Персона

Сильвиния вздохнула и отпила восхитительного вина, которое ей только что подали. Ждать пришлось недолго. Девушка с облегчением поставила бокал на стол. Вдруг она заметила, как маленькая вороватая ручонка скользнула меж двух шелковых скатертей и начала шарить по блюдам! Признаться, грандиозный пир не мог не вызывать жгучего аппетита. Булочки с медом и пряностями, миндальные рулеты, фаршированные оливки, сыры из овечьего молока… Подопечным Оффициев таких роскошных блюд не подавали!

Сильвиния широко улыбнулась и уже собиралась подойти к воришке, как глашатай объявил:

– Благородные дамы и господа! В честь праздника знаменитый лютнист из Фаоса, Дамас, приглашает вас послушать свою последнюю песню, вдохновленную сказкой об Аквиле [11] Агриппе!

Гости стали собираться у обвитого плющом помоста. Молодой аристократ взял Сильвинию за руку:

– Пойдемте, госпожа Сильвиния! Выступление Дамаса ни за что нельзя пропустить! О нем говорит весь Фаос! Это невероятно талантливый и модный музыкант. Не говоря уж о том, что он хорош собой!

11

Аквила – управление ветрами.

– Я в этом не сомневаюсь!

Сильвиния бросила последний веселый взгляд по направлению стола и удалилась, чтобы присоединиться к зрителям. Пакс тоже решила, что настал лучший момент воспользоваться отвлекающим маневром и отчалить. Девочке нужно было поскорее вернуться домой, чтобы успеть опередить того, за кем она весь вечер следила!

Когда село солнце, Виа Публика опустела. Это расстроило Пакс. Девочка боялась встретить кого-то из Соратников Культа, которые пытались контролировать своих детей, оставляя их, впрочем, безо всякого присмотра. Точно так же правительство контролировало самих Соратников.

Чаще всего Сестры и Братья были воспитанниками Оффициев, детьми, которых коснулся Свет, обладателями Дара. Они учились пользоваться им в специальных заведениях, прежде чем начать религиозное служение и подчиниться строгим законам королевства. Их было легко узнать по рясам и черным женским вуалям. Большинство горожан относились к ним с глубоким уважением, даже если и старались сталкиваться с ними как можно реже. Братья и Сестры воплощали подчиненный Свет. Одомашненный. Они посвящали жизнь служению Культу. Во всяком случае, так казалось Пакс, которая пока многого не понимала в силу юного возраста и незнания обычаев и традиций Серебряного королевства.

Пакс узнала о существовании Культа совсем недавно и теперь испытывала к Соратникам некоторую неприязнь и недоверие. В раннем детстве ей удалось скрыться от них, но потом Соратники нашли ее. Десятая семья, взявшая девочку на воспитание, не хотела возиться с подобными «одаренными» детьми, тем более что Пакс постоянно доставляла им проблемы. Тогда, чтобы избавиться от девочки, они сдали ее в приют. Именно в тот раз и появились Соратники, которые забрали Пакс и поместили ее в Оффиций.

Соратники имели право опекать таких детей, ведь отпускать их на свободу было запрещено. И если бы Пакс увидели на улице, то Принцепс [12] Западного Оффиция узнала бы об этом и обязательно наказала ее!

12

Учитель или учительница, ответственные за обучение детей. – Примеч. авт.

К счастью, девочка никого не встретила, и ей удалось воспользоваться возможностью полюбоваться архитектурой Фаоса.

Жаловаться Пакс было не на что. Она не жила в этом великолепном городе с рождения. Фаос был одним из самых процветающих городов Люкса, и девочке очень повезло, что четыре месяца назад она оказалась именно здесь.

Пакс отправили туда, где только освободилось место. Оффиции строили один за другим, и они никогда не пустовали. В каждом большом городе Люкса теперь было по меньшей мере одно подобное заведение. В Фаосе их было четыре, каждое ориентировано по направлению одной из сторон света. Представители Культа могли отправить девочку в холодные Железные земли или скалистые Бронзовые пики, где не выживало ни одно существо.

Тогда бы она никогда не встретила Андреа.

Западный Оффиций находился в нескольких километрах от живописных районов Фаоса. Как и все остальные, он был выстроен в отдалении, в конце длинной улицы, вымощенной с середины, что вела в центр города. Рабочие будто боялись подходить ближе к Оффицию. Белые колоннады сменялись высокими кипарисами, а в травах, склонявшихся под дуновением вечернего ветерка, пели ничего не боявшиеся цикады.

По дороге Пакс жевала финики с марципановой начинкой, которые ей удалось стащить со стола. Подобные мгновения свободы имели ни с чем не сравнимый вкус. Ах, если бы они могли длиться вечно! Девочка грезила о жизни вдали от Оффиция, ее нового дома и одновременно с тем тюрьмы. Эта выдуманная жизнь, жизнь в мечтах, была свободной от ограничений.

Ее отправили в Оффиций, хотя этот проклятый Дар проявлялся лишь свечением в запястьях. Он не давал ей каких-либо способностей. Пакс была из тех детей, кого Свет коснулся, но не дал ничего взамен.

У Пакс было что-то общее с физалисом. Она тоже была солнцем в клетке.

Спустя почти час вдалеке показался Оффиций. На Фаос опустилась ночь, и с ее приходом в домах зажигали жаровни. В проемах верхних этажей резвились огоньки света, донося голоса и крики детей, которых скоро призовут к порядку.

Нельзя было отрицать: да, Оффиций был тюрьмой. Но эта тюрьма была полна жизни и смеха.

2 Оффиций

Вскоре из темноты показался фонарь, прикрепленный к шесту. Он освещал путь лошади, запряженной в эсседу. Повозка остановилась довольно далеко от Западного Оффиция, и Сильвиния сама, без помощи возницы, сошла с нее. Как только девушка сказала, куда направляется, кучер сразу сказал, что дальше этого места не поедет и не станет помогать ей спуститься с повозки. Мол, он и так уже достаточно делает, что везет ее домой, а о том, чтобы прикасаться к «такой», и речи быть не может.

Вход в Оффиций обрамляли два величественных оливковых дерева. Вернувшись, Сильвиния не стала никого звать. Для клиентов висел специальный колокольчик, но она не была клиентом. В другом конце здания уже и без того услышали, что Сильвиния вернулась.

Итак, она спокойно ждала, измеряя шагами гостиную, каждый уголок которой был хорошо ей знаком. Звук воды в клепсидрах, расположенных на полках, приятно убаюкивал, любопытный взгляд девушки блуждал по страницам учетной книги на писчем столе и остановился на позолоченном пере. Сильвиния с удовлетворением отметила, что Оттилию отправили на задание. Это была ее первая миссия.

– Lucem afferre. Вечно ты подглядываешь.

Застигнутая врасплох, Сильвиния отстранилась с нарочито виноватым видом.

– Вы прекрасно знаете, ничего не могу собой поделать, – ответила она.

– Прекрати извиняться. У тебя много способностей, но в том, чтобы совать нос в чужие дела, – настоящий талант.

Сестра Агнесса подошла к столу и с суровым видом забрала учетную книгу.

Агнессе хотелось казаться суровой, но молодое лицо, выдававшее, что ей все еще тридцать, делало все попытки не очень убедительными. Она носила черную вуаль, и оттого ее не знавшая солнца кожа казалась еще бледнее. Она никогда не снимала покров, и потому было неясно, какого цвета ее волосы. Как и другие Соратники Культа Света, сестра Агнесса смиренно скрывалась от этого дара небес.