Падший лев
Шрифт:
— Это как? Ты же сам сказал, что у инквизиции это невозможно, а у нашей мэрии нет сил.
— Тогда наймем кого-то со стороны.
— Ты что, предлагаешь ослушаться вердикта поборников? — опешил граф. — Ты хоть представляешь, сколько будет вони, если об этом станет известно? С ними же только свяжись.
— Но мы никому не скажем, и вообще — об этом никто не узнает. Мы тихо и мирно сделаем свое дело, и все.
— Послушай, я прекрасно знаю все твои замашки, Крейн. Очень даже хорошо знаю. Не удивлюсь, если ты уже кое-что выяснил, не так ли?
— Я подумал…
— Я знаю, что ты подумал, —
— Как пожелаете, господин. В нашем бедном многострадальном городе объявился некий колдун…
— Колдун! — воскликнул с отвращением Ажелон. — Эти убийцы?..
— Но, мой господин, именно такой маг нам и нужен. Волшебники хороши, но не как уничтожители всякой нечисти. Для этого лучше всего подойдет как раз колдун со своими разрушительными силами. Вернее, лучше всего, конечно, подошел бы некромант, однако найти такового нереально в данное время. Проще пойти в расположение армии Ирритройи и попросить его прислать кого-нибудь для усмирения неупокоенных. В любом случае выбирать все равно не приходится. Кто есть.
— Просто отлично! — всплеснул руками граф. — Дожили: приходится связываться со всякими колдунами.
— Это далеко не всякий колдун, а настоящий мастер, — возразил Крейн.
— Мастер?
— Да, господин.
— Мастеров среди колдунов не бывает. И откуда же он в нашем городе? И что делает здесь?
— Это неизвестно. Он появился всего несколько дней назад, снял комнату в одной из таверн. Скорее всего, колдун тут просто проездом. И скоро двинется дальше, так что нужно ловить момент. Наверняка он из королевской армии, там сейчас идет большой отток таких вот магов под давлением инквизиции.
— Давно пора, — презрительно фыркнул граф. — Ты уже говорил с ним?
— Да, я подумал…
— Я знаю, что ты думаешь, черт возьми. Давай ближе к делу.
— Он не против проделать данную работу, за соответствующую плату.
— Он не проболтается?
— Колдун? Я сильно сомневаюсь, мой господин, что он захочется связываться с инквизиторами.
— Да, ты прав, я просто об этом не подумал. Что ж…
— И потом, если что-то пойдет не так, его слово будет против нашего. Слово колдуна против слова графа.
— Да, ты абсолютно прав. Итак, какую же цену он хочет?
— Он сказал, что это вы решите, когда встретитесь с ним.
— Вот даже как? Он что, думает, я стану встречаться с такими вот, как они?
— Не только. Он хочет, чтобы вы сами пришли к нему на встречу.
Граф Ажелон поначалу даже не поверил в то, что услышал.
— Ты что, смеешь издеваться надо мной?
— Никак нет, господин, он именно так и сказал.
— Тогда он выжил из ума! Он что — не понимает, с кем говорит?
— Понимает, мой господин, но он сказал, что это нужно вам, а не ему. Если вы хотите, то можете прийти и договориться с ним; если нет — то пусть все остается как есть.
— Надо сообщить о нем инквизиторам, пусть поджарят наглеца!
— Если мы откажемся от этого колдуна, то другого подобного случая придется ждать не- известно сколько. Более того, он сказал, что завтра покидает город, и нам лучше поторопиться.
— Какой ужас! — граф опять всплеснул руками.
Сразу вспомнились все кошмары, которые мучили его
каждую ночь, и эта мысль была столь ужасной, что вытеснила все остальные. И заставила работать мозг.— Но я не могу встретиться с ним! Нельзя, чтобы нас видели вместе. Приведи его сюда. Здесь и договоримся. Ты сможешь это сделать?
— Смогу, мой господин, но этот колдун — весьма гордый человек. Даже слишком, и он вовсе не простой. Это наверняка будет стоить нам лишних золотых монет.
— Золотых монет? Ха, посмотри — наш дворец в разрухе, война вычистила все. Какие лишние золотые монеты могут быть?
— Ну, иначе он не согласится. Это мастер, я уже говорил вам. И он не станет что-либо делать без соответствующей оплаты.
— И откуда ты все это можешь знать? — скривил кислую мину граф. — Может, вы в сговоре?
— Мой господин!.. — отшатнулся от него слуга.
— Ладно-ладно, не дрожи, как осиновый лист. Ты уверен, что колдун справится?
— Уверен, мой господин, — поспешил заверить его Крейн.
— Хорошо. Если он станет артачиться, я сам его прикажу повесить.
— Я бы не стал этого делать, мой господин. Связываться с таким человеком очень опрометчиво, тем более сейчас, когда наши придворные маги находятся в войсках, а имеющихся сил совсем не достаточно.
— Посмотрим, — мрачно ответил граф, задумчиво поглаживая свою бороду.
Глава 21
Он совершенно не так представлял себе колдуна, среди которых существовал наибольший процент наемных убийц. Перед ним сидел сильный, наголо бритый мужчина лет тридцати, с красивым черным магическим перстнем на указательном пальце правой руки и еще одним — на мизинце левой. И этот взгляд. Вообще от этого колдуна веяло чем-то таким, что присуще только великим людям, которые могли и умели повелевать другими, и обладали неким несгибаемым внутренним стержнем, который отсутствовал у большинства людей. Если граф раньше настраивался на эту беседу как высший с низшим, то теперь как-то разом признал собеседника равным себе. За колдуном явственно ощущалась сила.
По спине невольно пробежал неприятный холодок.
Граф решил за лучшее ввести колдуна еще раз в курс дела и самолично четко указать на то, что он хотел получить в итоге. Чернояр молча выслушал его, не перебивая, и только потом сказал свое слово:
— Я понимаю вашу проблему и готов помочь ее решить. Стоить вам это будет пятьдесят золотых.
— Пятьдесят золотых?! — тут же взвился граф Ажелон. — Да я на всех своих слуг трачу в год в два раза меньше!
— Какое мне дело до того, сколько вы тратите на своих слуг?
— Дорогой мой! Посмотрите вокруг — вы где находитесь — в роскошном замке или в разграбленном, разрушенном городе?
— Какое мне дело до города? Меня нанимает вовсе не магистрат, а вы.
— Для меня это просто неприемлемая цена.
Чернояр поморщился:
— Вы напрасно торгуетесь со мной. Я знаю, как некроманты захватывали этот город, да и земли вокруг. У местных жителей было время не только для того, чтобы самим уйти, но и чтобы вывезти с собой все, что они хотели. Поэтому не стоит делать свой убыток таким катастрофическим. Вы вполне в состоянии заплатить цену, которую я назвал.