Пилюля

22 января 1950 года.

Опаздываю… Опаздываю на тренировку в Тушино. Утром от души так набегался вокруг Художников и в спортзале, что по примеру Колобка прилёг отдохнуть на полчасика. Вот, проспал. Теперь нужно бегом на остановку шестого трамвая, что идёт почти до катка. Интервалы движения большие, и не факт, что мне повезёт. А ведь тётя Клава вчера торжественно-приказным голосом зачитала телефонограмму от Изотова: "Тренировка в 10–00. Не опаздывать.". Как угорелый выскакиваю из общаги. Тут из Городка Художников выезжает такси и, покачиваясь на ухабах, движется в мою сторону. Выбежав на дорогу, расставляю руки в стороны. Из притормозившей "Победы" высовывается голова в фуражке и указывая на потушенный зелёный огонёк тусклым голосом:

– Не видишь? В парк я… – голосом Папанова из "Бриллиантовой руки" объясняет шОфер тупому мне.

– ПлачУ два счётчика, – хлопаю себя по карману.

– Ну, садись, сладкий… Прокачу с ветерком.

Вспомнив про ветерок Колобка и Пилюли, говорю:

– Не надо с ветерком, – и замечаю, как покинувшая пост тётя Клава качает головой и что-то бормочет. Наверное: "Наши люди в булочную на такси не ездят!".

Едва успеваю добежать до катка, как появляется начальство. Впереди идут генерал Сталин, тренер Коротков и записывающий что-то на ходу Изотов, за ними семенит Бобров на коньках и заведующий катка в валенках. Следом в колонне идут два крепких парня с чемоданчиками и клюшками, а замыкает арьергард двое мужчин без клюшек, но с портфелем и с фотоаппаратом.

– Товарищи хоккеисты, – начинает Коротков свою речь, – разрешите представить нападающих третьей тройки. Беляй Бекяшев и Николай Карпов. Они с Виктором Тихоновым будут играть. Наш новый врач (мужчина с портфелем энергично кивает) Олег Маркович Белаковский и журналист "Советского спорта"… (тренер заглядывает в блокнот) Юрий Ваньят. Пофотографирует во время тренировки и на матче. После короткой тренировки – отдых на жд станции Тушино. В теплом пакгаузе есть койки и электроплитка. А сейчас слово предоставляется Василию Иосифовичу Сталину.

Генерал, покачав головой, начал с огорчением:

– Ну, что ты Павел Михайлович, как на митинге… Прошлый матч мы продули. (вздыхает). Пусть соперники порадуются… С этого дня мы будем радоваться. Я верю в своих соколов. Мы сегодня – победим.

И тут Коротков кивает внимательно глядящем на него хоккеистам. Те, троекратно кричат "Ура!".

Ага. Домашняя заготовка.

Сталин, ухмыльнувшись, говорит:

– Ну вот не можете вы без этого… – и, пожав руки Боброву и новичкам уходит к машине.

Сёва рванул на лёд разминаться, а Коротков не без гордости мне:

– Вот за пару дней по Бекяшеву вопрос решили. Тарасов в ЦДКА пробовал сопротивляться, но МЫ… (с паузой) с армейскими всё заранее перетёрли. Отвалили им кой-чего. Тарасов без поддержки быстро сдулся и всё подписал. А ещё и у московского "Динамо" нападающего Володю Ильина забрали. Парню жилплощадь нужна, а у "Динамо" на этот год всё расписано. Их тренер Качалин наверняка к Лаврентию Павловичу побежит жаловаться. А Володя то уже на нашей футбольной базе.

Ни хрена себе поворот… Владимир Ильин же пока блистал из "Динамо" не уходил… Что-то пошло не так.

– Да. Вот ещё. На следующей неделе новый футбольный тренер из Тбилиси приедет. Гайоз Иванович Джеджелава. Брата привезёт в нападение. Так, что не факт, что ты в основу там пробъёшся. Там народу на три состава набирается, если с хоккеистами считать… – и, словно вспомнив что-то важное, кивнул, и потопал к будке.

Бобров подскочил, увидев, что я освободился:

– Ты, что там Кольке за бросок показывал? Он до сих пор аж подпрыгивает…

– Это такой щелчок. Сейчас коньки надену – покажу.

Нашел в куче коньков нужный размер. Раздолбанные, жуть. Ну, да мне не кататься. При выходе на лёд чуть не грохнулся.

– Заточка хреновая, – оправдываюсь, глядя на довольные бесплатным представлением рожи товарищей. И, получив клюшку, рассказываю заранее придуманное:

– Клюшка нужна с загнутым крюком. Ну, да ладно. Этот бросок до войны канадцы придумали. А когда с ЛТЦ играли, я заметил, что они бьют как-то не так. Сильно очень. И запомнил движения. Держим тело прямо, шайба чуть впереди, ноги чуть согнуты. Замахиваемся клюшкой примерно от пояса до плеча. (показываю). При начале щелчка помогаем телом в направлении удара. Крюком сильно бьём не по шайбе, а по льду в десяти сантиметрах перед шайбой (показываю раскрытую ладонь без перчаток). Клюшка превращается в пращу или в рогатку. Доворачиваем шайбу движением плеч и крюком клюшки.

Луплю со всей дури. Но, Пучков начеку. Шайба в новой ловушке.

– Дайка мне, – Бобров начинает щелкать. И Коля взмолился:

– Ну, ты хоть подальше отойди. Я не успеваю руку поднять.

Довольный Сёва мне:

– Молодец, Ха… то есть Юрий. (и громко) Так, все отрабатываем щелчок…

Колобок напросился со мной на хоккей. У футболистов, как и у большинства советских людей нынче праздник. Государственный. День "Кровавого воскресенья". Поэтому, скучающий Васечка так рад наметившемуся культпоходу. Я (уже одетый) ему говорю, указав на его мятые брюки:

– Я тебе один умный вещь скажу, только ты не обижайся.

– Понял, не дурак…

И побежал гладить брюки на первый этаж. Я же не стал раздеваться, а решил подождать у крыльца, благо было не очень холодно. Выхожу, авиаторы курят (тётя Клава сказала "Кинштейн" приказал дымить на улице). Байки травят про то, про это…

– А я вот после войны на юге Польши на аэродроме служил. Городок то чехи потом у поляков себе вернули. А вы, что не знали? Поляки то вместе с Гитлером Чехословакию дербанили перед войной. Но, я не об этом… В администрации города один отвечал за снабжение нас всякой всячиной чего мы просили заявкой. А заявки то я составлял. Тут мужик этот пропадает. Нет нигде. – лётчик покачал головой, улыбнулся, и продолжил:

– Задержали его за то, что перед войной был одним из организаторов переселения евреев в Африку.

– Да ты брось. Это ж фашисты так с евреями…

– Поляки тоже хорошИ.
– рассказчик закуривает новую папиросу и добавляет:

– А мужик-то поляк в суде стал петь, что он мол так евреев от немцев спасал. Провидец хренов…

Отсмеявшись, эстафету принял усатый механик в чёрном засаленном комбезе:

– Фильм "Повесть о настоящем человеке" смотрели? Так, вот. Я в сорок четвёртом в 304-ой авиадивизии служил. Лично видел, как комдив Грисенко на протезе летал и тоже фрицев жёг…

– А у нас во втором гвардейском авиаполку ВМФ в Ваенге…

– Это тот полк, где Сафонов на "ишаке" "мессеры" валил?

– Да. – рассказчик пуляет окурок в "дежурное" ведро, и продолжает:

– Ну, так в полку летал летчик Захар Сорокин. Тот без обеих ступней столько "гансов" завалил, что ему не только Героя, ему английский орден дали…

Оглянувшись, вижу как Пилюля собирается прыгнуть и повиснуть на мне. Шутки у неё такие незамысловатые. Отпрыгнуть что ли в сторону чтобы на ведро спикировала? Не, местные не оценят…