Отель у переправы

– Да, я здесь на очень долго.

– Значит все-таки работа… А один?

– Да, один, если Вы имеете в виду женат ли я или еще с кем…

– Вы здесь все знаете?

– Вы о чем?

– Ну, окрестности, чем можно заняться, как убить время…

– Думаю, что округу знаю и смогу найти, чем заняться.

– О! Вот здорово! Возьмёте надо мной шефство?

– Почему бы нет? Я с удовольствием. А Вы, Катя, насколько решили остаться?

– Ну, пока паром не пустят. Жаль, кончено, что теряю время, но другого пути нет. Мост еще только строят.

– Вы спешите на остров по делам?

– Да, спешила. Теперь уже и не знаю, успею ли.

– Так летите самолетом.

– Не могу.

– Боитесь?

Она как-то хитро и очень печально улыбнулась. Я ждал, что услышу объяснение невозможности лететь на самолете, но так ничего и не услышал.

– Мы сможем сегодня куда-нибудь сходить? – спросила она после минутного молчания.

– Если не боитесь сырости, то можем. У вас есть что-нибудь от дождя?

– От дождя?! – не поняла она. – Но ведь его нет!

– Вы не правы. Он идет. Моросит. Здесь часто идут такие дожди. Природа словно потеет, покрывается испариной. Между прочим, при таких осадках промокнуть можно больше, чем при обычном дожде. Разве Вы не чувствовали, когда шли в ресторан, что лицо постоянно мокрое?

– Да, было такое. Приходилось постоянно его вытирать.

– Вот! И все тело промокает. Так у Вас есть плащ, сапоги?

– Откуда?! Нет.

– Не беда. Я дам вам дождевик. А вот с сапогами будет труднее. У вас какой размер ноги?

– Тридцать восьмой.

– Хорошо, поищу.

Я уже наелся и сидел только потому, что мы болтали. Катя же еще и не притронулась к завтраку, а цедила только апельсиновый сок.

– Катя, когда Вы хотите начать?

– Да хоть сейчас!

– Нет. Давайте, я пойду, все приготовлю для вас, а вы пока подкрепитесь. Я зайду за Вами через пол часика. Пойдет?

– Да. Можно даже и раньше.

– Ну, раньше не обещаю, но постараюсь все найти за это время. Приятного аппетита! – Я встал и, оставив Катю завтракать, вышел из ресторана.

На территории кроме названных мной жилых домиков и административного здания, имелись еще и подсобные помещения, так, конечно, была трансформаторная, бойлерная, прачечная, складской дом, в котором хранилось всё, что требовалось в гостиничном хозяйстве. Туда-то я и пошел, расставшись с Катей. Открыв с трудом, разбухшую дверь, я почувствовал запах сырости и залежалых вещей. Помню, что подумал о необходимости, когда выглянет солнце всё там перебрать и высушить. Дождевики висели на крючках, полиэтиленовые, разных цветов и размеров. Я выбрал, как мне показалось, подходящий, свернул его и положил рядом. С сапогами пришлось сложнее. Как я ни старался разобраться в их размере, никак не мог найти место, где он был указан. Пришлось мне выбирать на глазок и на мою ногу. У меня сорок первый, поэтому я выбрал те сапоги, что были малы, но не настолько, как самые маленькие. Закончив с выбором прогулочного инвентаря для Кати, я закрыл помещение и решил зайти к себе, поскольку в ресторан я не надевал ни свои сапоги, ни дождевик, сняв их после прогулки к морю.

На все про всё я затратил минут двадцать, поэтому у домика номер тринадцать остановился, когда Катя еще не вернулась. Она появилась только через пять минут. Я увидел ее быстро шагающей и съежившейся от сырости тумана, опустившегося внезапно на крыши отеля и редкие, пока что очень молодые кроны деревьев. Туман еще не был плотным, как молоко, а создавал пока только впечатление, что облака отяжелели от влаги и просели до земли. Или даже больше, он напоминал дым десятков сигарет, выкуренных в закрытом помещении, который, словно слоеный пирог у не очень опытной хозяйки, в некоторых местах – толще, в других – тоньше.

– Вы уже ждете меня! А я засиделась. Так не хотелось выходить в сырость. Не подумала одеться потеплее перед завтраком. Простите за вынужденное ожидание, – обезоруживающе улыбнулась Катя.

– Да всё нормально. Я только подошел. «Вот дождевик и сапоги», – я протянул ей полиэтиленовый сверток и пару резиновых сапог. – Но вот за размер не отвечаю. Выбирал на глаз.

– На вид мой размер. Ничего даже если будут чуть больше! – она приняла от меня вещи, и кивнула мне головой на дверь домика. – Пойдемте в дом. Нечего здесь торчать Вам. Пока я переоденусь, вы подождете в доме.

Я покорно прошел за ней. Девушка открыла дверь своим ключом, и первая вошла внутрь. Ничего нового внутри помещения я не увидел. Все было стандартно. Одно только меня вновь озадачило. Обычно там, где останавливаются женщины полно всяких разбросанных шмоток, различной косметики, конфет, расчесок и прочих бытовых принадлежностей слабого пола. У Кати я не заметил ни одной из этих штучек. Заинтересовавшись этой странностью, я попытался взглядом найти тогда чемодан или какую-нибудь дорожную сумку, потом стал искать хотя бы дамскую сумочку побольше, но ничего кроме маленькой сумочки, той, что была с ней в ресторане, я не увидел.

Катя, встав посреди комнаты, задумалась. Потом что-то решив для себя, махнула рукой.

– Не буду переодеваться. В джинсах удобно. Рубашка с длинным рукавом. Если сверху будет еще и дождевик, то будет очень тепло, – она развернула полиэтиленовый плащ и надела его. Усевшись на кровати, девушка скинула мокасины и, взявшись за сапоги, натянула их на ноги. – О, чудо! Они как раз! У Вас хороший глаз! Тютелька в тютельку! Я готова. Идем?

– Пойдем. Сколько у нас времени?

– Весь день. Правда, я не могу без еды. Завтрак, обед и ужин – обязательные процедуры в моей жизни. Люблю покушать. Понимаю, что в моем возрасте надо уже следить за собой. Но пока ничего не могу с собой поделать!

– Да бросьте! У Вас замечательная фигура и следить за ней пока нет необходимости, – честно заявил я на её неприкрытое кокетство. Конечно, она прекрасно знала, что является обладательницей очень красивых форм, но, как и всем женщинам, ей, видимо, тоже требовалось вербальное восхищение ее красотой.

Вдруг завибрировал мой телефон. Я достал его из кармана, извинившись перед Катей. Звонила Маша с ресепшен, просила зайти. На мой вопрос, нельзя ли всё решить по телефону, она ответила отрицательно.

– Катя, извините, я оставлю Вас на пять минут. Подождете?

– Конечно! – легко согласилась она.

Я оставил свою гостью и быстрым шагом почти побежал на ресепшен. Дело оказалось пустяковым и практически разрешилось само, без моего участия. Татьяна Сергеевна – сменщица Маши опоздала и не перезвонила. Прошел час, как должна была произойти смена, но никого не было. Но буквально за минуту до моего появления сменщица, пожилая женщина, приехала на работу. Её привез муж, у которого в дороге пробило колесо, и они задержались, меняя его. Позвонить женщина не могла, так как в довершение ко всему забыла телефон дома.