Отборные мужья

– Согласен, твоя задумка с переодеваниями добавляет пикантности всей ситуации. Ведь если бы не это, вряд ли я смог бы себя сдержать от более активного ухаживания за моей будущей женой.

Услышав подобное, невольно смутилась, а еще испытала ни с чем не сравнимое счастье, в тот же миг затопившее душу. Думала, Ким начнет упираться, требовать, шантажировать, уговаривать на худой конец, чтобы поступить так, как он считает нужным, а именно, раскрыть тот факт, что я девушка. Но нет, чуткость Ракима, с которой он услышал мою просьбу, достойна похвалы.

Мы же тем временем оглянуться не успели, как все-таки дошли до вершины подъема и были вынуждены отцепиться друг от друга, чтобы не попасться на глаза Вал’Дюрану и Элистрии. Супружеская пара поднялась первой и теперь стояла, дожидаясь нас дальше по тропинке, возле белокаменной полукруглой беседки, сплошь увитой плющом, который рос, казалось, всюду. Точнее, этот наглейший сорняк рос от самой беседки и далее стелился по земле до западного крыла огромного замка из серого гладкого камня, слегка блестящего под солнечными лучиками.

Еще немного пройдя вперед, к крыльцу бокового входа, мы вначале услышали странное, а после еще и почувствовали: хлопки гигантских крыльев, нагоняющих сильный ветер, который не позволял как следует разглядеть причину. Ведь при этом глаза мои щурились и слезились.

А мгновение спустя ветер стих, и за нашими спинами очутились двое: молодая женщина в обворожительном приталенным бордовом бархатном платье с высоким вырезом и импозантный мужчина средних лет, брюнет с длинными волосами, собранными в хвост, гладко выбритыми щеками и подбородком, во фраке, с хулиганской улыбкой на устах и смеющимся взглядом.

– Прошу нас простить, – начала вдруг женщина, (судя по всему) жена того самого артефактора, двигая полноватыми губами, блестящими помадой цвета спелой вишни. – Мы не удержались и спустились вниз посмотреть на ваше семейное воссоединение.

Подняв руку, она пригладила и без того прямые волосы цвета темного шоколада, отливающие золотом на свету, а после сделала приглашающий жест рукой в сторону дубовой двери замка.

Хорошо, что обращались они не ко мне, потому как от увиденного я попросту онемела, или проглотила язык, еще не определилась со степенью своего удивления.

Ведь ранее я думала, что, кроме нашего Хальгуса, никто из магов не может так резво летать, и даже заучка Касьяна не очень дружна с левитацией. Не говоря об остальных адептах её потока. Но, как оказалось, я была в корне неправа.

– Ваше внимание – честь для нас, – благодушно произнес Раким, преисполненный поистине королевского достоинства. Помимо слов, он еще и на мгновение слегка склонился. Но и этого было достаточно, чтобы польстить собеседнику. В ответ артефактор пожал руку Киму и, казалось, улыбнулся еще шире.

А после этого повторил за женой приглашающий жест, приговаривая:

– Что ж, тогда милости прошу. Стол уже накрыт.

Глава 13. Злачный маршрут

Ирвинтвед. Цамт. Владелица домов терпимости. Люсинда

Предполагаемая прогулка по Лиловому переулку, двум мостовым и проход вдоль сточной канавы Синей улицы была в самом разгаре. Худощавый щеголеватый на вид мужчина в костюме с тростью, идя по тротуару, в очередной раз вынуждено пошатнулся, причем буквально, а всё потому, что с каждым шагом его тянула на себя одна из двух наряженных девиц, которые с остервенением вцепились в локоть несчастного. Словно это последний шанс найти себе мужа.

Как и пожелала матушка двух засидевшихся в девицах дочек, купчиха Гойта Анарди всё-таки раздобыла половину портрета лорда Оринутиса, хоть и пришлось при этом поскандалить со своей конкуренткой, купчихой Матильдой Бланч. По завершении шумной перепалки настырные дамочки не нашли ничего лучше, чем порвать портрет Шосфина Кегла пополам, а вместе с тем и разделить прогулку по злачным местам Цамта.

Именно поэтому вышеуказанный лорд был вынужден заняться поиском расписки кожевника в увеличившейся компании ради ускорения встречи с Рияной Дорин. Ведь сам Моран Айк, компаньон сыщицы, пообещал ему это.

Правда, предполагалось, что спутницы будут ему помогать, а не наоборот. Однако, как всегда случается, поиски расписки, увы, свелись к бесцельному блужданию вдоль сточной канавы.

За процессом «раскрытия тайны», а заодно и «налаживания связей» наблюдали, бессовестно высовываясь из-за угла, еще четверо, это если не считать случайных прохожих, которые также были не прочь присоединиться к созерцанию странного зрелища. И Люсинда оказалась в их числе. Исключительно опыта ради, а еще по привычке, или из желания поболеть за свое собственное предприятие – сватовство всех и вся. Увы. Потому как сейчас её мозг занимала другая насущная проблема – неожиданное исчезновение объекта её любовного интереса, Хеймиля Мудрого. Наняв дополнительно в охранники четверых стражников Ирвинтведа из числа алхимистов, отслуживших у Запретной башни свой срок, тот сел на корабль и был таков. Да ко всему прочему прихватил с собой еще одну проблему Цамта, странную старуху, беженку из Угедага с неприметными чертами лица, Микту Хартвеншит.

Тем временем пока лорд Оринутис, Ирма Бланч и Тайма Анарди якобы обходили очередной камешек, а перед мысленным взором Люсинды возник горделивый профиль довольно красивого мужчины с рыжей бородой. Слегка заросшей, что, по мнению свахи, придавало Хеймилю даже больше шарма, чем аккуратно выбритые щеки.

Люсинда горестно вздохнула.

– Эй! – ворчливо выдала Гойта, отпихнув от себя локтем Матильду. Та настолько увлеклась наблюдением, что непроизвольно оперлась о плечо конкурентки, точнее, матушки конкурентки своей дочери, старшей.

Вторая девица из дочек Анарди при этом стояла позади и обиженно надувала губы, ведь она проиграла в жеребьевке, в которой определили очередность прогулки с лордом между сестрами.

Хитрющая Гойта знала толк в торговом деле. Выкупив половину портрета Шосфина Кегла, она много сэкономила, так как, помимо прочего, решила разделить прогулку еще и на двух своих дочерей. И потому на каждую из младшеньких ей и вовсе пришлось уплатить по четверти от положенной суммы за все мероприятие по поиску расписки кожевника.

Но даже несмотря на это, сумма для такого предприятия была запредельная. Треть годовых трат на всю семью вполне зажиточной купчихи. Или же стоимость целого рулона первоклассного цветного штапеля, столь необходимого для подклада дворянских платьев и боевой формы алхимистов.

– Как продвигается? – рядом с дамочками на наблюдательном посту неожиданно нарисовался сам Моран Айк. – Уже что-то узнали про расписку-то?

– Расписку? – недоуменно уточнила Люсинда. Однако после недолгих секунд обмена взглядами с сыщиком все-таки опомнилась: – Ах, расписку кожевника? Да… наверное, да!