Отель у моря

– С кем ты там?

– С Кэси Мэннинг. – Райан покосился на разложенные по кровати бумаги. – Мы работаем.

– Привет, Кэси! – крикнул Шон. – Нам всем не терпится с тобой познакомиться!

– Мне с вами тоже.

– Рай, ты больше ничего не хотел спросить? А то меня тут дама у бассейна ждет.

– Дождаться не могу, когда увижу эту необыкновенную женщину. Заставить трудоголика Шона Броди взять длительный отпуск – это надо уметь!

– Скоро увидимся, тогда и представлю тебе Элизу. Она тебе понравится. Милая, искренняя, прямая, открытая. В общем, совсем не похожа на… Короче, сам увидишь.

Дав отбой, Райан нахмурился.

– Прямо воплощенная добродетель, – прокомментировала Кэси.

– Кто?

– Элиза. – Кэси перебросила волосы через плечо. – Прямо мать Тереза.

– Ну да. Эрик говорил, что она сама доброта. Работает воспитательницей детского сада то ли в Монтане, то ли в каком-то другом захолустном штате. Обычно Шону нравятся совсем другие девушки, но с ними у него, к сожалению, ничего хорошего не получалось.

– Ну да, Шон упоминал, будто Элиза на кого-то не похожа. На кого?

– На нашу маму. После папиной гибели начала выпивать, принимала наркотики – хотела забыться. Только и знала, что скрывать свою зависимость от нас и добывать фальшивые рецепты, чтобы покупать в аптеке сильнодействующие препараты. Сплошная ложь.

Кэси опустила глаза и принялась нервно теребить лист бумаги.

– Значит, для вас, братьев Броди, особенно важно, чтобы рядом была честная женщина, которая не будет лгать, как ваша мать.

Райан фыркнул:

– Не тут-то было. Эрик, например, все равно собирается жениться на Кристине, хотя она скрывала, что родила от него ребенка. Представляешь?

– Что? Родила и не сказала? И после этого он принял ее обратно?

– У Кристины были смягчающие обстоятельства. И вообще, эти двое созданы друг для друга. Настоящая любовь и все в таком духе.

– Как мило.

Райан постучал карандашом по коробке.

– Тебе не кажется, что это странно?

– Ты про отношения Эрика и Кристины?

– Нет. Я о том, что папин давний напарник, с которым они столько лет прослужили в отделе убийств, погиб на службе, а через полгода папу обвинили в убийствах, которые он не совершал?

– Да, удача от них отвернулась.

– А по-моему, не все так просто. Стоит начать копаться в этом деле, и сразу всплывают новые подозрительные обстоятельства. Ты ведь в курсе, что во время расследования дела о серийном убийце моего брата Эрика похитили?

– Да.

– Недавно он узнал, что в его похищении была задействована оккультная группа.

Кэси прижала папку к груди.

– Думаешь, серийный убийца как-то связан с этой группой? Или даже состоял в ней? Не припомню, чтобы обнаружились улики, указывающие на причастность оккультной группы.

– Нет, таких улик не было. Не уверен, что это нам пригодится, но хочу разузнать побольше о гибели Джо Риголетто.

– Обратишься к Мари Джордано?

– Пожалуй.

Кэси вытянула ноги.

– Кстати, сначала убийца отправлял твоему отцу письма в участок. Вырезал и приклеивал на бумагу буквы из журналов. Причем в этих письмах были подробности, о которых никто другой знать не мог.

Райан невольно засмотрелся на видневшуюся из-под задравшейся штанины щиколотку Кэси, потом на изящные ступни с голубым педикюром. Так о чем они только что говорили?.. Ах да, о деле. Райан сел прямее.

– Те, кто считал папу серийным убийцей, говорили, что письма – его рук дело. Хотел отвести от себя подозрение.

– Отчасти причина в том, что никто не видел человека, подкладывавшего эти письма.

Кэси скрестила стройные ноги. Она что, нарочно мешает ему работать?

– Потом у папы в машине обнаружили гипс. – Райан опустил голову на сплетенные в замок пальцы. – А свидетели сообщали, что видели на месте происшествия мужчину с гипсом на руке.

– Вот именно – мужчину, а не Джозефа Броди. Похоже, серьезных улик против него не было, одни подозрения и предположения.

Райан свесил ноги с кровати и оперся локтями о колени.

– А самое обидное, что исходили они от папиных коллег.

– Странно, обычно копы, наоборот, защищают и выгораживают своих. Тем более что, по рассказам, Джозефа Броди любили и уважали.

– Наверное, их возмущало, что репутация отдела оказалась запятнанной. Шон рассказывал, что незадолго до этого был еще один скандал – кажется, связанный со взятками или с чем-то в этом роде. Во всяком случае, шумихи в прессе сотрудникам отдела убийств хватило, вот и ухватились за жалкие улики против папы, чтобы никто не обвинил их в укрывательстве убийцы.

Кэси развела руками:

– Теперь удивляюсь, как могла считать твоего отца убийцей.

– Да, в деле еще много подозрительных обстоятельств. Например, почему папа спрыгнул с моста, если был невиновен?

– А вдруг дело о серийном убийце тут ни при чем? Об этом ты подумал? Может, он серьезно заболел, или у него были проблемы? Скажем, долги. Он, случайно, в казино не играл? А эта история со взятками… Вдруг Джозеф Броди тоже имел к ней какое-то отношение?

– Полагаю, уж лучше обвинения в игорной зависимости и взяточничестве, чем в убийствах.

Кэси сбросила папку с колен и вскочила с кровати.

– Я твоего отца ни в чем не обвиняю. Просто рассматриваю разные варианты. Раньше мне ведь и в голову не приходило обращать на них внимание – думала, убийца Джозеф Броди, и больше тут говорить не о чем.

– Я не обижаюсь. Только не ври мне, Кэси. Больше мне ничего не надо.

– Клянусь, больше никаких секретов. – Кэси перекрестилась, демонстрируя серьезность своих намерений. – Ну что, завтра снова едем в управление? Заодно узнаем, известно ли что-нибудь насчет убийства Дьюка Баннистера.

– И нападения на Синтию.

– Да, столько всего случилось, прямо голова кругом. Закрыв глаза, Кэси потерла виски. Райан сразу поспешил к ней.

– Присядь. Сейчас воды принесу.

Кэси пронзила его красноречивым взглядом.

– Броди, это просто выражение такое. На самом деле голова у меня не кружится.

Райан обнял ее за плечи и рассмеялся. Как же ей было приятно, до чего хорошо с этим мужчиной!

– То же самое ты говорила, когда шла в ванную. А потом что случилось?