Печать Тора

— Как ты только можешь каждый раз попадать в такую ситуацию, — ругался возмущённый голос, будто неутомимо и сердито скандировал. — Абсолютное безумие. Ты хоть представляешь, как сложно следить за тобой и вовремя посылать в нужное место эту дверь?

Чем громче становился голос, тем больше казался мне знакомым.

— Это сумасшествие, просто сумасшествие. Я серьёзно задаюсь вопросом, почему ты делаешь это снова и снова, Сельма!

Вопрос выразительно завис в комнате, и я должна была признать, что он был абсолютно справедливым.

— Парэлсус? — в замешательстве прокаркала я и с трудом подняла голову.

Вещи, что стояли немного дальше, были ещё размыты, но я поняла, что, очевидно, приземлилась в гостиничном номере. В углу стояла широкая кровать, а на стенах висели эти безликие акварели, все похожие друг на друга.

Рядом с окном, которое было затянуто тяжёлыми, узорчатыми шторами, стоял стол, а возле него на стуле сидел пожилой мужчина в очках с толстыми стёклами и седыми, лохматыми волосами.

Там действительно сидел Парэлсус.

Мне на ум снова пришла небольшая деталь.

— Мы сейчас на островах Тики?

Я снова попыталась подняться и с трудом встала на колени, не спуская с Парэлсуса глаз.

— Нет, — неохотно признался он.

Затем снова вспомнил, что злиться на меня.

— Как ты можешь постоянно попадать в такую ситуацию? — спросил он, казалось, в сотый раз.

Мне удалось сесть, скрестив ноги, и я проверяла тело на наличие ран. Очевидно, Морлемы не смогли ко мне прикоснуться. Я просто была истощена из-за холода и бесконечного пребывания между дверьми. Кожа на руках и ногах горела, и я поняла, что чудом избежала сильного обморожения.

Восприятие моих органов чувств постепенно возвращалось с полной силой, и теперь я заметила фиолетовую дверь, прилепленную к стене и совсем невписывающуюся в остальную часть интерьера. Постепенно я начала понимать, что это Парэлсус постоянно спасал мне жизнь.

— Спасибо, — серьёзно прервала я его беспрерывные упрёки. — Я не нахожу слов, чтобы выразить свою благодарность, что вы сделали это для меня. Я обязана вам жизнью.

Парэлсус внезапно замолчал, услышав мои серьёзные слова.

— Значит твою жизнь, — протянул он некоторое время спустя, внимательно наблюдая за мной.

— Да, — серьёзно прошептала я. — Я перед вами в неоплатном долгу.

— Это правда, — угрюмо согласился он. — Но не хочу скрывать от тебя того факта, что я планировал иначе. Я никогда не хотел становиться твоим постоянным спасителем.

— Но вы действительно были великолепны, — заметила я, подумав о множестве раз, когда появлялась фиолетовая дверь, чтобы в последнюю секунду спасти меня от Морлемов.

Я встала и подошла к двери. Рядом с ней был прикреплён контрольный ящичек, и это почему-то показалось мне знакомым. Он был не таким простым, какие висели рядом с лекционными залами, а сложное устройство с крошечным дисплеем и маленькими кнопками.

— Как вы это сделали? — с любопытством спросила я, проводя рукой по гладкой двери. — Я имею в виду, откуда вы узнавали, где я была и когда наступал подходящий момент для появления двери? И как это вообще работает с дверью? Бабушка говорила, что невозможно сделать так, чтобы дверь появилась из неоткуда. Только уже существующие двери можно связать друг с другом.

— Это очень сложно, но как ты видела, не невозможно, — Парэлсус с сомнением смотрел, как я ощупываю дверь. — Остальное тебе лучше не знать.

— Я откуда-то знаю этот ящичек, он кажется таким знакомым, — задумчиво сказала я, некоторое время разглядывая его.

— Тебе не нужно об этом беспокоиться, — грубо ответил Парэлсус. — Как только к тебе вернутся силы, и запасы энергии двери частично пополнятся, ты вернёшься в Шёнефельде и тогда больше не выйдешь из города.

— Я не могу, — спокойно ответила я. — Вы, наверняка, уже слышали, что мою сестру похитили Морлемы. Я должна найти Бальтазара и вернуть её.

— Как всегда страдаешь манией величия, — Парэлсус снисходительно посмотрел на меня. — Ты уже опять забыла, что они почти поймали тебя?

— Я не забыла, — угрюмо ответила я. — Но что мне делать? Он не отпустит девушек добровольно.

— Ты действительно думаешь, что сможешь полететь на Корво, зайти в его дом и за чашкой чая дружелюбно разъяснить, что сейчас подходящее время опустить девушек? — Парэлсус сердито сверкнул глазами. — Это абсолютно невозможно. Ты должна это, наконец, понять.

— На Корво? — колко спросила я, и Парэлсус побледнел.

Видимо, он только что сболтнул кое-что, чего я не должна была знать.

— Быстро забудь об этом, — ответил он.

— Ни в коем случае, — сразу парировала я. — Что вы знаете о Бальтазаре?

— Ничего, — Парэлсус встал и подобрал некоторые разбросанные в комнате вещи. — Вероятно это займёт слишком много времени, пока энергии в накопителях будет достаточно, а путешествовать с пустыми накопителями действительно опасно. Ты сама заметила, что я чуть тебя не потерял. Подобрать тебя не представило проблем, но затем я, собственно, хотел высадить тебя в Шёнефельде. Но накопители энергии были пустыми, и ты оказалась здесь. С твоего последнего путешествия в Антарктику они всё ещё не полностью пополнились. Лучше тебе использовать официальную дверь через туристическое агентство, тогда ты сможешь уйти немедленно. За те несколько секунд, что понадобятся, чтобы добежать до него, Морлемы не успеют прилететь.

— Я уйду. Но если вы знаете что-то о Бальтазаре, что могло бы помочь нам, тогда прошу вас, расскажите, — умоляюще попросила я Парэлсуса. — Пожалуйста!

Одно мгновение он смотрел на меня с сомнением, как на щенка, которого в принципе хотел ненавидеть, но всё же не мог.

— Ты умрёшь, если окажешься с ним лицом к лицу, — внезапно совершенно спокойно и без упрёков сказал он.

— С тех пор, как он принял Иерихонский эликсир, он стал ещё могущественнее и сильнее и он полон ненависти.

— Я знаю, — мрачно ответила я. — И он винит меня в том, что ещё далёк от своих целей.

— Да, именно тебя, и он ненавидит тебя от всего сердца, потому что ты так сильно ранила его, потому что ты увела у него из-под носа атрибуты власти и уничтожила их, потому что он винит тебя в смерти своей матери, потому что ты убила его дракона и потому что на его пути к власти ты постоянно его останавливала. Есть очень много причин.

— Да, — мрачно сказала я. — И я хочу добавить ещё одну. Я хочу освободить девушек, его рабов, его рабочую силу. Без денег даже для Бальтазара будет сложно купить сторонников в Объединённом Магическом Союзе. Я не собираюсь встречаться с ним лицом к лицу и побеждать его в поединке. Я на это не способна, и Адам никогда не позволит мне приблизиться к нему настолько, чтобы помериться силами. Я должна использовать хитрость, чтобы проникнуть в его укрытие и освободить девушек.