Осень № 27
Шрифт:
На том конце, где в сумерки не спят.
Стоит над льдом, на ружьях держит свет.
Последний наш, израненный отряд.
Желание.
Какая над городом песня?
Прозвучала в рассвете утра.
Чья звезда в суете поднебесной?
Задремала упав у моста.
Я
Там где прежнее время как я.
Только в сердце, бьёт остроконечной.
Злой судьбы с горьким ядом стрела.
Отыграй мне прощальною скрипкой.
Ветер странствий над тихой рекой.
Расскажи мне о счастье безликом.
Когда ночь обернется луной.
Кто-то встретится пусть на дороге.
Пусть поведает тайны свои.
И о тех кто все время в сторонке.
Ищут место для скудной любви.
В лабиринтах тускнеющей жизни.
Не легко так найти в темноте.
Светлый день от рождения капризный.
Что когда-то уснул на земле.
Не обрадует пусть меня песня.
Прозвучавшая утренним днём.
А любовь в сердце ставшую тесной.
Сберегу под промокшим плащом.
Мёртвая холодная луна.
Видишь как без тебя очень плохо.
Видишь как без тебя нам темно.
Без тебя в сотый раз мы хороним.
Тех что в кровь превращали вино.
Ты склонись вновь над черною прядью.
Тех волос что в пыли и грязи.
И прими как Христово распятье.
Те мольбы что горьки от крови.
В этом городе есть только эхо.
Что вопросом задавит вопрос.
Как в петле затянулась утеха.
В пряди грязных от ночи волос.
Нам луна подари взгляд холодный.
До костей чтоб продрогнуть в тиши.
Этот город что стал нам свободным.
Раны нам от ножей залижи.
Привкус крови как капля металла.
К небу намертво пиявкой прилип.
Что бы жить отдавали задаром.
Из груди замусоленный всхлип.
Ты луна опусти глаза в реку.
Отражение свое расплескай.
Расскажи про подругу Омегу.
Словно сказку под ночь прочитай.
И ещё ты луна взглядом синим.
Поморгай когда выпадет снег.
На щеках пусть покоится иней.
Как в сердцах надоедливый век.
Пустыня Невада ( Байкер ).
Я уеду в пустыню Невада.
Пусть Харлей мой, несёт меня в путь.
Это то что сейчас очень надо.
Что бы пыль засоряла мне грудь.
Ангел падший растрепаны крылья.
Тяжело боль на перьях тащить.
Грел прицел мою спину у тыла.
Не жалею что начал грешить.
Только те что голодные смертью.
Хотят кровью в легенду вписать.
Только в строках одни междометья.
У обрыва заставят страдать.
Нет героев а только лишь крысы.
Что грызут уже мёртвую плоть.