Оттенки полуночи

Зак откашлялся из-за грубости женщины. – Вы сказали, это было вчера?

Она кивнула. – Он пришел домой, выглядя потрепанным. Когда я сказала об этом, он схватил меня за горло. Говорю тебе, я думала, что он убьет меня прямо здесь. Но потом он пробормотал что-то о работе, а потом пошел в свою комнату и закрыл дверь. Тогда он был дома, насколько я знаю. Часть меня после всего этого надеется, что он никогда не вернется. Часть меня хочет, чтобы он просто…ушел. В тюрьму или туда, к чему он принадлежит.

Зак посмотрел на нее, понимая, что ее страх и неприязнь к собственному сыну могут сыграть ему на руку. – Когда он был здесь, он сказал вам, какую работу он делает?

– Он не сказал, но мальчишка не проработал ни одного дня на честной работе. Хочешь осмотреть его комнату? Там чертов свинарник, но если тебе нужны доказательства…

– Я не могу сделать это, - сказал Зак, хотя прямо сейчас он не хотел ничего большего. – Не в моих правах обыскивать его место жительства, это потребует много процедур и бумажной волокиты.

Ее плечи немного опустились. – Я понимаю…

– И все же, - услужливо добавил Зак. – Заметив, что я знаю вас, ребята, уже на протяжении десяти лет или около того, пока живу в Хармони, я полагаю, что если бы вы попросили об одолжении пройтись и осмотреться – неофициально, - то я был бы не против.

Она пригвоздила его долгим взглядом, потом отступила от двери и жестом пригласила внутрь. – Иди вниз по коридору. Он запер дверь, но я всегда держу запасной ключ за плинтусом.

Ида Арнольд потащилась к двери своего сына, достала потускневший медный ключ из тайника, а потом отперла дверь и открыла ее для Зака.

– Это займет всего несколько минут, - сказал он, заставляя ее уйти своим голосом и фирменным немигающим взглядом. – Спасибо, Ида.

После того, как она скрылась в коридоре, Зак зашел в свалку, которая, видимо, являлась комнатой Скитера, и начал быстрый и тщательный обыск места. Пустые обертки от еды, бутылки и прочий мусор усеивали пол и почти каждую плоскую поверхность. И там – к его удивлению, – на полке со старым полицейским радио лежала пачка двадцатидолларовых купюр, скрепленных резинкой.

Было не похоже на Скитера оставлять валяться повсюду свои деньги. Было не похоже оставлять свой телефон в застрявшем сидении рваного голубого кресла. Угадайте, что объясняло его игнорирование звонков и сообщений, хотя это едва извиняло Скитера за то, что он оказался придурком сегодня в “У Пита”.

Зак взял деньги и пересчитал их: пять сотен. Скитер торчал ему больше пяти сотен, но Зак был рад получить хоть что-то.

Черт, он бы взял еще и телефон.

Если это не поможет ему узнать о недавних делах Скитера и его новоиспеченного партнера, то Зак заложит эту штуковину сразу же, как только отправится в Фэрбенкс, чтобы поднять свои новые связи. Скитер Арнольд был должен ему, и так или иначе, Зак намеревался забрать то, что ему принадлежит.

Глава 20

Алекс сидела на диване в гостиной, разделяя кусок тоста с маслом с Луной, они обе наблюдали за Кейдом, пока он мерял шагами ее кухню и коридор, говоря по спутниковому телефону с Бостоном.

С тех пор, как они вернулись домой, он ввел ее в курс некоторых вещей и работы, которую он был послан выполнять на Аляске. Ее ум все еще не мог привыкнуть к тому, что он не был человеком. Теперь она знала, что он принадлежал к группе мужчин Рода, которые поддерживали хрупкое равновесие между людьми и их расой. От того, как он описал его, Орден казался почти военной организацией, в чем был некоторый смысл, когда она смотрела на Кейда и наблюдала его комбинацию смертельной опасности и острой, как бритва, уверенности.

И, несмотря на опасность, которая исходила от него волнами, особенно после всего увиденного ею сегодня, Кейд был нежен с ней, защищал ее. Настолько потрясенная всем, что она видела и слышала за последние несколько часов, даже дней, она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Даже когда он продолжил объяснять о худшей из угроз, которая стояла перед ним и воинами Ордена.

Он рассказал ей, как Орден упорно преследует своего врага и стремится уничтожить его, мужчину Рода второго поколения по имени Драгос. Алекс тихо слушала, но испуганно осознавала это, когда Кейд описал, сколько зла совершил Драгос, и последним из которых является массовое похищение неизвестного количества женщин, как и она Подруг по Крови, которых он выслеживал и собирал в течение десятилетий для использования их в качестве сосудов для собственной армии убийц.

То, что действительно заставило ее остановиться, и что заставило кровь в ее жилах застыть, была истина, в которую Кейд сегодня посветил ее. Дело в том, что существо не от мира сего – существо, гораздо опасное, чем кровожадные Отверженные, которые убили ее маму и Риччи – каким-то образом затерялось в дебрях Аляски.

Даже Кейд был мрачен, когда говорил своим бостонским друзьям из Ордена о Древнем, описывая им поврежденный грузовой контейнер и присутствие вампиров и рабочих-Миньонов на территории бывшей горнодобывающей компании. Хотя он понизил свой голос, для Алекс не осталось незамеченным то, что он и его братья готовились к сражению против новой угрозы.

Мысль о Кейде, идущем против такой опасности, заставила ее легкие сжаться, а сердце ускориться. Она не сможет перенести, если с ним что-то случится. Не после того времени, что они разделили, короткого времени, за которое он стал частью ее сложной жизни. Лишь за несколько дней он стал ее другом и возлюбленным, она ему доверяла. Так или иначе, он приехал, и это означало для нее нечто большее, чем все вокруг.

Могла ли она влюбиться в него?

Влюбиться… в вампира.

Нет, этого не могло быть.

Кейд был представителем Рода, а это было совсем другое.

Он был другим.

Ей было трудно смириться с тем, что он был одной крови с теми, кто напал на ее семью. Было трудно поверить, что где-то в своем ДНК, он нес нечто нечеловеческое, непостижимо смертельное. Что-то не с этой планеты. Ей было трудно смириться с тем, что сильный, гордый и невероятно сексуальный мужчина, бродящий сейчас по ее дому, был не человеком, а чем-то иным. Чем-то гораздо большим.

Алекс наблюдала за ним с восхищением, в большей степени из-за того, что он делал с волчицей за пределами горнодобывающей компании. В один момент он сам стал частью животного, соединяясь с ним на каком-то безмолвном уровне, который заставил Алекс пялиться на него в страхе. Даже сейчас она удивлялась, чувствуя мощный поток дикой, темной, командной силы, которая задержалась в нем до сих пор. Он был мощным и таинственным, сильным и соблазнительным. И да, жарким, как ад.

Все в Кейде пленило ее.

Ей нужно было всего лишь посмотреть на него, чтобы мгновенно сгореть.

И он тоже это знал. Она увидела промелькнувшую искру осознания в серебре его глаз, когда он завершил свой разговор и положил телефон на столик рядом с диваном.

– Как ты держишься? – спросил он, усаживаясь рядом с ней. – Ты, должно быть, выжата, как лимон. Я знаю, всего этого слишком много, чтобы справиться.

Она неопределенно пожала плечами. – Моя голова все еще идет кругом, но, по крайней мере, теперь у меня есть ответы. То, что никогда не имело для меня смысла, теперь более чем понятно. Конечно, нет причин для того, чтобы прыгать от радости и веселиться, но хорошо, наконец, узнать правду, хоть и немного страшно. Так что спасибо тебе за это, Кейд.