Первые

Минут через десять, если верить бриллиантовым часам, Кто Надо прибыл. Недовольный, но по форме. Возможно, это взаимосвязано. Ибо даже дорогим друзьям ночью хочется отдыхать. Вопреки тому, что их дружба очень высоко ценится.

Обменялись рукопожатиями. Вернулись на кухню. София не думала никуда уходить. Больше не думала. На шее болтался облапанный мужем кусок лавандовой шторы. Ноги неестественно разведены, будто ранее Сонечка демонстрировала, что шпагат – это не про неё. Между коленей размазанные тем же Гарольдом Васильевичем пятна крови. Грудь в алых брошах, что безуспешно скрывали память о колотых ласках ножа. Он, кстати, покоился тут же – на правой ладони. Ладони, которой более не достанется улыбок ногтей, позволяющих сознанию твёрдо уяснить, что Сонечка счастлива.

– Иронично, – выдохнул Кто Надо. – Понятно, что это свои. Орудие убийства вложили жертве, типа она сама себя порешила. Хотя любому идиоту очевидно, что суицид здесь не прокатит. При всём моём желании и всех твоих возможностях, – добавил, протяжно выдохнул.

– Какие свои?! – обеспокоился бизнесмен. – Муж? Прислуга?

– Ты про список подозреваемых? Муж. Прислуга. Гость номер один. Гость номер два. Сколько вас?

– Да ты гонишь?!

– Я? Нет. Я тебе рассказываю, как дело обстоит. Кстати, никто не уехал?

– Блин… – волосатые пальцы обхватили седые виски. – Чего? Не знаю. Что теперь делать? У меня контракт с иностранцами. Мне сейчас вообще в прессу нельзя с такими историями.

– А когда-то можно было?

– Ты знаешь, – руки обхватили погоны, – любые…

– Ну…

– … ресурсы. Всё, всё, что угодно, только замни. Прошу тебя!

– Значит, в твоей непричастности могу быть уверен.

– И после даже отблагодарен. Мне Сонька ничем не мешала. Муж её тем более. По бизнесу не пересекались. Дай Бог, не пересечёмся.

– Чего так? Мутный?

– Мямля. Ни о чём. Папин сынок, мамино сокровище. Короче, я тут даже не с женой, понимаешь?

– Догадываюсь, – Кто Надо с интересом оглядел всякую. – А мямля-муж не станет настаивать на официальном расследовании?

– Да даже, если и станет, поверь, тут такие люди… его быстро переориентируют.

– Хорошо. Замять не замну, это тебе не при царе жить. Дело возьму под свой контроль, но, чтобы самому лицом не светить, поставлю помощника. Парень надёжный.

– Почему не сам?

– Очень уж я скромный, тщеславие не терплю.

– Считаешь, возникнут проблемы?

– Ну ты знаешь, убита жена небедного человека в собственном доме при большом количестве свидетелей того же небедного формата… Дай-ка подумать… Да, определённо проблемы возникнут.

– Я доплачу. В смысле…

– Доресурсишь…

– Сколько надо! Гарантирую. Мы же друзья!

Дорогие друзья пожали на прощание руки. Дорогой Кто Надо направился во двор, чтобы остаться наедине с телефоном. Тот, кто такой дружбой дорожил, ещё раз глянул на Софию, чертыхнулся, ушёл в гостиную ради немедленно выпить.

Сонечка не проронила ни звука. Если бы Игорь сидел здесь, он, безусловно, увидел бы, как Соня двигает подбородком. Но Игоря выбросили в кресло, а Соня подбородком не двигала, скорее подбородок двигал ею. Игорь бы решил, что жена с ним согласна. В чём-то. Не поверил бы, но увидел. Но Соня с Игорем никогда не соглашалась и даже сейчас бы обязательно наругала его за то, что позволил ей в таком виде предстать перед гостями.

– Ещё и мужика в форме запустил! Кто это вообще? Он хоть со связями?

Кто Надо, пользуясь сомнительными и несомненными связями, договорился об особом статусе дела. Под стать участникам: люди здесь непростые, все сплошь с особенностями. Через полчаса, практически к рассвету, двор гостеприимного дома украсила подбитая на левое око иномарка. Из её салона молодой человек сначала достал себя, потом, чуть поразмыслив, сумку и бейсболку. Вторая без промедления шмякнулась на голову, первая неспешно полезла через плечо, старательно пытаясь не задеть вторую. Машина крякнула, оповещая владельца о включённой защите. Наверняка остальные авто искреннее заржали: украсть сие? Здесь? Разве что какой извращенец сподобится и то во имя визита в полицию. Мало ли, никогда не был и надолго не планирует. Так, чисто тамошних собственным деянием повеселить.

С иномаркой в привычном понимании четырёхкол"eсного питомца связывала только иностранная регистрация бренда, которому, думается, на данный момент и самому совестно за существование вот этого вот. Блин не первый, потому даже не комом – кучей.

Водитель погладил кучу по лобовому стеклу, но трещина, что однажды легла по всей диагонали, не исчезла. Видимо, дело не в недостатке нежностей.

– Корней! – Кто Надо махнул рукой.

Молодой человек поправил сумку, будто та собиралась спадать, и нехотя пошёл на сближение. По телефону суть дела ему не понравилась с припиской «очень», и теперь от личного общения каких-либо приятных сюрпризов он не ждал. Навряд ли сейчас выяснится, что всё ранее сказанное всего лишь шутка, и не можно, а нужно без промедления расслабиться, в общем, встречай, Корнеюшка, девочек и виски. Кого выпускать сначала?

Да кого угодно. Молодой человек равнодушен к безудержному потреблению что тел, что алкоголя. Однако его голове не чужда мысль о создании семьи, и против наличия спутницы жизни он ничего не имеет. Да только предпочитает не девочек, а девушку. Ибо девочки либо годиками не вышли, либо, достигнув возраста согласия, бегут под венец к папикам. Что касается алкоголя, то его Корней находил скучным. Так и говорил: я с вами пить не буду, скучно.

И ведь, действительно, не пил, вопреки тостам, мольбам и статусам разливающих. Характер. Внебрачный сын, сызмальства привык сам и по-своему. Потому как о проигнорировавшем брак папане знали все, лишний раз не настаивали, зато частенько просили передать привет.

– Товарищ…

– Ну что ты, Корней, сегодня мы неофициально.

– Праздник какой?

– Именно. Твоё первое дело. Отвечаешь за всё лично. Меня беспокоить можешь, но, надеюсь, не хочешь. Обращаться разрешаю без «товарищей». Вплоть до финала расследования.

– Будет у него финал-то? У расследования этого?

– Конечно. Какой ты сам напишешь, такой и будет.

– Напишешь?

– Отобразишь на бумаге. Привыкай, ты на это время не опер, а сценарист.

– А вы?

– А я редактор, монтажёр и по совместительству продюсер. Ну и ещё кто там должен зарплату получать, чтобы плохое кино назвали отечественной сенсацией?! В общем, вокруг тебя не просто терпилы, а богема. Понимаешь? Так что подстраивайся.

– И бизнесмены тоже богема?

– Эти – конечно! – усмехнулся Кто Надо. – В мире от стабильности одно слово осталось. Уже скоро забудут, в чём его суть, а они всё по пустым вечеринкам ходят. Не партнёра расположить в удобную позу, чтоб через нужный срок контракт родился, а тупо время провести. Себя показать. Девку свою, но по факту опять же себя: смотрите, какую я выбрал! Хороший у меня вкус? Сам подумай, каким образом прагматик, а бизнесмен обязан быть прагматиком, допустит, чтоб в его присутствии убийство совершилось? Ведь на месте жертвы мог оказаться он.