Паутина

Ксения и Лили сидели на самом верху одной из трибун. Они помахали парням, улыбаясь, и Джеймс взмыл в воздух.

Хорошо… Ветер трепал непослушные волосы, в голове становилось просто до безобразия пусто. Под ногами, далеко внизу — темная, уже пожухлая трава. Вверху — хмурое, но такое близкое небо. И абсолютная свобода.

— Поттер, даже если ты пришьешь себе крылья, в ангелы тебя не возьмут. Так что смени вид физиономии, — рядом притормозил Малфой, одной рукой держась за метлу. — Как насчет попугать наших персональных болельщиц?

Джеймс оглянулся на девушек и улыбнулся. Потом резко повернул метлу к земле. Он слышал, как рядом летит Малфой, пытаясь преградить путь гриффиндорцу. Но Джеймс всегда успевал сменять направление, чтобы оказаться в стороне от Скорпиуса. Они кружили отвесно вниз, резко сворачивали, летели вверх, потом опять падали вниз. Ветер свистел в ушах, а сердце бешенно билось от адреналина.

В какой-то момент Малфою удалось таки перекрыть путь отступления Джеймсу, и он наткнулся на метлу друга. Оба шатнулись в стороны, удерживаясь в воздухе. Скорпиус, видимо, не ожидавший, что все же поймает гриффиндорца, соскользнул с древка и повис на руках.

Джеймс тут же подлетел и помог слизеринцу взобраться на метлу. Оба усмехались: не впервой им было так играть с опасностью. Они повернулись к трибунам.

— Черт! — ругнулся Скорпиус и тут же рванулся вниз, потому что Лили, видимо, либо слишком переживавшая, либо разозлившаяся на парней, поспешно уходила с поля, сжав в руках палочку.

Джеймс подлетел к Ксении — та тоже была сердита, холодный взгляд был направлен прямо на гриффиндорца:

— Тебе мало оборотней, которые охотятся за вашей семьей. Ты решил, что стоит поиграть своей жизнью просто для развлечения, а заодно и растревожить только успокоившуюся сестру, да?

Он приземлился прямо на скамью перед слизеринкой, отложил метлу и виновато улыбнулся:

— Я не думал, что она так отреагирует… Мы просто летали, мы всегда так летаем…

— Тогда удивительно, что вы оба еще целы, потому что я насчитала три раза, когда каждый из вас мог просто разлететься на кусочки, ударившись о землю…

— Ксени, но ведь ты же не умеешь летать, — примирительно начал Джеймс, — откуда ты можешь знать…

— То, что я не умею летать, еще не значит, что у меня нет глаз, — девушка была бледна, но глаза у нее сверкали, будто она сама только что сошла с метлы. — Не понимаю, зачем вы, ребята, так постоянно рискуете? Ну, чего вам не хватает?

— Ладно, все, мне стыдно, — гриффиндорец сел рядом с ней. — Прости…

— Да не стыдно тебе вовсе, потому что тебе нравится все это выделывать, — сокрушенно произнесла Ксения, повернувшись к нему. — Просто я не могу понять, почему люди так любят совершать безумные поступки, которые, в конце концов, могут привести к тому, что целителю придется собирать по кусочкам их тела…

— Господи, Ксени, это уже смахивает на паранойю… — он приобнял ее за плечи. А она только пристально смотрела в его глаза.

— Нет, это не паранойя. Просто… — она пыталась подобрать слова, — когда ты мечтаешь посвятить свою жизнь спасению людей, ты намного ярче воспринимаешь окружающее… Я вижу, как люди сами ведут себя к смерти, играючи, с улыбками, словно это лишь шутка. Понимаешь?

— Прости, я не хотел, чтобы ты так расстраивалась, — Джеймс крепко ее обнял, не понимая, что сегодня нашло на всегда спокойную и рассудительную Ксению.

— Ладно, — она коснулась губами его щеки, — прости, что накинулась на тебя…

— Ты накинулась? — усмехнулся он. — Нет, это сейчас Малфою достанется по полной программе. Вот там точно кто-то на кого-то накинется. Зная мою сестру…

— Да, — Ксения кивнула, — Лили — огонь.

— В смысле?

— Ну, согласно одной из теорий, душа каждого человека тянется к одной из основополагающих субстанций: воде, воздуху, земле или огню. Твоя сестра — типичный огонь. Непоследовательна, импульсивна, умеет глубоко переживать…

— А я? — заинтересовался Джеймс.

— Ты — вода, — она улыбнулась. — Поэтому вы с ней так близки…

— А Малфой?

— Воздух, причем в крайнем своем проявлении, — Ксения встала и потянула Джеймса за собой. — Холодно, пойдем лучше в замок.

— Понятно, я — вода, Малфой — воздух, Лили — огонь. Ты тогда просто обязана быть землей, — заключил он.

— Так и есть, — просто ответила девушка. — Природа всегда стремится к законченности и равновесию. Где есть вода — есть и суша, где есть огонь, там есть и воздух, который подпитывает пламя.

— Этому вас в Академии учат?

Ксения кивнула, беря его за руку:

— Я же тебе говорила — целители душ не обычные целители. Мы не лечим заклинаниями и зельями, мы лечим знаниями о душе…

Джеймс глубоко вздохнул:

— Знаешь, предпочитаю Историю Магии, там все проще и понятнее.

Она рассмеялась.

Глава 2. Лили Поттер

Как страшно, как странно, как сладко… Пусть сердце на сотне замков. По нервам, спускаясь украдкой Без стука, без стона, без слов, Оно разольется по телу, Сладкою мукой томя, На белой доске белым мелом Напишет все за меня: Коротко, ясно, беззвучно, Боль принося и восторг. Словно невидимой ручкой, Белым исписан листок. Словно в белом тумане Прожженные мелом горят, Слова на белом посланье С душою моей говорят. Язык тот понятен немногим: По венам пульсирует он, И буквы сливаются в слоги, Влекущие в сладостный сон.

— Лили, постой, пожалуйста…

Это последнее слово все-таки подействовало. Девушка остановилась почти у самого крыльца замка, но не обернулась. Идиот… Идиоты, оба! Сердце до сих пор заходилось от страха.

— Никогда не думал, что кто-то в семье Поттеров так реагирует на полеты на метле, — раздался тихий голос у самого ее уха. Она развернулась и сердито посмотрела на Малфоя.

— Ах, это, оказывается, были полеты на метле? — язвительно спросила она. — А я думала, что мы стали свидетелями представления, в котором участвовали два павлина — кто больше распушит свой хвост!

— Павлины не летают, — заметил Скорпиус, опираясь на метлу.

— Правда? Спасибо за справку, — Лили резко повернулась и взбежала на пару ступенек, но Малфой догнал ее и схватил за руку.

— Лили, ну, хватит, — попросил он, глядя в ее суженные от злости глаза. — Все вышло случайно.

— Случайно? Жаль тогда, что вы оба не сломали себе по случайности шеи, вот бы Хогвартс порадовался такой случайности!

— Мерлин, да мы просто валяли дурака!