Отражение

— Прими мои соболезнования, — улыбнулся Рокудо. Он будто пробовал на вкус его пламя, оно сводило с ума, возвращая его в прошлое, когда ему было трудно даже найти место для ночлега, чтобы не быть настигнутым этим сумасшедшим человеком, одержимым жаждой реванша. Поначалу забавляющее и несколько раздражающее преследование вскоре превратилось в привычную и желанную необходимость. Как приятно было ощутить это вновь. — Я слышал о том, что случилось с Мей.

Всего на секунду, но в глазах Хибари промелькнула болезненность.

— Думаешь, я поверю в то, что ты сожалеешь о ее смерти? — холодно произнес он. — Не смеши меня.

Мукуро пожал плечами и ухмыльнулся.

— И то верно. Я просто снова хочу увидеть тебя в коленно-локтевой.

Он едва успел подставить оружие, прежде чем Хибари впечатал его в стену, почти прижимая к горлу тонфа. Несмотря на то, что между ней и его телом было древко трезубца, давление было ошеломительным. Неудивительно, за десять лет Хибари должен был стать сильнее, иначе это был бы не Хибари.

Только вот… он больше не скалился в той своей кровожадной безумной улыбке. Это единственное, что могло омрачить такой восхитительный день.

— Твои последние слова, пока я не забил тебя до смерти, — потребовал Кея, опасно щуря глаза.

— Раньше ты не был так щедр. Зато самоуверенность по-прежнему хлещет отовсюду.

— Твои последние слова просто убоги. — Хибари замахнулся, и Мукуро приготовился ретироваться, но внезапно распахнулась дверь, и в кабинет ввалился Катсу. Похоже, он подсматривал, но не удержался и упал. — Катсу, — леденящим голосом позвал его Хибари, и парнишка вскочил на ноги, неловко отряхивая себя. — Ты меня ослушался?

— Нет, просто… тренера не было, пап, и…

— Как ты меня назвал?

— О-отец, — поправился тот. — Извините.

Хибари мгновение молча смотрел на него и опустил руки, освобождая Мукуро.

— Тамашимы не было в зале? — переспросил он, поправляя сбившийся галстук. — Или ты врешь мне?

— Нет! Я бы никогда… Я пришел в тренировочный зал, но там было пусто. Я немного позанимался в одиночку и решил вернуться, чтобы сказать вам о сенсее.

— Ты должен был найти его и забить до смерти за то, что он заставил тебя ждать. Разве нет?

— А… да. Но, может, у него были причины… — он осекся, наткнувшись на тяжелый взгляд и совсем стушевался, что-то бормоча себе под нос.

— Смотри внимательно, Катсу, — сказал Мукуро, заходя сзади и опуская ладони на его плечи. — Когда твой папа смотрит таким взглядом, это значит, что он разочарован.

— Убери руки от него, Рокудо, — приказал Хибари. Тонфа из его рук исчезли, и он кивнул на дверь. — И убирайся, пока еще можешь передвигаться на своих ногах.

— Как страшно. Что ж, не будем мешать тебе заниматься делами Вонголы, к которой ты, конечно же, не имеешь никакого отношения. Пойдем, Кота? — спросил он, назвав Катсу уменьшительно-ласкательным прозвищем, и Хибари застыл, уставившись на него. Катсу поник и развернулся к двери.

— Меня мама называла так, — пояснил он, когда они вышли из кабинета. — «Кота-кун». Отцу не нравилось, но мама все равно меня так называла.

— А разве есть что-то, что твоему отцу может понравиться? Хотя да, он же имя тебе такое выбрал, символическое*, а кто-то посмел обзывать тебя Кота.

— В любом случае, это неважно. Мне нужно найти Тамашиму-сенсея, — заволновался Катсу и глубоко вдохнул, закрыв глаза. Когда он молчал, не выказывал эмоций, то вполне себе был похожим на отца, и на него можно было полюбоваться. — Так… — выдохнул он и тряхнул головой. — Кто-то сейчас будет забит до смерти, - угрожающе процедил он и хрустнул пальцами.

— Полный провал, — разрушил его уверенность Мукуро.

Катсу схватился за голову и отчаянно застонал.

— Кого я обманываю? — он потер лоб и привалился к стене, скрестив на груди руки. — Кроме внешности я ничем на отца не похож.

— А тебе это нужно? Твой отец хорош, я не спорю, но…

— Мой отец замечательный, — восхищенно произнес парнишка, и его глаза засверкали. — Он очень сильный и умный, и даже Савада-сан его слушает!

— Серьезно, Кота, не делай такое лицо, — содрогнулся Мукуро. Такое откровенное выражение подобострастного восхищения на его лице совсем не вязалось с внешностью Хибари.

— …поэтому я буду стараться стать таким же, — проигнорировал его Катсу. — Мне только чуточку потренироваться.

— Да тут не чуточку вовсе, — хмыкнул Мукуро, и в этот момент его осенила прекрасная идея. — Если хочешь, то я могу помочь, — предложил он, вкрадчиво улыбаясь. — Лучше меня твоего отца никто не знает.

— Правда? — недоверчиво спросил парень и задумался. — А сколько тебе лет?

— Тридцать четыре.

— Как па… как отцу! Ооо, и ты тоже сильный. — Он замялся, опасливо поглядывая на дверь в кабинет, и нерешительно кивнул. — Хорошо. То есть, да! Спасибо. Только какая вам от этого польза?

— Ну, у меня есть свои интересы, — уклончиво ответил Мукуро, и Катсу недовольно скривился. У него, в отличие от Кеи, вообще была богатая мимика.

— Ладно, наверное. Когда начнем? — деловито осведомился он. — Я могу вызвать пламя. И я умею драться с тонфа. Только они мне не очень нравятся… но отец так здорово с ними управляется!

Он все болтал и болтал, весь на эмоциях, и это неимоверно раздражало. Но он был точной копией Хибари — во всем, что касалось внешности. То же телосложение, те же глаза, волосы — все. И это не могло не интересовать Мукуро.

Потому что, возможно, прошлое, имеет слишком важное значение.

И он едва сдержался, чтобы не сломать Катсу шею, когда этот ребенок с лицом Хибари повернулся к нему и жизнерадостно улыбнулся.

Комментарий к Глава первая. О детях и подражании

* Хибари назвал сына Катсу - в переводе с японского “победа”.

========== Глава вторая. О запретах и будущем ==========

В гардеробе, сколько себя помнил Катсу, никогда не было ярких и молодежных вещей, одни лишь строгие костюмы, светлые и пара футболок нейтральных расцветок. Ах да, еще спортивный костюм для занятий физкультурой.

Отец всегда одевался по-деловому, всегда безукоризненно выглядел, даже после затяжных и трудных сражений, и Катсу пытался следовать его стилю во всем. Вот только белые рубашки у него пачкались три раза в день, галстук постоянно сбивался и развязывался, а ботинки пачкались каждую секунду.

Вздохнув, Катсу быстро натянул школьную форму, прикрепил повязку дисциплинарного комитета и спустился на первый этаж, откуда доносился ароматный запах выпечки. Но это его вовсе не обрадовало.

– О, Кота, - улыбнулась Хром, вытирая руки кухонным полотенчиком, - доброе утро. Садись скорее, пока не остыло. Я как раз собиралась тебя будить.