое время, не будь сестра в таком состоянии, не проворонь он «Москвич», они бы смогли прорваться без особых проблем, патронов у них с избытком, да еще тут нашлась вскрытые оружейные, на обоих этажах.

– Будем уходить к вокзалу. Важа, ты меня понял? – он кивнул, Бахва вздохнул с некоторым облегчением. – Как ты, сестра?

– Попробуем. Да и до вечера всего ничего.

– До вечера мы должны быть на вокзале! – резко произнес, почти крикнул он. Иван кивнул.

– Только дайте мне оружие. Хоть Макаров какой. Я понимаю, что теперь доверять не имеет смысла, но вы и раньше не представляли… – Важа бросил ему Макаров, это было столь неожиданно, что Иван не сумел его поймать. Пистолет тяжко грохнулся об пол, Иван нагнулся, разгибаясь, он проверял оружие. – Скверно, боек чуть скошен. Может переклинить патрон. Ну да на сколько хватит.

Важа бросил ему запасной магазин, прошел к оружейной, насобирал пару десятков патронов. После чего они вышли. Манана ковыляла, держась брата, Важа шел первый, Иван прикрывал тыл.

Пробиться они так и не смогли. Пришлось вернуться. Другие дома явно не годились для сопротивления толпам зомби, словно в дурной компьютерной игре десятками выскакивающими из каждой подворотни. Растратив порядком патронов, они вернулись, не пройдя и километра вниз по улице. Добрались только до брошенного «Москвича» – казалось, это и есть их цель желанная. До того момента, пока Иван не вскрыл капот.

– Шаровая полетела. Не поедет, – он прицелился в подходивших мертвяков, но пистолет заклинило, Ивану оставалось лишь бросить бесполезный кусок металла в зомби. Его спасла Манана, немедля растратившая обойму на подходящих мертвецов. Перезарядила М-16 и начала по новой. Покуда Бахва, беспомощно не оглянувшись по сторонам, не отдал приказ к отступлению. Дорога к Риони была перерезана наглухо.

Важа шел последним, отстреливая лезущих мертвяков и устало качая головой. Ему возвращение давалось особенно тяжко. Когда все оказались внове на втором этаже, но уже в другом кабинете, он спросил, что делать будем. Бахва оглядел компанию.

– Иван, твои размышления? – но Куренной лишь пожал плечами. Манана устало вздохнула. Важа не произнесший ни слова по возвращении в центр, продолжал придерживаться нового правила.

Взгляд Бахвы упал на грузинский флаг, висевший в кабинете. Почему-то его не забрали. Видимо, подобной атрибутики было слишком много, да и зачем он в дороге. Зачем он вообще.

– Может, стоит выложить флаг на крыше. Если будут облетать, заметят, – Иван пожал плечами, Манана встряхнулась.

– Наверное, будут. Ведь если тотальная эвакуация.

– Тогда на флаге надо писать СОС, только латиницей, чтобы поняли, что это живые, ну и мало ли кто прилетит, – заговорил, перебивая себя, Важа. Внезапно ему показалось, что какой-нибудь вертолет, самолет, БПЛА, да хоть автожир, но должен пролететь над Кутаиси, чтобы убедиться, удостовериться – живых больше нет. Обязан просто.

– Флага на доме и так достаточно, – ответил Бахва. – На этом доме точно, – и не теряя времени даром, снял знамя и отправился наверх. Важа потянулся за ним, вдвоем они высадили замок на чердак, а затем забрались на крышу. Иван спустился вниз, укрепил входные двери досками и железными ящиками из подвала.

Наконец, все вернулись, и уселись в кабинете ждать. Большего ничего делать пока им не оставалось. Воды в здании не было, холодильники столовой опустошены, только сейчас они начали работать, пытаясь нарастить лед – Бахва умышленно оставил двери морозилок открытыми, пытаясь ускорить процесс. На этих запасах дистиллированной воды они могут протянуть еще дня три-четыре, хотя пить эту дрянь можно в случаях экстремальных. Скажем, если им все же придется отбивать штурм и баррикадироваться, ожидая подкрепления.

Все четверо сидели друг против друга в небольшом, метров двадцать, кабинете, сам Бахва за столом, остальные отодвинули кресла к окнам. Важа поминутно посматривал вниз. Мертвецов становилось все больше, они медленно бродили вокруг здания, кто по бетонной дорожке фундамента, кто по двору. Выходы они перекрывали надежно, располагаясь на всех подступах и блокируя любую, даже гипотетическую, попытку прорыва. Тем более, количество их предостаточно – уже больше двух сотен.

Постепенно начало смеркаться. Осажденные поужинали водой из морозильников, включили свет, уж его-то незачем было экономить, аккумуляторы рассчитаны более чем на неделю автономной работы всех систем, а уж этого срока за глаза хватит, чтобы либо околеть с голоду, либо дождаться помощи.

– Вероятно, поиски начнут с завтрашнего утра, – наконец, высказался Важа, не в силах больше держать при себе эту мысль.

– Остается только надеяться, – согласилась Манана. Разговор, покрутившись немного насчет расположения флага – жаль, что здание имело косую крышу, так что приходилось выбирать, где его прикреплять, – медленно угас, подобно тому, как дотлевает, истратив запас парафина, свеча.

Они сидели молча, слушая тишину. Пристально вглядываясь в звездное небо, щедро рассыпавшее свое холодное недостижимое богатство от горизонта до горизонта. Электричества в городе не было, фонари не зажглись, так что все удивительные красоты свои небо предоставило им одним. И собравшиеся в кабинете любовались звездным сиянием. Вдыхали теплый летний воздух, еще напоенный зноем прошедшего дня. Слушали шепот ветра, затерявшегося в кронах кипарисов.

Вечер скатился в ночь, но никто не заметил перемены, все лишь смотрели и слушали. Пока звонкий удар не заставил их всполошиться и повскакивать с кресел.

– Что это? – Манана ойкнула, пытаясь подняться и позабывшись, ступив на больную ногу. – Мертвые?

– Да, – Важа высунулся из окна почти по пояс. – Темно очень. Но мне кажется, они начали кидаться камнями в окна. Да так и есть.

– Иван, ты у нас самый зоркий, посмотри, – попросил Бахва. Он подошел, стал рядом с Мананой, девушка чуть подвинулась.

– Кидают камни в окна, – шум стал громче. – Часть подошла к двери, штук десять, пытается высадить. Это у них вряд ли получится. А вот окна…

– А окна пуленепробиваемые.

– Ну и что. Капля камень точит.

– Ты как Нодар, – сказала неожиданно Манана. – Он тоже пословицы любил в разговор вставлять.

Иван только вздохнул в ответ. И отошел. Важа продолжал вглядываться, нервно потирая переносицу. Удары становились все чаще.

– Надо пойти проверить, что там с окнами, – не выдержал молодой человек. – Долго ли протянут.