Печать Иуды

— За то, чтобы он похоронил Марко и Кокеджин. Вигор повернулся к нему.

— Но это была такая историческая находка…

— Марко и так сделал для истории достаточно. Его последним желанием было быть похороненным в мире и спокойствии вместе с той женщиной, которую он любил. Полагаю, мы перед ним в долгу. Кроме того, диадема нам не нужна.

Прищурив глаз, Вигор пристально посмотрел на Грея, несомненно оценивая границы его щедрости.

— Но ведь ты сам считал, что диадема может быть дополнительной наводкой. Поэтому ты ее и взял. — Вдруг прелат широко раскрыл глаза и повысил голос: — Боже милосердный, Грей, ты раскрыл тайну ангельского письма.

Грей достал тетрадь.

— Не совсем. Почти.

— Каким образом?

Услышав их разговор, Сейхан присоединилась к ним, встав в проходе. Ковальски с любопытством обернулся и перевесился через спинку кресла.

Грей начал свой рассказ:

— Я решил загадку, отбросив все наши прежние предположения. Мы упрямо искали какой-то код, основанный на замене букв.

— Подобно тому, как надпись в Ватикане гласила «Ха-гиа».

— На мой взгляд, это было сделано умышленно, чтобы направить всех по ложному следу. На самом деле главная тайна обелиска не имеет никакого отношения к замене букв.

— Докажи, — предложила Сейхан.

— Сейчас. — Грей посмотрел на часы. Осталось восемь минут. — Мне еще осталось вскрыть часть загадки. Но начнем с трех ключей. Расставленных в определенном порядке.

Раскрыв тетрадь, Грей постучал пальцем по трем символам ангельского письма.

Он продолжал:

— Поскольку код обелиска с самого начала был у всех на виду, ключи могли выполнять только одну функцию. Указывать на то, как правильно читать код. У обелиска четыре стороны. Но с какой из них начать? И в каком направлении читать?

Пролистав тетрадь, Грей нашел страницу с копией надписи на обелиске, сделанной Сейхан.

— Для того чтобы эти высеченные на золотых пластинах символы имели такое важное значение, они должны где-то встречаться на обелиске. И действительно, вот они.

Грей обвел их кружком.

— Эта последовательность встречается только один раз. Она уникальна. И обратите внимание на то, как она переходит с одной поверхности обелиска на соседнюю. Ключи четко указывают, откуда начинать читать и в каком направлении.

Он добавил стрелку.

— Следовательно, нужно поменять последовательность граней, чтобы она совпадала с ключами. — Грей полистал тетради, перебирая восемь вариантов, составленных им и Виго-ром. Отыскав нужный, он обвел кружком три ключевых символа. — Так нужно расположить карту, чтобы прочитать ее правильно.

Сейхан склонилась над тетрадью.

— О какой карте ты говоришь?

— Вот на что я обратил внимание еще в часовне, — объяснил Грей. — Смотрите.

Взяв карандаш, он начал протыкать в бумаге отверстия, отмечая точки на следующей чистой странице.

— Что ты делаешь? — спросил Вигор.

— Обратите внимание на то, что некоторые диакритические знаки — эти маленькие кружки в символах ангельского письма — закрашены, а другие нет, — сказал Грей. — Второй ключ показал нам, что закрашенный диакритический знак обозначал развалины португальской крепости. Поэтому закрашенные кружки на коде с обелиска также должны что-то обозначать. Но что? Если перенести все закрашенные кружки на чистую страницу и выбросить все остальное, получится вот что.

— Ну да, теперь все стало понятно, — язвительно заметил Ковальски.

Грей провел ладонью по щетине на подбородке, пытаясь сосредоточиться.

— Здесь что-то есть. Я это чувствую.

— Может быть, нужно соединить точки линиями, — все так же язвительно продолжал Ковальски. — Может быть, получится большая сияющая стрелка с надписью: «Убирайтесь отсюда к такой-то матери».

Сейхан нахмурилась:

— А может быть, тебе пора заткнуться, черт побери. Грею были не нужны эти пререкания. Только не сейчас.

Ковальски прекрасно водит машину, хорошо владеет оружием, но Грею требовался мудрый совет, а не глупые предложения соединять точки. И вдруг он прозрел.

— О господи! — Усевшись прямо, Грей дрожащей рукой схватил карандаш, затем крепко стиснул его. — Ковальски прав!

— В самом деле?

— Он прав?.. — недоуменно подняла бровь Сейхан. Повернувшись к Вигору, Грей вцепился ему в руку:

— Первый ключ! Он ведь был спрятан в Башне ветров. Прелат нахмурился, затем широко раскрыл глаза.

— Где находилась астрономическая обсерватория Ватикана… именно там Галилео Галилей доказал, что Земля обращается вокруг Солнца! — Вигор постучал пальцем по тетради. — Это же звезды!

Грей взял карандаш. Пристально посмотрев на страницу, он разглядел знакомый рисунок.

— Это созвездие. Он его нарисовал. Вигор тоже его узнал.

— Это созвездие Дракона.

Склонив голову набок, Сейхан изучила рисунок.

— Вы хотите сказать, что это навигационная звездная карта?

— Похоже на то. — Грей почесал голову ластиком на обратном конце карандаша. — Но каким образом одно-единственное созвездие может указать, куда идти?

Все молчали.

— Не может, — наконец подытожил Грей.

У него бешено колотилось сердце. Время поджимает. Неужели он только что повел всех по ложному следу? Вигор откинулся назад.

— Подождите, — пробормотал он. — Вспомните слова Марко. Последнюю строчку. Марко сказал, что он нарисовал карту города, а не карту того, как добраться до города.

— Ну и? — спросил Грей.

Взяв лист бумаги, Вигор развернул его.

— Это не звезды. Это план Города мертвых. Именно об этом говорится в тексте Марко. Возможно, в Ватикане совершили ту же самую ошибку, которую чуть было не совершили мы. Там также неправильно истолковали смысл карты Марко. Решив, что это навигационная звездная карта.

Грей покачал головой:

— Слишком уж странное совпадение — чтобы город был спланирован в строгом соответствии с созвездием Дракона. Если я не ошибаюсь, даже точки, не лежащие на линии созвездия, отображают расположение реальных звезд.