Перекресток судеб

МЫ

Рассвет сменяется пылающим закатом, Ночная тишь заменит грохот дня, Сгустится небо грозовым раскатом, Но светлый день сильней его огня. И мы шагаем вместе с солнцем в дали, И не считаем сколько мы в пути. Мы сделаны из воска — и из стали, Мы что-то ищем, но вот сможем ли найти. Для нас смеется жаркий летний полдень И тихо плачет серый дождь ночной. Мы вечно за — и тут же — вечно против, И дальний край нам ближе, чем родной. Живем сегодня, забывая до и после, Под стук неумолкающих часов. Мы — далеко, но в то же время — возле, Лишь руку протяни без лишних слов. 

МОЙ ДОМ

Мой дом огромен, но и сжат. Здесь книжки стопками лежат. Здесь беспорядок, но уют, И песнь и радость гостя ждут. Здесь небо вместо потолка, И как побелка облака. Здесь нет ни стен и ни окон. Душа моя и есть мой дом. 

* * *

Я усну. Я увижу во сне чудный миг. Я увижу там то, чего нет наяву: На причале стоит там мой парусник — бриг, И ложится гроза серебром на траву. Я пройду босиком по тропинке из звезд, И вдыхать буду запах чудесных цветов, И сады там цвести будут только из роз, И смотреть будут Вера, Надежда, Любовь. Я усну. Но тревожить мой сон будет бой: Блеск и звон двух старинных блестящих клинков. В этом сне, друг мой, будешь ты рядом со мной, Я проснусь, но забыть не смогу тех я снов. 

* * *

Тебе — широкие поля, Тебе — открытая земля, Тебе — тепла в осенний день И в летний жар прохлады тень. Тебе — златого солнца луч, И месяц, спрятанный средь туч, Тебе — звезда из давних лет, И запах сказок и легенд. Мне — сталь холодная меча. Мне — поезда стоять встречать. Мне — холод зимних вечеров, И скрытая печаль стихов. Мне — сорванный до хрипа крик И сотни лет в один лишь миг. Тебе — найти меня вдали И возвратить к своей любви. 

ВЫБОР

(Сергею Лукьяненко)

Мне не понять, где Тьма, где яркий Свет, Я крикну в пустоту — ответа нет. Здесь выбор лишь передо мной стоит — Решить, что же сильней меня манит. Но Свет — не равнозначное Добро, А если так, то просто повезло. А Тьма — не Зло. Кто говорит такое, Тот небо звездное не видел над собою. Не выбрать ничего. Они молчат. Лишь на столе моем часы стучат, Да мысли тяжкою становятся стеной... ...Удачного пути тебе, Иной... 

* * *

Что возвращает нас к истокам вновь и вновь, Неужто там Надежда и Любовь Сплелись в одну единую Мечту? А мы прошли, не замечая силу ту. А мы проходим сотни миль в пути, Стремясь то неизвестное найти, Чем грезим и во сне и наяву — Ну а найдем, лишь к дому повернув. Там есть очаг, хранящий от беды, Там звезды в чаше из колодезной воды, Там травы свой тебе пошлют привет И свежий ветер улыбается в ответ. Но время расставляет на места, И вновь мы от спокойствия устав, Выходим за Любовью и Мечтой В дорогу. А они кричат «постой!». 

* * *

Фанису

Когда поют эльфы, нам кажется — ветер шумит, Играя в макушках берез, тополей и осин. И плавно в осенней тиши лист кленовый кружит, И птица морская о чем-то надсадно кричит. Когда поют эльфы, я выбегу в дальнюю ночь И буду дорогой из красного камня идти; И каждому встречному буду я рада помочь: Кому-то забыть, а кому-то, напротив, найти. Когда поют эльфы, мне чудится запах травы, И шорох прибоя морского, и взмахи крыла. Мне кажется, люди ведь так неправы, Когда говорят, что нет сказки и нет волшебства. 

ЗАБРОШЕННЫЙ ПАРК

Покрылись деревья густой пеленой, Снег падал и в мире запахло зимой. В заброшенном парке покой и уют, В нем сосны и ели о сказке поют. Стемнело. Остался лишь свет фонаря. Но снегом блестящим покрыта земля. Нетронутым кладом лежит этот снег, Ведь в парке пустынно уже много лет. А люди спешат на неоновый свет, И жизнь их похожа на сон или бред. Лишь в парке старинном осталась жива Та сказка, в которой и я бы жила. 

* * *

С прошлым нужно прощаться: И с друзьями, с врагами — со всеми. Нужно просто решиться и выбросить прочь Все сомненье и беды, и смех, и веселье, Бури ярости, штили любви. Пусть останется только Мечта о спасенье, И ветра перемен унесут меня в ночь. 

* * *

«Есть миры, где солнце желто, как зрачок дракона, трава зелена, а вода прозрачна.

Там тянутся к голубому небу замки из камня и здания из бетона, там рвутся в небо птицы, а люди улыбаются друг другу.

В путь»

Н. Перумов. «Не время для драконов»

Вселенная миров полна, Есть в каждом солнце и луна, Есть в каждом много разных слов, Есть в каждом дружба и любовь. Есть мир, в котором черен снег, Вода несет об злата свет, Там кровь — белее молока, Алеют в небе облака. Есть мир, где зелена трава, Вода прозрачна и тиха, Здесь птицы гордо рвутся ввысь И мы с тобой здесь родились. Здесь небо — купол, звезды — пыль, Здесь на лугах растет ковыль, Здесь ничего нам не вернуть И на рассвете снова в путь. 

ЮНОСТЬ

Ты никогда меня не знал и не узнаешь, Но чувствуешь дыхание мое, Тогда, когда в мечтах своих витаешь, Тогда, когда о юности поешь. Ты никогда меня не видел — и не стоит, Ведь я — всего лишь искорка огня. Я — ливень, что по крышам ночью бродит, И ветер, овевает что тебя. 

ТВОЙ ГОЛОС

«Любимая», — прошепчет снег, Струясь поземкою по льду. Я вздрогну. Это ты? Но нет. Чуть постою и вновь пойду. «Люблю тебя», — споет метель, Играя в прятки меж домов. Остановлюсь. Со мной лишь тень. Я здесь одна, нет никого. Ну вот дошла. Зайду домой. А в доме нет любви тепла... Вдруг телефон. В нем голос твой: «Любимая, где ты была?» 

КОШКА

Я — серая кошка. Гуляю сама по себе, Пьяна я немножко по этой холодной весне. Ищу отражение звезд посреди грязных луж. Пусть лужи! — весну я люблю больше стуж. Я — серая кошка: четыре ноги и шикарнейший хвост, И только дурак примет все мои шутки всерьез. Я с крыши высотки упасть невредимой могу, И все свои жизни легко для себя сберегу. Я — серая кошка, ведь ночью все кошки серы... А днем я другая, меня не узнаете вы: Не прыгаю с крыш, не бегу от собак, не кричу, И толстой домашнею кошкою быть я хочу. Чтоб «китикет» кушать и нянчить пушистых котят, Поверьте мне, многие жить только так и хотят... Но рыжее солнце опять укатило с небес, И снова я кошка, что ходит сама по себе.