Отражение

— Разве что мелко нагадить — на большее он не способен, — фыркнул Мукуро, задумчиво глядя на кольцо тумана, которое он все же нацепил на палец. — Разумеется, Савада не будет играть в солдатики с таким ничтожеством, вот и скидывает работу на своих подчиненных, которым все равно заняться особо нечем.

— О, значит, он не такой уж сильный, — с облегчением выдохнул Катсу, и хотел было зажечь кольцо, но Мукуро схватил его за руку, мешая концентрироваться.

— Ты что делаешь? Используешь пламя, и нас засекут в мгновение ока.

— Правда? Аа… я не знал, прости.

Мукуро раздраженно скрипнул зубами и тут же навесил на лицо улыбку, когда Катсу с надеждой посмотрел на него. Этот ребенок… несмотря на то, что его отец самый устрашающий человек едва ли не на всем земном шаре (а Мукуро знал, что говорил — все-таки все континенты объездил), такой слабый, глупый и безвольный, что аж тошно. Ну, не такой сын должен быть у Хибари, совсем не такой. Юи и та больше была похожа на его ребенка.

— Я уберу Моретти, а ты будешь наблюдать за мной. Потом мы с тобой отправимся в Сайтаму, и ты уже сам прикончишь нашу мишень.

— Сам? Один? — обомлел Катсу. — Сразу же?

— Не беспокойся, я буду присматривать за тобой. — Мукуро потрепал его по волосам. — Наблюдай за мной. Все начнется… — Он глянул за угол: Джованни как раз вышел из здания с пухлым портфелем в обнимку. — Сейчас.

Он азартно улыбнулся и вылетел на проезжую часть.

— Мукуро! — испуганно окликнул его Катсу, вздрогнув от неожиданности. Завизжали колеса резко затормозивших автомобилей, завопили клаксоны, а Мукуро и след простыл. Моретти, взволнованный внезапным шумом, ускорил шаг, и к нему побежала целая орава телохранителей в банальных черных костюмах и очках, как в старых добрых голливудских фильмах.

Катсу спрятался обратно и попытался перевести дух. Сердце билось так, что причиняло боль, и в голове крутилась только одна-единственная мысль: «Это конец!» Как Мукуро собирается справляться с таким количеством охраны? Зачем он вообще привлек внимание? Нужно было бесшумно подойти как можно ближе и нанести…

— Готово, — прервал его размышления довольный голос Мукуро. — Нужно уходить, и побыстрее. — Он подхватил его поперек туловища, и в следующее мгновение Катсу почувствовал легкую дрожь, а перед глазами поплыла синяя дымка. Продолжалось это чуть менее нескольких секунд. — Видел? — спросил Мукуро, аккуратно поставив его на ноги.

Катсу огляделся. Они были на городской площади возле общественного туалета, в укромном месте за пышными декоративными кустами.

— Мы… в Намимори? — ошалело спросил он, оглядываясь. В глазах еще стоял туман, но он мог понять, что они за много миль от того места, где караулили Моретти.

— Да. Так было безопаснее всего. — Мукуро с нескрываемым удовольствием потер кольцо Вонголы. — Я уже успел соскучиться по таким перемещениям. Не разучился за столько лет-то. Надо будет поблагодарить Саваду при случае.

— Ты… ты уничтожил… — Катсу смотрел на него во все глаза, будто бы даже не слыша его. — Нашу цель? У… убил?

— Разумеется. Не так эффектно, как я привык, но в качестве примера очень даже сойдет.

Катсу неловко потер затылок. Как признаться теперь, что он даже ничего не увидел из-за дикого ужаса. Мукуро выглядел донельзя довольным, и не хотелось его расстраивать.

— Теперь я уверен, что справлюсь, — сказал он, игнорируя уколы некстати задергавшейся совести, и широко улыбнулся. — Спасибо тебе большое.

Мукуро на мгновение замер, а потом усмехнулся, щелкая его пальцем по лбу.

— Не делай такое лицо, Кота. Если хочешь быть похожим на отца — не делай.

Они вышли на прогулочную дорожку и решили перекусить, прежде чем отправиться в Сайтаму. Купив пару хот-догов в передвижном магазинчике-фургоне, они сели на скамью и полностью сосредоточились на своем скромном обеде, лениво наблюдая за бегающими по дорожкам спортсменами, выгуливающими питомцев собаководами и просто отдыхающими людьми.

Катсу украдкой поглядывал на Мукуро и мучительно гадал, за что отец так сильно мог ненавидеть его. По сути, Мукуро был весь соткан из одних достоинств: он сильный, умный, с ним приятно разговаривать, он не заносчивый, не злой и веселый. Отец, конечно, недолюбливал почти всех окружающих его людей (да и вообще, в целом никого не любил), но Мукуро почему-то выводил его из себя намного больше всех прочих.

— Мм? Что-то примечательное во мне увидел? — улыбнулся Рокудо, заметив пристальное внимание к своей скромной персоне.

— Нет, — вспыхнул Катсу, но тут же понял, что сказал глупость. — А… то есть, не то, чтобы в тебе ничего примечательного, просто… Я имею в виду… т-ты, конечно, красивый, но я смотрел не из-за этого… эээ… это не значит, что ты мне нравишься внешне… хотя ты и… ох… я…

Мукуро фыркнул в кулак, а потом рассмеялся, запрокинув кверху голову.

— Расслабься, я понял тебя, — успокоил он мальчика и, метким броском отправив масляную обертку в мусорную корзину, подпер кулаком щеку, тепло глядя на насупившегося Катсу. — Ты так мило выглядишь, когда тебе неловко.

— И вовсе не мило! Я же не девчонка, чтобы мило выглядеть, — разозлился Катсу, кидая скомканную бумажку в ту же урну, но промахнувшись. — Ух… Ладно, нечего прохлаждаться. Поехали в Сайтаму. Или… перемещаемся в Сайтаму — как ты там делал.

Мукуро поднялся и поманил его к себе, а когда он подошел, положил руки ему на плечи, подтягивая к себе. Катсу недовольно нахмурился, но позволил себя приобнять, а потом снова почувствовал легкое головокружение, и перед глазами замерцал сизый туман. Он зажмурился, а, открыв глаза, очутился уже в совершенно другом месте.

Пыльная комнатка, тесная и заваленная каким-то хламом. Мукуро был слишком близко, а отодвинуться было трудно — места катастрофически не хватало.

— А ты не мог перенести нас в более удобное место? — спросил Катсу, поднимая голову. В отличие от него, Мукуро выглядел вполне счастливым.

— Давно не пользовался этой своей способностью, вот и пожинаю последствия, — сокрушенно ответил он, но что-то подсказывало, что он врет.

Кое-как выбравшись наружу, они сразу же наткнулись на свою цель: Бруно Хель как раз выходил из машины. На его пальце красовалось кольцо А-ранга, вроде тех, что носили поддельные Погребальные Венки Бьякурана и Вария, и следом за ним шли три человека с точно такими же кольцами. Он не был окружен толпой телохранителей, как Моретти, но было видно, что ситуация куда более напряженная, чем была в прошлом случае.