Остров

– Теперь рассказывайте про ваше «Созвездие».

– Извольте. Я думаю, вам хорошо известно, что военные спутники – давно не новость. Но в основном спутники применялись для разведки. И, надо заметить, довольно успешно. Технология «ки хоул» [6] позволяла из космоса разглядеть на земле объекты размером до сорока сантиметров.

– В прессе сообщали, что со спутников читают даже номера автомобилей, – сказал Старик.

Гном пренебрежительно махнул рукой:

– Ложь. Пропаганда. Но вот рассмотреть отдельного человека вполне реально. А нынешние технологии позволяют видеть сквозь облачность, туман или в темноте… Но мы сейчас не об этом. Мы о боевых спутниках. То есть о спутниках, несущих на борту оружие. Такие попытки тоже предпринимались. Как в Советском Союзе, так и в Соединенных Штатах, и – позже – в Китае. Но не особо успешно.

6

Key Hole – замочная скважина (англ.)

– А вы, – перебил S.D., – давно занимаетесь этой темой?

– Скоро тридцать лет.

– В Штатах или в России?

– Начинал в Советском Союзе, – Гном умолк и несколько секунд молчал. Старик смотрел на него очень внимательно. Гном улыбнулся и сказал: – Последние девять лет живу и работаю в Штатах… Так вот, попытки создать боевые орбитальные комплексы предпринимались. При этом надо иметь в виду, что компоненты для этого, в общем-то, уже были… Все, кроме оружия. Большую ставку делали на лазерное оружие, но следует признать, что пока надежды не оправдались. Впрочем, в Ливерморской лаборатории есть очень перспективные наработки… Откуда-то снизу донесся гулкий шлепок, Гном осекся и спросил:

– Что это?

– Полагаю, что это сбросили цистерну… Кстати, не пора ли нам подняться наверх?

Гном посмотрел на часы, произнес: да-да, конечно. Вошел Апфель, сказал, что все готово – манекен и цистерна на воде.

– Благодарю вас, Джозеф. Принесите, пожалуйста, куртку для мистера Гусева – мы поднимемся наверх.

Спустя две минуты Старик и Гном появились на верхней палубе. Ветра почти не было, сыпал колючий снежок. Старик приказал выключить наружное освещение. Свет погас, и сделалось почти темно. Свет давал один-единственный прожектор, установленный на буровой вышке. В его луче качался на черной воде «человек» в ярком оранжевом спасательном жилете. Из-за относительно большого расстояния он выглядел вполне реалистично. Метрах в двадцати от него качалась ржавая стальная цистерна. О ее борт терлась большая ослепительно-белая льдина.

Гном посмотрел на часы и произнес:

– Полагаю, что через две с половиной-три минуты. Было бы хорошо выключить двигатели и механизмы.

– Зачем?

– Тогда мы сможем услышать даже свист пули. Старик подозвал высокого бородача. Спросил: «Мы можем на пять минут выключить ваши дизеля и вообще все, что можно выключить ненадолго?»

Старший механик «Голиафа» ответил: «Пять минут? Без проблем, сэр».

Через минуту стало тихо. Так тихо, что можно было слышать, как трется льдина о ржавый борт цистерны… Все ждали. На черном арктическом небе сияли тысячи звезд. Одна из них была «Энола Гэй». По морю катились невысокие и совершенно одинаковые волны… Старик ждал, но свист все равно раздался неожиданно. Он обрушился откуда-то с небес, был пронзительно-высокий и очень короткий, а завершился резким, как удар бича, щелчком над водой. Вода вокруг манекена вскипела, а сам он как будто подпрыгнул, встал на-попа. Это было неожиданно. Это было непонятно. И – это было страшно.

Спустя несколько секунд вновь раздался свист. Вновь прозвучал удар бича. В теле цистерны образовались несколько крупных дыр с рваными краями. Цистерна на глазах начала тонуть. Льдина раскололась на несколько частей.

Гном стоял у поручней и смотрел на эту картину взглядом победителя.

Старик налил в стаканы водку, вновь произнес по-русски: «Ваше здоровье», – и выпил. Потом сказал:

– А теперь объясните, что это было. Как, черт побери, вы это делаете?

– Посредством черной магии, сэр, – ответил Гном и рассмеялся. Потом сказал: – Впрочем, теперь это называется «высокие технологии»… Я уже говорил, что главной проблемой боевых спутников является оружие. Попытки использовать всякого рода экзотику – лазеры, пучковое оружие – не оправдались. А вот решение стрелять по цели обычными пулями оказалось правильным. Хотя, конечно, пули и снаряды, применяемые нами, тоже являются продуктом высоких технологий. А выстреливают их из электромагнитной пушки. В двух словах объясню, как устроена электромагнитная пушка.

Стало слышно, как где-то включаются дизеля, начинают работать механизмы.

– Итак, электромагнитная пушка, она же электромагнитный ускоритель, – это оружие высокой кинетической энгергии. В основе его две токопроводящие шины. Ток создает магнитное поле, взаимодействуя с которым снаряд ускоряется силой Лоренца…

– Стоп! – выставил вперед ладонь мистер S.D. – Стоп. Давайте попроще, мистер Гусев.

– Ну… попроще так попроще. В общем, любителям поиграть в трехмерные шутеры подобное оружие известно под названием «рейлган». Оно способно выстреливать снаряд массой около килограмма со скоростью почти двенадцать километров в секунду. Снаряд массой около двух килограммов мы разгоняем до восьми километров. Массой три с половиной килограмма – до семи. На наших платформах стоят по три ствола. Один мы называем «ружье». Ибо он предназначен для стрельбы по мелкой дичи – по человеку или автомобилю. Разумеется, попасть в человека с орбиты, с высоты в двести с лишним километров, довольно трудно. Причем трудности возникают из-за последних пятнадцати-двадцати километров, которые приходятся на полет снаряда в земной атмосфере – именно на этом участке траектории возникают все отклонения. Они невелики, но тем не менее они есть, поэтому при испытаниях первых образцов гарантированный процент попаданий в мишень, имитирующую взрослого человека, не превышал сорока процентов. Мы изменили концепцию и теперь по «мелкой дичи» стреляем килограммовым «стаканом», наполненным стальными поражающими элементами. За пять-пятнадцать метров до цели «стакан» раскрывается на две половинки, выстреливает свою начинку. Получается нечто вроде выстрела картечью из охотничьего ружья. И эта картечь накрывает площадь диаметром около двух метров. У того, кто попал под выстрел, шанса практически нет… Вы же видели манекен? – Старик кивнул: видел… Когда манекен вытащили из воды, он был буквально изорван картечинами, в груди зияло отверстие, пробитое «стаканом»… Гном сделал глоток водки, продолжил: – Скорострельность и маневренность «ружья» позволяет стрелять даже по самолетам и ракетам. По более серьезным целям – бронемашина, корабль – мы используем второй ствол. Вот это уже настоящая пушка. Ну, вы видели, какие дырки он сделал в цистерне. – Старик снова кивнул. – Так это мы стреляли разделяющимся снарядом. А есть еще и снаряд-болванка. Самый массивный, массой три с половиной килограмма. Его мы выстреливаем из третьего ствола. Он хорош для стрельбы по самым серьезным, если можно так выразиться, целям – по солидной броне или железобетонным перекрытиям. Снаряд пробивает любую броню, а в бетон проникает на глубину более полутора метров. При попадании в твердый материал стальной закаленный снаряд вследствие очень высокой скорости как будто взрывается – в нем образуются сверхвысокие напряжения. При этом взрывоподобно разрушается и материал, в который попал снаряд – броня, бетон. Дает массу осколков. Башня танка в результате такого попадания превращается в разорванный котелок.

– Образно, – оценил S.D.

– Эффект потрясающий. А экипаж внутри подбитого танка превращается в мясной фарш – его просто разбрызгивает по стенам.

– Понятно. Понятно, мистер Гусев… И все же: каковы возможности вашего «Созвездия» при проведении, например, антитеррористической операции в условиях города?

– Теоретически они очень высоки. Каждая платформа несет в своих погребах по девятьсот патронов для «ружья» и по шестьсот снарядов для каждой «пушки». При необходимости мы можем поражать террористов, стреляя сквозь крыши и стены зданий. Мы можем убивать их прямо в сортире. Для этого, разумеется необходимы точные координаты цели, то есть помощь наводчиков на земле. Тогда от снарядов с «Созвездия смерти» не спасет ни броня, ни бомбоубежище. От них невозможно спрятаться. Они будут настигать террористов везде. Да еще следует учитывать психологический эффект – выстрел с «Созвездия» похож на гром среди ясного неба и воспринимается как нечто почти мистическое. Компьютерное моделирование показало, что всего одна платформа может полностью парализовать действия террористов в условиях даже большого города. А ведь мы можем собрать в заданной точке несколько платформ… Но, повторюсь, на практике все это не проверялось.

Несколько секунд Старик молчал, задумчиво крутил в руках высокий стакан. Потом спросил:

– А какова схема оперативного управления?

– Приказ на применение флотилии отдает лично президент Соединенных Штатов.

– Каким образом?

– Как вы знаете, президента повсюду сопровождает офицер с «атомным» кейсом. Вот именно посредством этого кейса и осуществляется управление флотилией. То есть никакой бюрократии. Все предельно просто – президент отдает приказ, офицер вводит в компьютер данные, и через несколько минут ближайший к цели спутник наносит удар.

– Понятно, – кивнул Старик. – Когда вы сможете вывести на орбиту всю флотилию?

– Для доставки платформ на орбиту мы используем два шаттла. На доставку и монтаж каждой из них требуется как минимум неделя. Во-первых, требуется время для того, чтобы «подвесить» платформу на орбиту. Во-вторых, уже там, на орбите, необходимо провести некоторые монтажные операции и тестирование.

– То есть еще семь недель?

– В лучшем случае. Реально времени нужно еще больше. Довольно часто старты «челноков» приходится переносить из-за метеоусловий или мелких неполадок.

– Плохо, – сказал S.D., – очень плохо. Фактически Соединенные Штаты располагают уникальным боевым комплексом, который способен значительно изменить представления о войне… Аналогов в мире, если я правильно понял, нет?

– Совершенно верно, – подтвердил Гном. – В Китае ведут аналогичные разработки, но они сильно отстали.

– И при этом вывод флотилии на орбиту ведется черепашьими темпами. У вас, если не ошибаюсь, есть четыре шаттла. Почему задействованы всего два?

– Все четыре и задействованы. Но один из челноков всегда стоит «под парами» в качестве аварийно-спасательного корабля, еще один находится на профилактическом обслуживании – там ведь огромное количество регламентных работ. Получается, что из четырех шаттлов реально работают только два.

– Скверно… Когда на орбите будут висеть хотя бы три-четыре платформы?

– Вторая платформа через пару суток будет, как говорится, «на ходу» – она уже на орбите и сейчас на ней заканчивают монтировать «стволы». А еще через неделю – если все пойдет штатно и погода не подкачает – над нами будут висеть четыре платформы. В рабочем состоянии.

– Через неделю, – задумчиво сказал Старик и повторил, – через неделю… Ну что ж… Благодарю вас, мистер Гусев. И – не смею вас более задерживать.

S.D. сам проводил гостя. Когда поднялись наверх, на платформе все еще было темно – Старик не отдал приказ включить освещение, вот его и не включили. Во мраке Гном увидел вдруг нечто неожиданное – вознесенный стальной стрелой деррика на высоту около тридцати метров, над морем висел «аквариум» – стеклянное сооружение размером с комнату. На фоне черного неба вода в нем как будто слегка светилась. А в воде медленно кувыркался обнаженный юноша. И звучала музыка.