Паладин

Сверху раздалось пощёлкивание, едва уловимое шипение, и нечто огромное, жутковато-нечеловеческое, начало спускаться по стволу ближайшей сосны.

Нарышкин тоже услышал.

Поднял голову.

Я посмотрел на Варю.

Девушка стояла, сжав зубы, но не отворачивалась. И этим стремительно набирала очки репутации в моих глазах. Потому что решение мы принимали сообща. И за такие решения каждый должен нести ответственность.

— Ну, вы и уроды, — успел выдавить из себя князь.

Впрочем, это была последняя произнесённая им фраза.

Миг — и плечи Нарышкина охватил гибкий красный отросток, дёрнул вверх, к разверстой пасти фантасмагорического, покрытого хитином чудовища.

Хруст, чавканье.

Дикий вопль.

И падающие в снег ошмётки.

* * *

Где-то в Беловежской пуще

Несколько дней спустя

Олег Марочкин не сразу заметил, что у него за спиной кто-то есть. Да и с чего бы думать о таких вещах? Охраняемый комплекс затерялся в заповедных лесах, и никто не знал о его существовании. Небольшая группа бойцов, к которой принадлежал Марочкин, полтора месяца не видела живых людей. С того дня, как прибыл цеппелин, и големы начали что-то выгружать у ворот главного склада. Громадные ящики, без маркировки, накладных и прочих сопутствующих документов.

Впрочем, Марочкину платили не за проверку бумажек.

Он вообще не имел права совать нос в чужие дела.

Надо было присматривать за комплексом, отгонять диких зверей и всяких любопытных остолопов, если таковые объявятся.

Работа — не бей лежачего.

Потому что никто никогда не появлялся.

До сегодняшнего дня.

Марочкин сидел в удобном кресле, пил чай из термоса, закусывал бутербродом с копчёной колбаской и разгадывал кроссворд. Ну, а чем ещё здесь можно заняться? Перед ним развернулась вереница экранов, связанных с камерами наружного наблюдения. Туда Марочкин даже не смотрел. А зачем? Картина не менялась неделями. Заснеженные подступы к бетонному забору, такое же унылое пространство перед воротами, вид на внутренний двор и стоящие рядком склады. Олег даже не представлял себе, что в них может храниться.

А потом он увидел эту здоровенную штуку, появившуюся из серого неба. Штука наполнила окрестности грохотом винтов, рёвом моторов и воем турбин.

Конвертоплан.

Что самое отвратительное, в графике ничего не было про появление летающих машин этого класса. Только дирижабли. Ближайший — через две недели.

Рука Марочкина потянулась к тревожной кнопке, и в этот момент из-за спины раздался женский голос:

— Не вздумай.

Охранник застыл, не в силах пошевелиться.

Будка КПП, из которой он вёл наблюдение за камерами, была даже не будкой, а полноценным домом. Бетон, обшитый бронированными плитами. Да ещё и каббалистическое укрепление. Крыша плоская, тоже надёжно защищённая. Материалы огнеупорные, на случай пирокинетической атаки. Мощная дверь, кодовый замок. Здесь чувствуешь себя в полной безопасности…

И только прыгуны могут поколебать эту уверенность.

— Медленно развернись в кресле, — приказала женщина.

Марочкину почудился лёгкий акцент.

Распоряжение он выполнил.

А всё потому, что до оружия хрен дотянешься. Копьё и меч висят на стене, закреплены в специальных держателях. В любом случае, стоит знать, с кем имеешь дело.

Перед ним стояла азиатка в чёрно-синей инквизиторской рясе.

Или сутане.

Марочкин не разбирался в таких деталях.

А вот что ему не понравилось, так это непонятная изогнутая штука, которую женщина держала в руке. Явно оружие, но не холодное. Не меч и не нож.

Охранник сглотнул.

— Инквизиция, Орден Паладинов, — сообщила женщина. — Нам выдан ордер на обыск логистического центра. Ты здесь один?

Марочкин ошарашенно покачал головой.

Бросив взгляд через плечо на один из экранов, он увидел, как летающая хрень, конвертоплан, садится в центре двора, поднимая облако белой пыли.

— Экраны тебе не нужны, — в голосе женщины прозвучала сталь. — Кто здесь главный?

— М-Макс, — запинаясь, ответил Марочкин. — Максим Дубко. Начальник смены.

— Сколько вас?

— Десять человек. И переделанные собаки.

— Где собаки? Сколько их?

— Свора. Пять штук. Мы их на ночь спускаем, сейчас они в загоне.

— Распиши диспозицию. Где кто находится. Оружие, сверхспособности.

Марочкин неожиданно для себя открыл рот и начал всё рассказывать. А кто бы не начал? Не каждый день в будку телепортируется инквизитор. Ещё чего доброго арестуют, передадут экзекуторам или судьбу отредактируют. Олег смотрел эту передачу, где устраивают показательные казни в прямом эфире. Выбирают отступника и пускают его жизнь под откос. Весь мир смотрит, переведено на кучу языков. Жуть, а не передача. Марочкина с детства пугают людьми в тёмных рясах.

— Достаточно, — гостья замерла, её лицо приняло отрешённое выражение. Наверное, переговаривалась с кем-то по телепатическому каналу. — Кто вас нанял?

— Ну, они через посредников…

— Контора принадлежит Глинским?

— Я не могу это обсуждать…

— Можешь. Если нет желания продолжать разговор в Турове.

Марочкин не на шутку перепугался.

В Турове у инквизиторов расположена консистория, это все знают. Если тебя повезли в это место — пиши пропало. Замучают до смерти.

— Глинские, — кивнул Олег. — Их склад.

— Хорошо, — кивнула женщина. — Сиди здесь, ничего не делай. Попытаешься вступить в бой или предупредить кого-то — будешь причислен к отступникам. Со всеми вытекающими.

Марочкин поспешно кивнул.

Женщина растворилась в воздухе.

* * *

Между казнью Нарышкина и моим рейдом по окрестностям рудника прошло три недели. Март выдался холодным, словно весна и не собиралась наступать. Я, правда, этого не заметил. А всё потому, что зачищал ближайшие Разломы, гонял кочующих по степи хищников и прокачивался всеми доступными способами. Заодно поддерживал связь с Бьёрг, помогал координировать доставку всего, что нам необходимо по списку. Бронислав первоначально давал неделю, но мой отпуск здорово затянулся.

Да, я составил перечень необходимых припасов, расходников, медикаментов и боеприпасов для Кейлин. Познакомил преподобную мать с Кариной и Варей. Кейлин сказала, что будет решать все вопросы через мою управляющую, и я могу смело заниматься своим «живодёрством». Я и занимался, но сдвигов почти не заметил. Чтобы нарастить девятую оболочку… я даже представить себе не могу, скольких монстров надо положить. У архимагов на этот скачок уходят десятилетия. И это при самых радужных прогнозах. Знавал я одного выпускника Академии — тот потратил полтора века, чтобы добраться до девятого уровня. И это не самый слабый волшебник, между прочим.

Думаю, нужны серьёзные враги.

Требующие работы на пределе возможностей.

И то не факт.

В общем, я навёл шороху в Пустоши, проследил за первыми отгрузками, переговорил с Бьёрг по поводу набора экипажа МК и вернулся домой.

За время моего отсутствия много чего успело произойти.

Прежде всего, в финансовой сфере.

Все мои сбережения были выведены из «Транскапитала» и улеглись на правильные счета в правильных банках. Варя последовала моему примеру, а ещё мне показалось, что в окрестностях усадьбы появились радары. Ну, или что-то очень на них похожее. Проконсультировался с начальником гвардии… Да, радары. Установлены по распоряжению госпожи Фурсовой.