Перепаянный

Он немного помолчал.

— Так что одну я попробовал, — просто сказал Алан. — Не нужно было быть супер-гением, в которого я вскоре превратился, чтобы осознать открывшиеся возможности.

Дэш нахмурился.

— Значит, ты решил устроить взлом и украсть их все.

— Не сразу, — высокомерно откликнулся Алан. — Я подождал несколько месяцев после моего визита, чтобы сестрёнка меня не заподозрила. И я взял не только таблетки. Ещё я взял образец волос Киры, на тот случай если мне понадобится сделать её виновной. — По нему было видно, как он собой доволен. — Мне нравится планировать наперёд.

Дэш с отвращением покачал головой. Алан использовал взятый волосок Киры для того, чтобы обвинить её в собственной смерти.

— Затем я подождал несколько дней и убил начальника Киры, чтобы направить её по ложному следу, — сказал Алан. — Когда ты находишься под действием её препарата, всё становится кристально ясным. Я был убеждён: если убью Моргана, она немедленно сделает вывод, что это он стащил у неё пилюли и был обманут влиятельным сообщником.

Дэш знал, что Кира пришла именно к такому выводу.

— А затем ты нанял Лузетти, чтобы он за ней следил.

— Я счёл за лучшее оставить её в покое, чтобы она сделала ещё какие-нибудь… э-э-э… взрывающие мозг открытия, а потом я бы сделал очередной ход и присвоил их тоже. А тем временем я благоразумно расходовал её таблетки на то, чтобы построить свою империю.

— Каким боком здесь оказался Патнэм? — спросил Дэш.

— Уверен, ты уже знаешь — имея интеллект настолько мощный, можно получить громадные состояния каким угодно способом, — ответил Алан, с отсутствующим видом крутя в руках стакан. — Но если твой наркотик — власть, в том чтобы дёргать за ниточки самую мощную организацию по сбору разведданных за всю историю человечества есть определённые преимущества.

— Но почему Патнэм? Ты его знал?

Алан покачал головой.

— Воспользовавшись препаратом Киры, я взломал персональные компьютеры ряда агентов АНБ среднего уровня. Одним из них был Патнэм. Мы во многом имели схожие пристрастия, и он был особенно жесток. Я сумел нарыть на него достаточно грязи, чтобы гарантировать ему многократный смертный приговор. Так что я взял его в оборот и помог забраться повыше. Из нас вышла отличная команда.

— Ты давал ему таблетки? — спросила Кира.

— Разумеется, нет, — презрительно отрезал Алан, переводя на неё взгляд. — Я что, похож на идиота? Патнэм был слишком безжалостен и амбициозен, чтобы ему можно было доверять. Получи он возможность трансформироваться, уверен: он нашёл бы чем мне ответить.

Он немного помолчал.

— Единственным, кому я позволил трансформироваться — помимо себя, конечно же, — был молекулярный биолог, которого шантажировал Патнэм. И я делал это с невероятными мерами предосторожности, и исключительно с одной целью — обеспечить себе неограниченный запас твоего препарата.

— Значит, когда Патнэм описывал нам свои успехи, на самом деле он говорил о тебе, — заметил Дэш.

— В точку, — откликнулся Алан. — Мы отрепетировали всё, что он вам сказал. Я даже проинструктировал его прикончить на ваших глазах человека, которого вы знали под именем Смит. Патнэм понятия не имел, почему я хотел, чтобы он притворился мной, — фыркнул он, и добавил ледяным тоном: — Но он понимал, что лучше не спорить.

Алан Миллер сделал несколько шагов к бару и начал наводить себе ещё одну порцию напитка. Он снова повернулся к Дэшу.

— Я нанял Патнэма и начал копить власть и богатство, пока моя сестрёнка работала над продлением жизни. Я всегда знал, на что она нацелена, это было для меня принципиально важно знать — несмотря на все её якобы меры предосторожности, которые она предпринимала после кражи, — сказал Алан, добавил в стакан лёд и вернулся на место. — Когда Лузетти сообщил мне, что лавочка закрывается, я предположил, что она совершила прорыв.

— И ты полетел в Сан-Диего, чтобы это выяснить, — сказал Дэш.

— Когда я понял, что секрета в её компьютере нет, и что мою сестрёнку придётся расколоть, я подумал, почему бы не убить двух пташек одним выстрелом. С ударением на слове "убить", — едко сказал Алан. — Я в любом случае предполагал фальсифицировать свою смерть и начать заново с новой личностью, с чистого листа.

— И ты знал, что твоя сестра тебя боготворит. Так что решил прикинуться заложником, давить на неё страхом твоей смерти.

Алан кивнул.

— План был блестящим, признаюсь без лишней скромности, — сказал он, помолчал секунду, а затем на его лице возникло жёсткое выражение. — Но я не предполагал, что она создаст себе барьер в памяти, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — Это сломало мне все планы.

Он покрутил стакан в руках и смотрел на него, будто загипнотизированный, пока лёд не успокоился.

— Но, раз уж она заблокировала свою память, зачем вообще было связываться с Кирой? — спросил Дэш. — Почему бы просто не оптимизировать твоего молекулярного биолога, пока он не повторит её работу, без лишнего головняка?

— Да потому что по сравнению с моей удивительной сестрёнкой он просто тупица. Ему потребовались годы на то, чтобы повторить за ней процедуру оптимизации мозга — а ведь у него на руках были инструкции! Сомневаюсь, что в мире найдутся трое или четверо учёных, которые смогли бы повторить её работу по продлению жизни — даже с помощью препарата, — сказал Алан и покачал головой. — Нет, Кире замены не было. Но мало того, что этот её фокус с памятью меня разозлил, так она ещё умудрилась убить этого тупого ублюдка Лузетти и исчезнуть с радаров. У меня достаточно мужества, чтобы признать: это реально меня взбесило, — произнёс Алан подчёркнуто спокойно, но его голос не мог полностью скрыть ярость, которую он испытывал при этих воспоминаниях — даже сейчас. — Но это продлилось недолго, — добавил он. — Я перегруппировался. Принял ещё одну из её умных таблеток и на следующий же день разработал грандиозный план.

— Патнэм сказал нам, — презрительно произнесла Кира. — Массовая стерилизация женщин лишь для того, чтобы ты мог продлить своё больное существование ещё на несколько лет.

Алан рассмеялся.

— Массовая стерилизация? — повторил он с умилением. — Не стоит верить всему, что вам говорят.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Кира.

— Из-за сознания собственного нравственного превосходства ты отказываешься дать себе дар, который сама же и создала. Прими ты одну из своих таблеток, ты бы моментально распознала в этом уловку, — сказал Алан и разочарованно покачал головой. — По правде говоря, ты куда глупее, чем какой я тебя помнил. — Он развёл руки в стороны. — С чего бы мне вообще хотеть кого-то стерилизовать?

Похоже, Кира была озадачена.

— Во-первых, для того чтобы мотивировать меня на то, чтобы я отперла свою память.

Алан покачал головой.

— После того, как я подстроил свою якобы смерть, я улучшил себя и попытался понять вероятные свойства твоего сейфа в памяти. И я сразу же понял: никакая угроза, сколь бы велика она ни была, не сможет заставить тебя добраться до нужных воспоминаний, — объяснил он и ободряюще махнул ей рукой: — Прошу тебя, подумай ещё раз.

— Потому что если бы тебе это удалось — если бы наше поколение действительно стало бы последним — я бы оказалась вынуждена вручить тебе мою тайну ради выживания нашего вида. Или Патнэму, в любом случае.