Отмель

– Мы видели нашего нового малыша на компьютере. – Купер застенчиво сует пальцы в рот. Мне не терпится увидеть результаты УЗИ, но в эту минуту два других моих ребенка нуждаются во мне как никогда.

Наконец я заставляю себя заговорить, и голос скрипит, словно горло поцарапали песком.

– А как дела у других моих малышей?

– Все хорошо, – кивает Кики. – Выспались. А когда проснулись, доктор нас накормил.

– И на завтрак было мороженое! – Купер радостно подпрыгивает, и я беру его за руку.

– Ух ты! Серьезно? Вот повезло!

Подумать только. Еще совсем недавно мы были в океане, на волосок от смерти. Я снова целую детей. Как легко было бы потерять одного из них или моего будущего ребенка.

Движения явно даются Джеку с трудом. Он садится рядом со мной.

– Ты чуть не погибла, – говорит он. – Потеряла много крови.

Я помню лишь полет на вертолете, вернувшем нас на материк. Помню кровотечение. Кики и Купера, спящих на коленях у офицера полиции. Тьму. Шершавый плед, наброшенный мне на плечи. Помню, как нас посадили в инвалидные коляски и развезли по палатам: Кики с Купом в одну сторону, Джека в другую. Помню, как, теряя сознание, не хотела, чтобы нас разлучали.

– А ты?

– Сначала врачи проверили, нет ли у меня внутреннего кровотечения. К тому времени, как я вернулся, тебя уже накачали снотворным.

У меня остались лишь обрывки смутных воспоминаний, но это уже неважно. Главное, мы в безопасности. Мы вместе. Но что с Марьям и Сити?

Я моргаю, глядя на сотрудников полиции. Мужчина в униформе, женщина в штатском. Кажется, она была с нами в вертолете.

– С нашими спутницами все в порядке?

Детектив кивает и облокачивается на бортик койки.

– Все отлично. Они в соседней палате. Вы многое пережили вместе.

Я закрываю глаза и перевариваю ее слова. Все отлично. Они спасены.

– Мы должны задать вам несколько вопросов. – На вид моя ровесница, детектив в прекрасной физической форме, одета в джемпер с длинным рукавом и треугольным вырезом поверх деловой рубашки. Лицо ее излучает тепло, когда она улыбается и говорит: – Знаю, сейчас не лучшее время для дознания. Но я бы предпочла поговорить сразу, пока все еще свежо у вас в памяти.

Свежо? Скажете тоже. Мне надо поесть, попить, сходить в туалет – хотя, кажется, мне вставили катетер. Но хочу я лишь одного: остаться наедине с Джеком и моими детьми. Разве так сложно дать нам хоть пару минут?

– Меня уже допросили, – улыбается Джек, стиснув мне плечо. Даже это простое движение заставляет его дернуться. Избили его очень жестоко, как я и думала. Он даже не может открыть левый глаз, так сильно распухли веки.

– Можете ненадолго нас оставить? – молю я полицейских. – Пожалуйста.

Взгляды детей и Джека тоже обращены к ним. Секунду поразмыслив, добрая сотрудница кивает:

– Хорошо. Мы пока попьем кофе. Дадим вам несколько минут.

Улыбнувшись, женщина выходит из палаты в сопровождении своего коллеги. Как же чудесно, что мы вместе, что все позади. Купер садится на койку, а Кики перебирает мне волосы.

– О чем тебя спрашивали? – уточняю я у Джека. Вот бы полицейские вовсе не возвращались, ведь я ждала этого момента с тех самых пор, как мы покинули Сидней: нам наконец-то ничего не угрожает, и мы вместе.

– Обо всем. И я рассказал все, что знал, – отвечает Джек, включив телевизор детям. – Но им и так было многое известно. Судя по всему, ребята, которые подобрали тебя в море, направились прямиком в участок и сообщили полиции о случившемся. Шкипера с «Леди Удачи» арестовали сразу, как только тот вернулся в Сидней.

– Боже, те самые мальчишки! – поражаюсь я. – Напрасно я в них сомневалась. А что с теми, кто остался на острове?

Джек почесывает бровь и опускает глаза в пол. Затем делает глубокий вдох, и я уже знаю, что он собирается сказать. Тревожная новость проникает в палату, омрачая нашу радость и вызывая кислый привкус во рту.

– Они сбежали, – наконец признает Джек.

– Сбежали? – тихо, чтобы Кики и Купер нас не услышали, переспрашиваю я. – И Матео, и Чарльз? А кто же тогда стрелял?

– На острове ни души. Неизвестно, что именно Матео сделал с Чарльзом, но оба исчезли. Там вообще никого не нашли. Марьям и Сити тоже дали показания полиции.

Наверное, это должно придать мне сил. И на мгновение так и происходит. Марьям и Сити в безопасности, мы тоже. Я сдержала слово и защитила всех нас. Закрыв глаза, мысленно благодарю Вселенную. Но от слов Джека становится немного тоскливо. Матео и его прихвостни сбежали, и это означает только одно: если они вернутся, их посадят. Но как же Чарльз? Неужели Матео убил его и всех остальных – Брэда, Уоллеса, пожилую горничную, – а потом избавился от трупов?

Эта мысль не отпускает, кружится в голове в полную горькой радости минуту.

Семь месяцев спустя

Сегодня у нас ужин. Зажгутся свечи, накроем на террасе стол, украшенный изысканной сервировкой и льняными салфетками. Принесем вазу с чудесными белыми розами, аромат которых сольется с запахами ванильных свечей и даров моря. Наполним бокалы вином, расставим сырные тарелки и заведем приятную беседу под легкий музыкальный аккомпанемент.

Мы отлично научились скрывать свое прошлое. А дети отлично научились принимать новую семью.

Я отпиваю вина и поправляю один из ножей. Через каких-то десять минут в этот дом войдут три человека – и поразятся его великолепию. Виды на пляж, ради которых не жалко умереть. Роскошная картинка, достойная соцсетей. Я делаю еще один глоток, массирую виски и вглядываюсь в спокойный океан. В этот вечер природа не поскупилась на яркие краски. По небу плывут облака, тронутые розовыми мазками заката. Мчатся, шелестя перьями, белые чайки. Далекий гул лодок и тихий шум волн – это наш саундтрек.

Мы хотели, чтобы новый дом стал отражением перемен, произошедших в нашей жизни. И все получилось. А после завершения расследования Джек возглавил охранное предприятие Чарльза. Поскольку прежнего владельца объявили в розыск, бразды правления всецело перешли к Джеку, а я по-прежнему руковожу оздоровительным центром.

Дом Ариэллы пустует, сад заброшен, трава увядает, а ветер сдувает листья в бассейн. Наш старый дом холоден, как будто в нем по-прежнему обитает тень Чарльза. Виды на реку мне омерзительны и напоминают лишь о наших с Ариэллой утренних прогулках и чашках кофе, выпитых на террасе. Я рада, что мы на новом месте, в новом доме.