Папина содержанка

– Когда выезжаем?

– Да прямо сейчас. Сколько там на часах? Ну вот, середина дня. Пока доберемся, будет вечер. Снимем номер в гостинице, а поутру отправимся на поиски Ольги, – говорит Максим.

– А японцы?

– Здесь останутся.

– Уверены, Максим-сан? – слышу голос Горо. Он уже довольно хорошо себя чувствует, а поскольку в группе телохранителей старший, то и задает важные вопросы.

– Уверена, – отвечает мажорка. – Никто не знает, что мы собираемся в Подольск. А вот если кто-то пожелает наведаться сюда, на яхту, вы окажете им тёплый радушный приём. Ведь так?

– Ещё какой радушный, – подтверждает Сэдэо, поглаживая пистолет. Он стоит чуть позади Горо, как всегда прикрывая спину старшего. В прошлый раз, во время нападения в загородном коттедже, эта тактика себя полностью оправдала, спасла руководителю группы жизнь.

– Вот и замечательно, – говорит Максим. Поскольку мы легки на сборы, то уже через десять минут усиленно гребем к берегу. Метод перемещения до суши у нас прежний – надувная лодка с веслами. Было бы с мотором куда проще, но его слышно слишком далеко, да и украсть могут. Мало ли народу в окрестных лесах шатается.

До Подольска нам добираться, конечно, далековато. Почти три с половиной часа, это при условии, что пробок на МКАД не будет. Но иного выхода всё равно нет. И тут впервые Максим решает воспользоваться арендованной машиной. Обращается в каршеринговую компанию, платит наличными, чтобы не светить кредитку, по которой нас также можно обнаружить, и вот уже мы несемся на новеньком Renault Kaptur.

Глава 81

– Попробовать хочешь? – неожиданно спрашивает Максим примерно через полчаса пути по магистрали.

– Что попробовать? Сделать тебе куни во время пути? – улыбаюсь скабрезно, играя бровями, вроде как пытаюсь соблазнить.

– Дурачок ты мой, – смеется мажорка. – Хотела бы я посмотреть, как ты мне лизать будешь во время движения. Нет. Ты же сам говорил, что хочешь иметь машину.

– Говорил.

– Ну вот, покатайся немного.

– Ты с ума сошла? На магистрали? Чтобы сразу врезаться куда-нибудь?

– Да мы тихонечко. Смотри, никого же нет. И потом, тут коробка-автомат, сцепление выжимать не придется и скорости вручную переключать, – убеждает меня Максим. – Вот это, кстати, сделать сразу трудновато. Ну, а здесь, – она шлепает ладонями по рулю, – садись и езжай, даже ребенок справится. Всего две педали: «газ» и «тормоз». Главное не перепутать. Переключать режимы автомата я буду сама.

– Конечно, я хочу машину, – говорю серьезным тоном. Нет, ну кто-то же в этой ситуации должен повести себя, как взрослый сознательный человек, а не взбалмошный подросток?! – Но не таким методом. Это, Максим, плохо кончится. Вот честно тебе говорю.

– Ну, как хочешь, – разочарованно пожимает плечами мажорка. И почему я в её голосе слышу что-то такое… хитрое? – Я думала, ты рисковый парень, а ты по-прежнему Сашок – маменькин сыночек.

– Сама ты… мажорка! – бросаю ей и отворачиваюсь демонстративно. Лучше буду в окно смотреть, чем на её ухмыляющуюся физиономию. Придумала тоже: неопытного человека на автотрассе за руль сажать! Я хочу водить, это моя мечта. Но не такой ценой!

– Ладно, – вдруг примирительным тоном говорит Максим. – Проверку прошел.

– Какую ещё проверку?

– На глупость, – смеется мажорка. – Ты что, серьезно думал, будто я тебе разрешу, неопытному, за руль сесть?

– Ну да.

– Рановато я насчет «проверку прошел», – говорит задумчиво Максим, словно самой себе.

– Ах ты!.. Зараза такая! – щиплю её за ногу. Слегка, но чтобы прочувствовала.

– Тише ты! Я же за рулем!

– Вот и знай себе крути баранку! – требовательно говорю. – Будет тебе нынче за хамство наказание.

– Какое ещё наказ… Сашка, прекрати! Остановись немедленно!

– Ага, разбежался! – этот вопль звучит из уст мажорки неслучайно. Я наклонился к её паху, расстегнул «молнию» опытным движением и просунул руку внутрь. Оттянул резинку трусиков и стал поглаживать клитор, а после, смочив средний палец, погрузил его в жаркую глубину.

Не знаю, каких усилий стоило мажорке дальше вести машину, но уверен в одном: остановиться у неё возможности не было ни малейшей. В тот момент, когда я принялся её «орально наказывать» (меня бы кто так наказал, кстати, я бы не против), наша машина оказалась в левом ряду из трех, тянущихся в сторону МКАД. Справа шел плотный поток, так что свернуть к обочине не вышло бы в любом случае.

Ах, моя бедненькая Максим! Как она закусывал губы, как тяжело и прерывисто дышала! Как даже на лице у неё выступили крупны бисерины пота. А руки! Она так вцепилась ими в руль, что казалось – вот-вот разломает его на куски. Но вместо этого сосредоточенно вела автомобиль, пока я хозяйничал у неё в промежности. Делал я это уже почти со знанием дела, хотя пару раз мажорке пришлось трудновато: это было, когда машина наезжала на кочку, и я случайно погружал палец слишком глубоко. Но Максим только героически морщилась, я же потом тщательно зализывал сладкое местечко, что доставляло моей спутнице огромное наслаждение.

Да и мне тоже. Ведь прежде-то я ничего подобного не вытворял. Одна мысль, что меня могут увидеть из других машин, возбуждала просто жутко. И ведь увидели! Один дальнобойщик на огромной фуре, поравнявшись с нами во время движения, заметил, как я стараюсь, и, высунувшись из окна, крикнул:

– Эй, полируй лучше! – и расхохотался, нажав сигнал. Ухнуло над головой так громко, что я даже вздрогнул, но драгоценность изо рта не выпустил. В ответ на это Максим быстренько прибавила скорость, и фура отстала.

Было потом и ещё одно крошечное приключение. Поскольку на трассе скорость большая, то даже самое маленькое препятствие в виде холмика или горки, о чем я не знал, приводит к тому, что автомобиль начинает словно подпрыгивать. Когда это случилось, теперь уже два моих пальца осторожно забиралась внутрь любимой. Потом машина подскочила, и я ткнул ими со всей силы, сам того не желая.

– Ай! – вскрикнула Максим, прикусив губу. – Ты чего творишь?!

– Прости, само получилось, из-за кочки, – пояснил я и тут же продолжил свои старания.

– Дурачок… прекрати, – прошептала вдруг девушка. – Я сейчас кончу. Остановись, Саша, пожалуйста. Я не смогу вести.

– Хорошо, – выбрался, вытер рот влажной салфеткой. Но если честно, делать этого не хотелось. От меня упоительно пахло женщиной.

– Д-да, – задумчиво говорит Максим, глядя отрешенно вперед.

– Что да?

– Спасибо.

– Пожалуйста. Могу повторить.

– Не надо, я не готова, – улыбается мажорка, приходя в себя: глаза становятся осмысленными.

– Знаю, что не готова. Ничего, с кем не бывает, – и улыбаюсь. Шутник, блин.