Падре

выглядит немного лучше, – она протягивает мне мою одежду.

– Вау… огромное спасибо. Но ты не должна была это делать.

– Ага, но я сделала, – говорит она. – Ты был в хлам.

– Спасибо, наверное, – нахмурился я.

– Пожалуйста, – она подмигивает, и это заставляет моё сердце биться быстрее.

Чёрт, мне нравится девушка, которая знает, как дразнить меня.

Но ей лучше быть осторожней с этим.

– Увидимся через минуту?

– Конечно, – я киваю и сбрасываю с себя одеяло.

Только тогда я понял, что она сняла мою одежду… и я сижу здесь в постели только

в нижнем белье. Прекрасно.

Она фыркает и прикрывает рот рукой, на что я сразу отвечаю. – Как будто ты этого

раньше не видела.

– Я просто пойду, – она ушла раньше, чем я мог опозориться ещё раз.

Я быстро надел свои вещи, которые пахли так чертовски свежо, как лилии… или

любой другой цветок. Как бы, блядь, сказать. Дело в том, что вещи хорошо пахли, и мне

понравилось это. Однозначно понравилось. Возможно, я должен попросить её чаще

стирать мою одежду и платить за это. Будет ли это выглядеть странно? Вероятно, очень

странно.

Когда мой монолог в голове затихает, я расчёсываю свои грязные волосы и смотрю

в поцарапанное зеркало, висящее на стене, и поправляю свой воротник, убедившись, что

выгляжу нормально, прежде чем выйти из комнаты. Не могу допустить, чтобы кто–нибудь

ещё узнал, что я алкоголик… Я имею в виду, у неё есть братья и прочее дерьмо. Я же

должен выглядеть прилично ради неё. Я не хочу поставить её в неловкую ситуацию.

Когда я был готов, я вышел из комнаты.

Меня сразу встречает Бруно и сердитый брат Лауры, Диего, который ставит кофе на

стол. – Что он здесь делает?

– Диего! – шипит Лаура с кухни, бросая злобный взгляд.

– Что?

– Он наш гость, – объясняет она, прекращая готовить яйца, поворачиваясь к нему

лицом.

– Я никогда не приглашал его.

– Ну, а я пригласила, – она постукивает ногой и кладёт руку на бок. – Хватит быть

таким мудаком.

– Скажи это ему, – Диего смотрит на меня сейчас, и чувствую, что я в чём–то

виноват и готов извиниться.

– Всё в порядке, Лаура, – говорю я. – Я всё равно не голоден.

Она быстро подходит к столу, хватает стул и указывает на него. – Садись.

– Не стоит, серьёзно, – говорю я, стараясь не встать между ними.

– Я не принимаю ответа"нет", – заявляет она, глядя на меня и стул, пока я, наконец, не сажусь. – Ты мой гость, а мы кормим наших гостей… – она смотрит на Диего. – И мы

относимся к ним с добротой.

– Отвали, – бормочет он с набитым ртом.

Она хватает его тарелку и уносит.

– Эй! Я ещё даже не закончил.

– Не можешь вести себя нормально? – прошипела она. – Тогда ты не будешь есть.

Он закатывает глаза и встаёт со стула. Он встаёт и уходит, захлопывая дверь за

собой.

Лаура вздыхает и трёт лоб. – Извини.

– Не извиняйся. Ты не сделал ничего плохого.

– Я знаю, – она кладёт вилку и нож передо мной вместе с тарелкой. – Ненавижу, когда это происходит.

– Он упрямый ребёнок. Но он повзрослеет.

– Я молю Бога, чтобы он это сделал, – она вздыхает. – Порой с ним так сложно

справится.

– Могу представить, – говорю я. – Диего просто нужно немного подтолкнуть, вот и

всё.

– Да, ну… оставь это отцу. Он бы вбил в него какой–нибудь смысл, если бы мог, –

она неловко смеётся, но её смех прекращается так же быстро, как гаснет пламя.

– Он здесь? – спрашиваю я, надеясь, что не вышел за рамки дозволенного своими

вопросами.

– Нет… и я не хочу, чтобы он находился здесь, – заявляет она. – Мы живём одни.

– Так ты их воспитатель или типа того?

– Да, я арендую это место, и они живут со мной. Просто я единственная, кто у них

есть, так что выбора у меня нет. Семья понимаешь ли…

– Я понимаю, – говорю я, кивая. – А ваша мать…?

– Я не люблю обсуждать свою семью, – говорит она, улыбаясь, пока ставит разные

приправы на стол. – Если ты не против.

– Да, конечно, – откашливаюсь я. – Извини, я не знал. Я бы спросил иначе.

– Всё в порядке, – говорит она. – В любом случае, добавить молока в кофе?

– Нет, я предпочитаю чёрный, – отвечаю я, и она садится рядом со мной.

Я ошеломлён количеством еды, которую она ставит на стол. Яйца. Бисквит. Кексы.

Сладкие булочки. Кофе. И даже какой–то фруктовый салат.

В комнате на некоторое время становится тихо, пока она снова не нарушает эту

неловкую паузу. Не знаю почему, но с ней я всегда молчу. Я полностью теряю дар речи,

когда нахожусь рядом с Лаурой.

– Хорошо… приятного аппетита, – на её лице появляется широкая улыбка.

Я беру сладкую булочку, пока она наливает кофе в наши чашки. – Бруно! Завтрак, –

кричит она чуть дальше по коридору.

– Иду, – отвечает он ей.

Лаура берёт стакан воды и принимает таблетку, которая похожа на

противозачаточную. Ну, вы никогда не можете быть полностью в безопасности. Особенно,

когда вы намереваетесь трахать такого парня, как я, потому что я трахаюсь часто, и мне

нравятся киски.

Я намазываю маслом свою булочку, когда Бруно ходит без штанов и с одним

пальцем в носу, а другой рукой размахивает устройством с кнопками, которое похоже на

джойстик.

– Бруно! Почему ты голый?

– Голый? Я не голый, – отвечает он и стряхивает козявку с пальца.

– Тьфу, Бруно, прекрати это делать, пожалуйста, – она закрывает глаза и тяжело

вздыхает.

Я улыбаюсь про себя. Ребёнок очень похож на меня – выходит из своей комнаты,

не заботясь о том, как выглядит, что делает, и с его зависимостью от экрана. Ему похуй.

– Надень штаны, – говорит она. – Или ты навсегда оставишь Фрэнка со шрамом.