Перемены

Пора было обедать. Ей следовало позаботиться о малыше, если она собирается родить его…

"Я хочу этого ребенка.

Слова прозвучали так решительно и уверенно, что она твердо поверила в это, возвращаясь к своей машине.

Глава 31

Мел с волнением ждала Питера в аэропорту, совсем как год назад. Как будто все началось сначала.

Он третьим вышел из самолета, и она бросилась к нему в объятия. Неделя показалась ей бесконечной.

— О, Мел… — Слезы навернулись ему на глаза, и он не мог произнести ни слова, прижимаясь к ней.

Сейчас его не волновало даже то, что она сделает с ребенком. Он хотел ее и только ее…

— Боже, как я соскучилась по тебе.

Но, когда она оторвалась от него, он увидел, что она выглядит лучше, чем в последние месяцы. Она отдохнула и успокоилась, исчезла даже складка между бровями.

— Ты чудесно выглядишь, Мел.

— Ты тоже. — А затем она взглянула вниз на «молнию» своих брюк, которая теперь еле застегивалась и готова была лопнуть. — Я немного растолстела.

Он не знал, что сказать, и она улыбнулась ему:

— Я решила, что… — Слова неожиданно прозвучали для нее странно. Кто она такая, чтобы решать.

Она когда-то давно сказала ему об этом. Это решает Бог, а не он и не она. — У нас будет ребенок.

— Да? — Ему хотелось удостовериться, что он правильно понял ее.

— Да, — сияя, ответила она.

— Ты уверена?

— Да.

— Ради меня? — Он не хотел, чтобы она сделала это ради него. Она должна сама хотеть, но об этом трудно было даже мечтать, учитывая, что дома ее ждали пятеро детей и работа на студии.

— Ради меня самой, ради тебя, ради нас… ради нас всех… — Она покраснела, и он взял ее за руку. — Но в основном ради меня самой. — Она рассказала ему, что произошло, когда она гуляла в лесу, и у него на глаза снова навернулись слезы.

— О, Мел.

— Я люблю тебя. — Она больше ничего не могла сказать, и они, взявшись за руки, вышли из аэропорта и, как никогда, чудесно провели выходные.

Они выехали из Сан-Франциско в воскресенье днем и, выбрав более короткий маршрут, к десяти вечера добрались до дома. У Мел было ощущение, что она отсутствовала целую вечность. Она с минуту постояла перед входом, но Питер взял ее за руку и повел в дом.

— Пошли, малыш, тебя надо уложить в постель.

Поездка была слишком долгой. — Он обращался с ней, как с венецианским стеклом.

— Думаю, я это переживу.

Но, как только она переступила порог дома, раздался взрыв голосов. Дети услышали, как они подъехали, а Пам выглянула в окно и издала ужасающий вопль.

— Они приехали! — Она первой сбежала по лестнице и обняла Мел.

— С возвращением! — Не «с возвращением домой», но близко к этому. Двойняшки тоже повисли на ней, и Марк, а Мэтью, проснувшийся от всего этого шума, заявил, что сегодня хочет спать вместе с ними.

Когда они наконец очутились в своей комнате почти после часа шума и разговоров, Мел легла в постель и посмотрела на Питера со счастливой улыбкой.

— Какие они все хорошие, правда?

— У них хорошая мама. — Он присел на краешек кровати и взял ее руки в свои. — Мел, я обещаю, что буду стараться облегчить твою жизнь.

А в два часа ночи Питера вызвали в больницу, и Мел увидела его снова в полдень, когда он заехал домой переодеться. Она взяла в свои руки управление домом, сказала миссис Хан, что приготовить на ужин, и Питер с ухмылкой отметил, что экономка не очень-то довольна. Но она не стала жаловаться ему. Питер переоделся и поспешил на работу. Она улыбнулась и махнула ему рукой, когда они на своих машинах разъехались в разные стороны. В тот день Пам отправилась к врачу одна, как делала это на прошлой неделе, пока Мел отсутствовала. Марк предупредил, что вернется домой после ужина, но не очень поздно, потому что у него на следующий день экзамен. Двойняшки собирались недолго поиграть в теннис с друзьями.

Миссис Хан должна была забрать Мэтью из школы, как делала это год назад. А Мел в первый раз, спустя неделю, отправилась на работу. И когда она вошла в студию, даже вид Поля Стивенса не мог испортить ей настроение. Казалось, все шло прекрасно.

Но в шесть сорок пять, после окончания выпуска новостей, к ней в кабинет заглянул режиссер, когда она перед уходом делала кой-какие пометки.

— Привет, Том. Что-нибудь случилось?

Он помедлил, и Мел почувствовала озноб. Неужели они увольняют ее? Разве они могут это сделать?

Неужели Стивенсу удалось одержать победу?

— Мел, я должен поговорить с вами.

Она жестом предложила ему сесть. Она до сих пор не чувствовала себя в этом кабинете как дома.

— Я даже не знаю, как сказать вам это. Мел…

У нее замерло сердце. О боже, ее увольняют. Она была звездой самой большой величины в программе новостей на телестудии в Нью-Йорке, получила четыре приза за документальные фильмы и репортажи, а этот подонок добился, чтобы ее уволили.

— Да? — Она могла бы облегчить ему задачу, но надеялась только, что не расплачется при этом, и сейчас ей хотелось только поскорее добраться до дома, к Питеру. К черту их проклятую работу и паршивую передачу. Она поедет домой, родит ребенка и будет заботиться о детях.

— Я не хочу пугать вас. — Она ничего не понимала. — Но мы получили ряд угроз… — Она побледнела. — Они начали поступать в течение прошлой недели, пока вас не было. И сегодня снова.

— Какие угрозы? — Может быть, этот подонок угрожает, что уйдет с работы? Ну и пусть. Их рейтинг только повысится. Но пока ей не хотелось говорить этого Тому.

— Вам угрожают. Мел.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Мне? — Такое как-то было в Нью-Йорке несколько лет назад. Какому-то ненормальному не понравился сделанный ею репортаж, и он несколько месяцев звонил на студию, угрожая задушить ее, но в конце концов ему это надоело. Мел удивилась:

— По крайней мере, кто-то смотрит нашу программу.

— Я говорю серьезно, Мел. У нас и раньше возникали подобные проблемы. Это Калифорния, а не Нью-Йорк. У нас здесь было несколько покушений на жизнь президентов.

Она не могла сдержать улыбку.

— Я" польщена, Том, но вряд ли я отношусь к их числу.

— Мы вас очень ценим.

Она была тронута.

— Благодарю вас, Том.

— И мы наняли вам телохранителей.

— Что вы сделали? О, это смешно… Не думаете же вы на самом деле…

— У вас дети. Мел. Неужели вы хотите рисковать?

Она похолодела от вопроса.

— Нет, не хочу, но…

— Мы не хотели пугать вашего мужа, пока вас не было, но мы считаем, что это серьезно.

— Почему?

— Потому что на прошлой неделе раздался звонок, и мужчина сказал, что в вашем столе заложена бомба. Она была там. Мел. Она взорвалась бы ровно через час, когда вы открыли бы стол, и разорвала бы нас всех на части, если бы вы были здесь.

Ей вдруг стало дурно.

— Полиция считает, что они знают, кто это может быть. Но, пока они это выясняют, мы хотим обеспечить вашу безопасность. Мы очень обрадовались, что вас не было на прошлой неделе.