Пандемия
Шрифт:
— Паша, пить очень хочется, — и снова закрыла глаза.
— Ольга, бросилась к ней и, приложив руку ко лбу, крикнула:
— Ребята, она выздоравливает, честное слово, она победила. Паша, ну что ты стоишь как истукан, воды тащи скорей. Ей сейчас надо как можно больше пить. Павел принес чашку с водой и трясущимися руками передал её Ольге. Та приподняла Лизину голову и поднесла её к губам. Павел видел, как Лиза сделала несколько глотков и чуть слышно произнесла:
— Хватит. Сил нет, потом.
Втроем они просидели
— Оба почти одновременно. Ты того, поплачь, легче станет.
— Я пойду на них взгляну.
— Паша не ходи. Артем, пойди, положи их на ковер и заверни, в него. Ночью пойдем и закопаем возле дома, а то трупы нельзя в доме без специальной обработки долго держать.
— Нет, я так не могу.
— А ты через не могу. Видел что творится? Мир вот-вот к чертовой матери прекратит свое существование. Может, и ты хочешь вместе с ним?
— Не знаю.
— Ладно ребята, пойдемте, помянем по обычаю родителей моих.
Они сели на кухне. Павел достал бутылку водки. Хлеб был совсем черствый, да и еды было мало. Артем принес в основном одни компоты. Они засиделись на кухне, вспоминая прошлые годы. Павел и Ольга по очереди ходили, смотрели как Лиза. Та несколько раз пила воду и снова впадала в сон.
— Знаешь, Павел, Лиза поправится и чем черт не шутит, вполне возможно, что и ребенок жив, а значит, родить сможет. Эх, жаль аппаратуры нет, а то можно было точно установить, как дела с ребенком.
— А дальше что? — произнес Павел, глядя на Ольгу.
— Как что жить надо, думать о будущем.
— А где оно, будущее? — мрачно произнес Павел.
Ольга хотела ответить, но понимая, что он только что потерял одновременно отца и мать, промолчала.
— Ребята, а по-моему, нам надо всем сваливать из Москвы и чем быстрее, тем лучше, — произнес Артем.
— Куда только?
— А хотя бы ко мне на дачу. А что, у меня двадцать пять соток пахотной земли в ста километрах от Москвы, домик с печкой. Поедем туда, перезимуем, а там глядишь, и народ повылезает из норок. Не верю я, чтобы враз все вымерли. Не верю и все.
— А что, — поддержала его идею Ольга, — весьма дельное предложение, только вот что. Во-первых, пока Лиза не поправится настолько, чтобы перенести дорогу, мы никуда не поедем. Во-вторых, пока у нас есть время, не мешало вам, мужикам, подумать, чем мы питаться будем. Так что хотите вы того или нет, а придется вам собрать продуктов и раздобыть, по возможности грузовик, или хотя бы Газель. Понятно?
— Паша, слушай, а у тебя жена тоже командир или все женщины такие?
— Знаешь, что я подумал?
— Что?
— Ты теперь мне больше не начальник, а стало быть, берем сумки и вперед на равных.
Артем рассмеялся и произнес:
— Все равно, я капитан, ты лейтенант, значит я главнее. Кстати, Ольга, а ты как в звании или как специалист числишься?
— К твоему сведению, дорогой мой Артем Михайлович, я майор, так что вы все должны меня слушаться, ясно? — и она улыбнулась, глядя на них.
— То-то я смотрю, как ты командуешь. Да Паша, тяжела наша доля мужицкая, быть под началом женщины.
Пошли
вторые сутки, после начала эпидемии. Корабль по-прежнему оставался на орбите Земли и периодически сообщал на пост дежурному, о состоянии дел на планете. Количество точек на карте, свидетельствующие, что вирус распространяется по планете, становилось все больше. Свободным от инфицирования оставались только большая часть Австралии, южная часть Африки, и половина Южной Америки, хотя это было делом времени. Впрочем, ветры дули таким образом, что еще сутки и вирус будет на всей планете.— Сколько уже инфицированных? — задал командир вопрос диспетчеру корабля.
— Данные исключительно аналитического характера. Согласно им, около десяти миллионов. Это только начало. Основная вспышка впереди.
— Какие прогнозы?
— Неутешительные. Стартовая зона распространения вируса практически покрыта на сто процентов, стремительно распространяется во всех направлениях. Через двенадцать часов количество смертей возрастет до ста миллионов.
— А дальше?
— Через десять часов цифра возрастет в десять раз и составит миллиард человек.
— Значит, они не продержатся и недели?
— Вероятности полного исчезновения нет, поскольку нельзя с полной убежденностью говорить, что какая-то часть населения не укроется к этому времени в убежищах, или вообще будет не восприимчива к вирусу.
— Такая вероятность есть, или она чисто гипотетическая?
— Нет, такая вероятность существует и она достаточна велика. Вирус гриппа, имеет весьма своеобразную структуру и в ряде случаев может воздействовать на отдельные формы млекопитающих, в том числе и человека, без смертельного исхода.
— Значит, у них есть определенный иммунитет?
— Да, но он составляет один на сто тысяч особей. Это порядка семидесяти тысяч выживших, точнее инфицированных, но сумевших выжить. Но это отнюдь не означает, что они могут остаться в живых.
— Почему?
— Все будет зависеть от дальнейших событий. Уже сейчас в некоторых областях Европейской части континента произошли аварии, которые привели к остановке энергоснабжения. В период, когда в этой области Земли, так называемый зимний период, есть вероятность, что часть населения, пережившая эпидемию, умрет от холода. Кроме того, есть веские основания полагать, что могут произойти и другие более опасные аварии.
— Например?
— Зоны повышенной опасности, такие как ядерные электростанции, химические и другие производства. Сейчас они постепенно прекращают свою работу, по причине отсутствия персонала по их обслуживанию, но это не вечно. В такой ситуации, может произойти что угодно, в том числе выбросы радиоактивных или токсичных отходов, что сопряжено с загрязнением не только окружающей местности, но и водоемов, используемых для получения пресной воды. Впрочем, очистка воды уже сейчас практически не производится в ряде регионов по причине отсутствия электроэнергии. Так что, общее число выживших, трудно определить. Необходим дальнейший мониторинг, и только тогда можно будет дать точные цифры. К тому, число умерших при отсутствии карантинных мероприятий, неизбежно приведет к возникновению новых очагов инфекционных заболеваний, и в первую очередь, холеры.