Персона

Принцепс Оффиция кашлянула и вернулась к счетам, водя пальцем по строкам учетной книги.

– Мастеру Вальберу понравилась твоя работа?

– Очень. Завтра утром у него назначена встреча с госпожой Клотильдой.

– За это можно было бы взять хорошую доплату!

В такие моменты было просто невозможно скрыть блеск в глазах сестры Агнессы. Все знали, что иногда она тайком залезает в кассу. Пусть Агнесса и считалась благочестивой женщиной, святой она точно не была!

– Он заплатил тебе… Шесть Вспышек за две полные клепсидры. И не нарушил договоренностей, – продолжила Сестра, обратив взгляд на огромные глиняные сосуды водяных часов. – Итак… Три – Оффицию, две – Культу, и одну – тебе.

Такое распределение заработка всегда вызывало у Сильвинии неприязнь. Она считала неправильным нанимать детей для выполнения зачастую сомнительных заданий, тем более постыдным был размер доли, который Культ брал со своих маленьких подопечных. По всей видимости, в Люксе даже магия, дарованная Светом, продавалась как любой другой товар.

– Хорошо. Я бы хотела получить свою часть в Блестках.

– Как тебе удобно, – ответила сестра Агнесса.

Сестра Агнесса заглянула под соседний прилавок, вытащила полотняный кошелек и положила его на стол. Сильвиния взвесила его в руке. Сто Блесток или одна Вспышка. На них небольшая семья могла полноценно питаться два дня, а не довольствоваться одним только хлебом. Сильвинии не приходилось рассчитывать на большее за такую короткую миссию.

Однажды ей удалось заработать пять Вспышек за раз. И все равно это было несравнимо меньше, чем получали подростки с Даром Ауспиции [13] . Раньше их даже оставляли в Оффициях: услуги тех, кто мог видеть будущее, считались самыми востребованными и нередко щедро оплачивались. Рекорд Сильвинии казался мизерным даже рядом с последним успехом Эвандера. Ему заплатили двенадцать Вспышек, хотя он и не обладал способностью предсказывать будущее, как Ауспиции. Эвандера нанял коллекционер реликвий, который хотел проверить подлинность своего последнего приобретения. Только Антея [14] мог подтвердить ее и сделать коллекционера богатым человеком. Вложения оправдались, ведь при перепродаже клиент получил три Источника, то есть целых триста Вспышек! Достойная цена за гребень, который в древности принадлежал принцессе Медных равнин.

13

АУСПИЦИЯ – предвидение будущего.

14

АНТЕЯ – возвращается в прошлое предметов и может узнать его.

Сильвиния удовлетворенно выдохнула и направилась во внутренние покои Оффиция.

– Lucem afferre, сестра Агнесса, – попрощалась она, благодарно склонив голову. – Спасибо.

– Отдыхай, – ответила Агнесса.

Муза мастера Вальбера огибала клумбы цветущих роз по длинным коридорам, освещенным факелами. В этот час лучше было не высовывать нос на улицу, ведь сестра Агнесса с Даром Аурикулы [15] как никто другой умудрялась следить за тем, чтобы никто не нарушал комендантского часа! Даже малейший звук не ускользал от ее чуткого уха.

15

АУРИКУЛА – слышит малейшие звуки на большом расстоянии.

Сильвиния заглянула в полуприкрытую дверь. Это была спальня Каспара. Ее стены покрывали тысячи оттенков. Настоящий праздник для глаз.

Вход в другой мир. На десятках разноцветных холстов красовались морские сцены; некоторые были изображены в самой фантастической манере. Киты плыли сквозь облака, дельфины пробирались через заросли кораллов, прозрачные щупальца медуз взбивали пену, а морские звезды освещали ночное небо…

Несмотря на поздний час, юноша не отрывался от мольберта. Его сгорбленную фигуру прикрывал запачканный краской фартук. В комнате стоял запах толченых пигментов.

Сильвиния толкнула дверь пошире, заставив Каспара вздрогнуть от неожиданности.

– Ах, это ты! – воскликнул он с привычным легким недовольством. – Как прошло задание? Успешно?

Каспару было всего четырнадцать лет, и он уже слыл одним из самых талантливых художников в истории Серебряного королевства. Он внушал ужас конкурентам, среди которых был художник, знакомый Сильвинии с вечера Клотильды.

Каспар поправил очки под черными завитками волос, запачкав кисточкой щеку. Область запястья слабо светилась золотом. Он рисовал при помощи Дара Света.

– Лучше, чем можно было ожидать. Мое платье признали самым красивым. Все были в восторге!

– Рад слышать! Ты выглядишь блистательно в этом платье! Если бы я не знал, кто ты, то предложил бы выйти за меня замуж! – прокомментировал юный художник.

– Так чего же ты ждешь, негодяй? – засмеялась Сильвиния.

– Очень смешно! Заходи, если хочешь, помоги мне, – ответил Каспар, покрутил кисть и вновь повернулся к холсту.

Пиктуры [16] были известны во всем Люксе. Порой люди преодолевали целые страны, чтобы заказать картину их работы. Им было достаточно одного прикосновения, чтобы заглянуть в сознание человека и воспроизвести образы, которые они себе представляли. Дар, полезный для того, кто хочет заказать портрет; для того, кому нужно опубликовать объявление о розыске; важно для людей наподобие Сильвинии.

16

ПИКТУРА – видит и изображает мысли с реалистичной точностью.

– О тебе сегодня говорили, – сказала она художнику.

– Правда?

– На Белой вилле я познакомилась с художником по имени мастер Блез.

– Все ясно! Я знаю, что он нутром меня не переваривает. И это вполне понятно! На его месте я тоже позеленел бы от злости, узнав, что кто-то преуспевает в моем ремесле за счет магии! Впрочем, я его жалеть не буду. Нам обоим предстоит еще много работы! Сейчас буквально каждому взбрело в голову увековечить себя на портрете. Не знаю, что на всех нашло… Горожане будто с ума сошли…

Судя по всему, Каспару опять заказал портрет кто-то из дворян Фаоса. Сильвинию куда больше интересовали морские сценки, украшавшие комнату. С каждым днем их становилось все больше, место заканчивалось, и скоро Каспару будет некуда вешать новые работы.

Все в Западном Оффиции знали, что художник одержим океаном. Эта страсть поглощала его, пусть даже он никогда не видел моря собственными глазами. Чтобы добраться до ближайшего северного побережья, нужно было потратить на дорогу несколько дней. Поэтому иногда, в качестве дополнительной платы за заказ, Каспар просил клиентов, которые когда-либо видели океан, подарить ему воспоминание о пляжах и бирюзовых водах Центрального моря.

– Мы никогда не обсуждали, какая из картин тебе нравится больше всего. – Интерес Каспара отвлек Сильвинию от размышлений. Казалось, он ждет ответа.

– Дай подумать… Сильвиния сказала бы – та, с дельфинами. Присцилла бы выбрала морских коньков. Вильниус… – замялась девушка.

– Я спросил, что нравится тебе. Какая картина нравится тебе?

Гостья так и не смогла выбрать. Каспар вздохнул с легким разочарованием, но участливо пожалел:

– Сложно понять, кто ты, когда постоянно приходится быть кем-то другим?

– Очень может быть. Прости, Каспар, – ответила она.

– Тебе не за что извиняться. Однажды ты поймешь, какая картина нравится именно тебе. И поймешь, кто ты.

Предсказания художника заставили Сильвинию улыбнуться. Она пожелала другу спокойной ночи и продолжила странствия по Оффицию. Девушка не боялась, что сестра Агнесса будет ругать ее: только самые младшие побаивались Принцепса.

Сильвиния зашла в спальню, прислонилась к двери и, наконец, выдохнула.

– Явилась! Устала, принцесса?