Планета 514
Шрифт:
Да уж, доложу я вам, ждать, кого пришлют вместо «выбывших», а дождаться землетрясения – это сильно!
Да уж, «человек предполагает, а стихия располагает», тут однозначно без вариантов!
– Чего ржете, придурошные? – Из тьмы коридора, разрываемой красными вспышками тревожных ламп, в нашу сторону двигались три хорошо знакомые, женский фигуры - Диана, Эльжебета и Эва!
– Ну не плакать же… - Ответил я, вставая с пола. – Живые же…
В этот момент сирена стихла, красные вспышки исчезли, уступая место разгорающимся плафонам «дневных» ламп.
– О, я же говорила! –
– Для начала - Станцию инженеры делали, с двукратными нормами безопасности! – Поправил женщину я. – А любовь, на глубине в 200 метров, это не параметр безопасности, а скорее, вероятность катастрофы!
Я вспомнил Энжи и ее муженька и поплелся проверять «техническую сторону», от ответственности за которую меня никто не освобождал.
По результатам, вызвал Гаса – оторвало один строп и помяло три секции нашего лифта – результат для землетрясения в 7,5 баллов крайне мизерный.
Вот в Голливуде бы в нашу сторону уже стремилась бы подводная лодка, которая, не справившись с управлением, протаранила бы, ко всем чертям, шахту подъема, развалилась на две части и взорвалась бы прямо на стеклянном куполе!
А тут…
Три секции и один строп – в самом кошмарном сне – часов пять работы для нашего технаря и его множественных дронов.
Ну или шесть, если я начну ему помогать…
Повертевшись, решил все-таки немного помочь – освободил петли от «оборвыша», вытащил запасной строп, растянул его по длине, проверяя на брак, прицепил к одной стороне и выпрямился – вроде, что такого сложного, на…
Длиной этот строп был около полусотни метров и весил, собака, килограмм сто!
Хорошо хоть Архимед слегка помог, иначе бы я совсем запарился…
– Дэн… Тебе не слишком тяжело? – Зависнувший в десятке метров от меня Гас вышел на связь. – Или ты просто долбанутый?
– В смысле?! – Искренне обиделся я.
Вот так, блин, вот и помогай после этого людям!
– Ну, вообще-то, для этих целей есть, во-первых, экзоскелет. – Гас вздохнул. – А во-вторых…
Что «во-вторых» наш технарь сказать не успел – стукнуло второе землетрясение.
Послабее первого, баллов пять, а то и меньше, но…
Дух захватило!
Пока я любовался судорогами земли, поднимаемыми облаками придонной пыли-грязи-ила, суматошным мельтешением преломляемых солнечных лучей и судорожным танцем самой станции, Гаса отнесло метров на двести в сторону!
– Бегом на станцию! – Гас орал, а я любовался приближающимся солнышком, ярким-ярким, веселым-веселым!
– Цунами, Дэн!
«Упс»
Точнее – «БЛЯ!»
Я судорожно заработал ластами, но…
«ВНИЗ»!
Нейроузел всегда прав.
На станцию я влетел вместе с наступающей водой, в шлеме с сеточкой трещин на лицевом стекле, выбитым плечом и куском арматуры, пробившем голень левой ноги.
Я не я буду, если не устрою субботник по уборке территории вокруг базы!
В ближайшие же выходные!
А кто откажется выходить – налью«Гутталакса» в компот!
На полдник!
Он как раз через 7-10 часов действует…
Матерясь, как сапожник, скомандовал нейромодулю отрубить болевые
ощущения и выдернул чертов штырь.Хлынувшая из обеих дырок кровь вымыла частички грязи и ржавчины, наниты кинулись «закупоривать и чистить», а у меня за спиной что-то, с грохотом шкафа, упало.
Развернулся и…
Не думал, что наш Теммочка такой впечатлительный!
Хотя, кровяка хлынула довольно резко, согласен, но иначе ведь в ране могла остаться грязь!
Сняв костюм, занялся пострадавшим – надавал ему по мордасам с особой циничностью и заставил бинтовать мне ногу.
Увидев сквозную дырку, даже не интересуясь, а почему, собственно говоря не хлещет кровь, Теммочка словил второй конфуз и бинтовать пришлось самому – наш бравый скандинав отказывался возвращаться в реальность, начисто!
В конце-концов, пришлось вылить на него полведра забортной воды.
Мокрый научник встал, покрутил пальцем у виска и деревянной походкой вышел вон из раздевалки.
– Народ! Держитесь! Сейчас обратно пойдет! – Гас напомнил, что цунами это не только «туда», но и «обратно» и, кстати говоря, еще не известно, что хуже.
Нет, вру – «туда» - точно хуже!
Минут сорок станцию еще трясло и качало, но, судя по всему, это было уже остаточным эффектом, неприятным, но не смертельным.
Придерживаясь за стены и цепляясь за перила, добрался до командного центра, в котором, обычно, народ появляется исключительно по приказу свыше, а сейчас, гляди-ка, все тут как тут, слушают Гаса и общаются с «землей», спорят и слегка подбухивают, если мне нос не изменяет!
Допрыгав до свободного стула, уселся и принялся вникать в тему беседы.
«Земля» предупреждала, что снаружи помощи ждать пока не придется – цунами прокатился в тех местах, где его отродясь никогда не ожидалось, так что жертв и разрушений – на миллиарды, а шансов на спасение – на тысячные доли процента!
Так же нас радовали, что из десятка станций, расположенных вокруг Автралии, наша пострадала меньше всех – поврежден лифт, сорвало причалы и затоплен только один отсек, с акулой Наташей, так что, сейчас вокруг базы плавает двухметровая белая красавица, жаждущая отомстить всем двуногим за эксперименты над ней.
Впрочем, Гас взялся ее пристрелить, так что с этим проблем не предвидится.
Еще земля обязала нас выбираться и проверять пятикилометровый радиус на наличие тел – отхлынувшее цунами прихватило с собой тех, кто был на чем-то плавучем или отличался повышенной плавучестью, так что, по прогнозам, тот город-миллионник, что гордо красовался на побережье и привлекал туристов своим огромным пляжем, восстанавливать придется лет пять.
Всего, по предварительным данным, уже после первого землетрясения жертв было под пару десятков тысяч, а после цунами, даже по самым оптимистичным прикидкам, жертв среди городского населения будет в полмиллиона, а ведь еще есть туристы, командировочные и транзитные, которых вода догнала на взлетных полосах и скоростных шоссе.
Выслушав «землю», присвистнул – океан, в этот раз, собрал обильную жатву, еще раз напоминая, что стихия – это стихия, а человек-раззвиздяй-бизнесмен – это человек.