Пария

Все таки мой, все таки пришёл за мной, утыкаясь лицом в его рубашку, уже в голос рыдая, обнимая за широкую талию. Кажется, я превращаюсь в вечно рыдающую барышню, но посмотрела бы я на вас, будь вы на моем месте.

— Ты ведь понимаешь, орк, что я не могу оставить тебя в живых? Ты выкрал мою лаэйли и наказание за это смерть. — спокойно, но жестко произнёс Шан.

— Это невозможно, она не может быть твоей парой! Вы прокляты! Весь ваш род! — слова Жазы сочились гневом и растерянностью.

— Тем не менее, ты сам все видел.

— Она имеет контроль надо всеми хищниками, шосс! И ты не исключение! — не унимался орк.

— Я не вижу смысла в этом споре, Жазы. У тебя есть выбор, умри достойно сам или от моих рук. — все так же спокойно говорил Астарт, поглаживая меня по спине.

— Я выбираю поединок, лорд Ахриман.

Мы отошли на расстояние от орков, к нервно топчущемуся на месте Гарону.

— Тебе придётся подождать меня, это не займёт много времени. — пригладив мои волосы сказал зеленоглазый, будто для него это обычное дело. Хотя так оно и было, убивал он лучше многих.

— Нет, нет, Шан, прошу тебя, давай уйдем сейчас. Пусть с ним расправятся остальные. — затараторила я, притягивая его к себе за полы рубашки, целуя подбородок.

Нет, я о нем не беспокоилась, я знала, что орк не представляет никакой угрозы и мой шосс порвет его в два счёта. Но у меня было какое-то внутреннее предчувствие, я хотела поскорее отсюда убраться. Знала, что орки никогда не были честны в поединках, помнила об их дружбе с магами и как они же пленили Астарта. Все внутри кричало, о том, что эту драку лучше избежать.

— Прости, сердце моё, но я не могу его оставить. Таковы правила, я чую его запах на тебе. — он погладил костяшками пальцев меня по щеке.

— Мне пришлось терпеть его домогательства, иначе бы он сделал меня сумасшедшей… — честно призналась.

Шосс утробно прорычал, поджав губы, радужка его глаз полностью почернела, он был зол. Я ощутила его силу кожей, воздух вокруг него словно завибрировал. А в следующую секунду, на периферии уловила, что-то черное позади него, скорее даже почувствовала где-то на уровне подкорки.

Не понимая что делаю, резко вынырнула из-под руки шосса, закрывая его собой. Не знаю, как это произошло, наверное сработал инстинкт, защитить самое дорогое для меня. Я словно в замедленной съемке видела приближение стрелы с черным даром, она была предназначена Шану, но досталась мне.

Наконечник был настолько острым, что прошел навылет чуть ниже ключицы, кажется раздробив при этом мою лопатку. В этот момент, шосс тоже начал разворот, и стрела пролетела под его рукой, срезав кончик одного из перьев Гарона стоящего позади нас. Тот озверев стал на дыбы и сразу же принял боевую стойку. Шан подхватил меня, а я подумала, что рана не смертельна, а значит жить точно буду, кровью мне истечь не дадут. Хорошо, что у меня иммунитет к магии, а то закончилась бы сейчас вся моя романтическая история, так толком и не начавшись. Целительная магия здесь мощная, которая черт подери, на меня не действует, но ведь шосс что-нибудь придумает, правда же? Главное, что он жив и здоров, а я как-нибудь переживу ранение.

— Защищать, Гарон! Закрой ее собой! — приказал испуганный шосс, — Дыши, только дыши, маленькая моя, все будет хорошо. — прошептал мне, дрожащими руками укладывая на землю.

Гарон опустился рядом со мной, полностью укрывая своим крылом, прижавшись теплым боком, а шосс на ходу обращаясь кинулся на орка, в один прыжок оторвав ему голову. Я же провалилась в беспамятство, не видя что было дальше, хотя и так понятно, чем все закончится для всех прихвостней Жазы. Того они и заслуживают, подлые твари.

Глава 10. Единение

В этот раз приходить в себя было еще хуже, чем после того порошка, которым усыпил меня орк. Я словно через вату пыталась прийти в сознание, то и дело уплывая обратно в темноту. Она словно не хотела выпускать меня из своих лап. Спасал только заботливый голос где-то там далеко, он словно маячок тянул меня к себе, не давал застрять во мраке.

Этот до боли знакомый голос все звал и звал, умоляя вернуться к нему. И я наконец зацепившись за него, смогла с трудом разлепить глаза.

Первое, что увидела открыв глаза, гневное лицо Астарта. Ну хоть это то всегда стабильно. Вторым была раздирающая боль с левой стороны, будто мне отрубили, а затем подожгли всю руку и добрую половину ребер. Даже дышать было больно, не то что двигаться. Третьим было яростное шипение все того же шосса.

— Какого черта ты вытворяешь, Мята? — вопрошал он.

Глупо похлопала ресницами, не сразу сообразив, что к чему. Ну вот, и никакого тебе признания в любви, душещипательных речей и признательности. Зря собой прикрывала видимо, аж обидно.

— Тебя спасала вообще-то, во второй раз. Между прочим, не мешало бы сказать спасибо. — прокряхтела я, пытаясь пошевелиться.

— Спасала? Спасала?! Это я должен тебя собой закрывать, а не ты, девочка! — почти прокричал он, все также сверля меня своими глазищами.

— Ну, знаешь, как оно… Кто успел, тот и съел. — пожала я здоровым плечом.

— Ты веселиться? Мята, ты могла погибнуть! А вместе с тобой и я не жилец, твоё геройство не имело бы смысла! — не унимался шосс.

— Я все ещё жива и относительно цела, стало быть, смысл таки был. Потому что, ты сейчас не валяешься в агонии, с черным даром под ребрами! Хватит бубнить! — уже начинала злиться.

Обида начинала откровенно давить, еще немного и глаза начнет предательски щипать, а плакать мне не хотелось.

— Дура! — не вытерпев, вскочил на ноги спасенный и неблагодарный.

— Ты знаешь, Астарт Ахриман, злость, это всего лишь попытка избежать печали!

— Да, именно, Мята! И я до чертиков опечален! — снова сел со мной рядом, бережно обхватив лицо ладонями, всматриваясь в глаза, — Потому что ничего не кончено! Магия на тебя не действует, твоя лопатка раздроблена и ключица тоже, лекарей которые в состоянии поставить тебя на ноги, у нас нет. У тебя порваны сосуды, задета артерия, ты потеряла слишком много крови. От осколков уже началась гангрена, если я не найду хоть кого-то способного тебе помочь, ты умрешь. — он немного помолчал, собираясь с мыслями, — Да милая, да, это злость от отчаяния, потому что я не могу помочь! Тебе нет восемнадцати, если бы мы прошли обряд единения, ты бы переняла часть моей регенерации и такая проблема стала бы пустяком. Рана сама затянулась бы за пару дней. Еще два месяца ты не протянешь… — с жаром и болью в голосе шептал Астарт, поглаживая мои щёки большими пальцами.

Да уж, не радужные перспективы он мне описал. Все это совершенно не кстати, но пожалуй выход все таки есть. И не имеет значение, что я не уверенна на сто процентов. Однако попробовать надо, раз других вариантов нет.

— Я не умру, Шан. — проговорила, касаясь его пальцев здоровой рукой.

Астарт опустил голову, обреченно вздохнув и хотел было отстраниться, но я не позволила, удержав его руку.

— Послушай меня, я должна тебе кое-что рассказать. Сейчас мне кажется, самое время. Да и когда-нибудь все равно придется.