Перепаянный

Но, как ни парадоксально, даже осознав природу своих чувств к Кире, его улучшенный разум совершенно упустил из виду, что эти чувства взаимны. При этой мысли Дэша кинуло в жар, а улыбка наотрез отказалась сходить с лица.

Дэш хотел бы, чтобы этот миг длился вечность. Ни к одной женщине он ни разу в жизни не испытывал ничего подобного. И никогда ещё он не чувствовал такого облегчения. Или триумфа. Или надежды.

Они это сделали. Вопреки невероятно слабым шансам — они сумели!

Череда событий захватила их, понесла вперёд со скоростью, от которой захватывало дух; они были настолько поглощены битвой за жизнь и попытками докопаться до истины, что в таком состоянии им стало казаться: это никогда не кончится — или, если закончится, то только неминуемой их гибелью. Но их команда сумела проложить путь к победе, и на этом пути заполучить себе будущее. Будущее, в котором открытия Киры смогут быть укрощены во благо человечества, а не стать инструментом в руках психопата, который позволил бы ему стать самым влиятельным и опасным человеком в истории.

Дэш мог только догадываться, какую эйфорию должна испытывать Кира сейчас, когда её долгие мытарства подошли к концу. Она противостояла этим таинственным и мощным силам неизмеримо дольше, чем Дэш — и притом в одиночку.

Он заставил себя вырваться из мира грёз. Сейчас Дэш стоял рядом со стальной каталкой, к которой был привязан несколько минут назад, а Метцгер только-только закончил перевязывать руку Киры.

— Мэтт в порядке? — спросил Дэш.

— В полном, — откликнулся Коннелли. — Я дал ему ключи от трейлера и сказал встретить нас позже, в определённом месте. После фейерверков в доме Патнэма, когда я покончил с теми, кто держал их с майором в плену, он выглядел не так бодро.

Коннелли улыбнулся.

— Впрочем, мы в любом случае не взяли бы его с собой на эту маленькую заварушку, — добавил он.

— А как вы, полковник? — участливо спросила Кира.

— Отлично, — радостно сказал он. — Ваш препарат — просто чудо. Я сумел управлять автономными функциями организма и существенно ускорить выздоровление.

— Мне жаль обрывать вас на столь радостной ноте, — серьёзно сказал Метцгер, — но нам пора. Хоть место здесь достаточно уединённое, мы должны исходить из предположения, что какое-то внимание мы к себе привлекли. На время нам стоит затаиться. Как только Мэтт будет готов, мы можем дать ему таблетку — и он за нами подчистит.

Дэш приподнял брови.

— Я полагаю, у тебя есть планы на этот счёт?

— Разумеется, — ответил Метцгер. — Шаг первый: супер-Мэтт вносит изменения в военные базы данных, чтобы по ним стало ясно: Алан Миллер якшался с террористами и был готов осуществить теракт. Шаг второй: он размещает в системе секретные приказы, датированные вчерашним днём и раньше, согласно которым я должен покончить с Миллером любыми доступными средствами.

Дэш был поражён простотой и эффективностью такого подхода. Это немедленно оправдает Метцгера в незаконном присвоении вертолёта базы Брэгг и бойне, развернувшейся у дома Алана.

— Должно сработать, — сказал Дэш. — По всей видимости, ты ещё и медаль заработаешь.

Действительно, есть свои плюсы в наличии в команде хакера, способного положить на лопатки самые совершенные компьютерные системы в мире.

— Кира, — сказал майор, — побудьте здесь с Дэшем пару минут. Мы с полковником пока убедимся, что противников не осталось, и запустим птичку.

Коннелли выглядел озадаченным.

— Не вижу смысла. Почему бы просто отсюда не улететь, прямо сейчас?

— Они многое пережили, — пояснил Метцгер. — Дадим им пару минут, пусть очухаются.

Дэш знал: Метцгер до сих пор находится под действием препарата Киры, а это значит — решает до нелепости сложные проблемы, пока его маска, замедленный аватар, участвует в разговоре. И, должно быть, майор с лёгкостью прочитал язык их тел, словно неоновый знак — взаимное чувство и желание Дэша провести несколько минут наедине с Кирой. Позже надо будет сказать майору спасибо.

Метцгер повернулся к Дэшу, как только они с Коннелли оказались у парадного входа.

— Не за что, — понимающе сказал он.

И с оружием наготове двое мужчин осторожно выбрались из дома.

В ответ на слова майора уголки рта Дэша приподнялись в кривую улыбку, которая быстро увяла, когда он опустил взгляд на руку Киры.

— Ты в порядке? — мягко спросил он.

Кира улыбнулась, чуть ли не робко.

— Никогда не чувствовала себя лучше, — просто сказала она.

Не в силах подобрать нужных слов, Дэш неловко помолчал.

— Кира, — сказал он. — Насчёт всей этой истории о любви… — Он нерешительно посмотрел на неё. — Я чувствую себя несколько глупо. Никогда не верил, что это может случиться так стремительно.

— Я тоже, — кивнув, ответила она.

— Мы вместе прошли через весь этот ад, — продолжил он, — и открыли друг другу свою душу. Друг о друге мы знаем больше, чем пары, которые провели вместе месяцы и месяцы. — Дэш вздохнул. — Но вот чего мы не знаем, так это — каково нам будет вместе, когда стресса больше нет. Так я вот что подумал… Может, на этой стадии наших взаимоотношений это покажется тебе несколько нелепым, но — может, нам стоит устроить старомодное, скучное первое свидание? Никаких тебе коммандос, никакого адреналина?

— Вот как, значит — первое свидание? — задумчиво произнесла Кира. — Неплохая идея.

Она улыбнулась до ушей и игриво добавила:

— Но должна тебя предупредить: поцелуя тебе не видать до третьего свидания!

Дэш рассмеялся.

— В таком случае я готов назвать наши посиделки в "Пицце Монтага для гурманов" первым свиданием, — сказал он и приподнял брови. — И, кстати говоря, ты затащила меня в мотель и примотала к спинке кровати. Это не в счёт?

— Не-а! Боюсь, что нет. В обычных обстоятельствах — да, это бы сошло за свидание. Но увы, я притащила тебя туда в багажнике автомобиля. Мотель придётся забраковать.

— Ладно. А как насчёт совместной вылазки на природу?

— Мы были не одни.

— Проклятье, — сказал Дэш. — Ты жутко привередлива в определении термина "свидание". На ночь ты пригласила меня к себе домой, но поскольку мы и на этот раз были не одни, полагаю, это тоже не считается.

Он покачал головой.

— Если бы я знал заранее, — с кривой усмешкой добавил он. — Я бы сбежал от майора и полковника на бейсбольном стадионе, когда мы приземлились.

Кира рассмеялась и придвинулась к нему, попадая в неумолимый гравитационный колодец, которому оба были не в силах противиться, даже если бы захотели. Они обменялись жадным поцелуем. И только твёрдое понимание того, что остаться здесь, в зоне боевых действий, наедине у них не получится, заставило их, наконец, оторваться друг от друга.