Планета 514
Шрифт:
Блин, лучше бы я наоборот предложил сделать!
Уснувший прямо на унитазе, со спущенными штанами, горестно положивший голову на руку Теммочка вызывал чувство искреннего, гадливого умиления…
Судя по кругам под глазами – его «отвентилировало» сперва верхом, а потом пищевое отравление усадило на унитаз, где алкоголь сделал свое подлое дело, усыпив бедолагу.
Ну, да…
Жопа пригрелась – голова отрубилась!
Француза нашел в соседней кабинке, которая душевая – человек с мировым именем снял штаны, судя по сбитым коленкам – еще в лаборатории снял, просто они у него запутались в туфлях – дополз
– В бассейне нету! – Диана влетела в санузел и едва подавила приступ тошноты.
– Я уже понял… - Я поискал пульс на шее нашего лягушкожора и облегченно выдохнул. – Дрыхнут.
– Но жить-то будут? – Диана явно не услышала моего последнего слова.
– Будут-будут… - Я «отвесил» обоим по малому лечебному касту и, поискав более-менее чистый уголок, поставил на него свой портфельчик-аптечку, доставая оттуда пару шприцев-одноразок и наполняя их рекомендованным, патентованным, проверенным, антипохмельным лекарством с издевочным названием «Бодрое утро».
Принявший это лекарство реально получает бодрячок с утра, правда, при этом, он вонюче потеет, выводя алкоголь, а еще он дико хочет жрать и пить!
Пожалев дуралеев, «домешал» им в «Бодрое утро» витамины и «освежитель» - теперь они еще разок-другой продрищутся, зато все выйдет естественным путем!
Сделав уколы, оставил алкашню на их «рабочих местах» - тащить их в медотсек, к голой Айрис, таких «благоухающих» - бе-е-е-е, нафиг-нафиг!
Было бы что-то смертельное – тогда ладно, а…
– В медотсек забирать не будешь? – Диана удивленно уставилась на меня. – У них же точно – пищевое отравление!
– Ага.
– Я нашел на лабораторном столе журнал и ручку. – Пищевое. Они сожрали пару килограмм жаренной, жирнючей икры, отлакировали это дело пивом, и, судя по запаху – пивом разных сортов, закинулись самодельными чипсами. Тоже жирными. И утрамбовались водофкой! Тут ни какая печень не выдержит!
«Ну, разве что кроме моей, но у меня есть нейромодуль»!
– Но как же… - Диана вздохнула. – Милосердие?
– Милосерднее было бы их прибить! – Поморщился, мучительно вспоминая в какую сторону смотрит брюшко маленькой буквы «Б» на латинице. – Они же даже «на утро» ничем не запаслись, олухи!
– Увлекающиеся люди – ученые… - Диана развела руками, передразнивая Макантара, сказавшего эту фразу слегка по другому поводу…
– Разве ж это люди?! Это… Это… Это… Бухарики субтропические! – Я вырвал из «журнала лабораторных записей и наблюдений» лист и, смазав его клеем, приклеил было на дверь, на уровень глаз, но, оглянувшись на санкомнату, понял, что у меня с алкашами будет немного разный «уровень глаз», так что переклеил бумажку ниже, ближе к полу, радуясь, что писал почти печатными буквами, крупно.
– Злой ты… - Диана, прочтя записку, широко улыбнулась. – Думаешь, они совладают с тряпкой, в таком-то состоянии?
– Ты реально думаешь, что они смогут читать, в их-то состоянии?! – Я махнул рукой. – Пошли отсюда... А то у меня там Айрис уже должна проснуться…
– Кстати, а что ОНА у тебя в медблоке делала? – Диана тронула меня за рукав. – Дэн?! Дэн? Ау?
– Прости, что ты сказала? – Я раз за разом проводил своей карточкой по прорези замка, открывая-закрывая его.
– Что Айрис делает у тебя в медблоке?
–
Погоди, Диана, а ты знала, что Энжи – замужем? – Я еще раз провел карточкой, закрывая дверь лабы.– Ну, когда все случилось – узнала… - Диана поймала мою руку, в очередной раз занесенную над замком. – Ты чего?
– А Мелисса – знала! – Я повернулся к Диане. – Понимаешь, Мелисса знала о Греге и, скорее всего – знала Грега!
– Но ведь ее чуть не убили! – Диана снова дернула меня за руку.
– Мелиссу едва не убила беременность! – Поправил я. – И Сальму – тоже, симптомы и развитие отравления были одинаковыми. Если бы Мелисса не была в положении… Она бы выкарабкалась и подтвердила мою вину! И ей бы обязательно поверили, ведь атлантов Грег добил из принципа, сведя мои старания на смарку, урод кровожадный, а сработай все запалы – Мелисса смогла бы добраться до кессона и открыть его, ведь у нее единственной, кроме «капитана» был доступ ко всем комнатам и отсекам, как у корабельного врача! И тогда бы мы получили 2-в-1 – плохих атлантов, устроивших бойню и плохого меня, уничтожившего «Семерочку», вместе со всеми разработками!
– Дэн… Это все так притянуто за уши… - Диана повернулась ко мне спиной. – Ну, зачем Мелиссе такое поворот дел?
– А он и Энжи, по большому поводу был не нужен, если только… У нее не было чего-то, уже готового к выпуску! Очень маленького и очень дорогого!
Мы переглянулись.
– Наркота!
Разумеется – Наркотик!
А все остальное – хрень!
Все эти лекарства, все это суматошное копирование – чисто чтобы оставить следы!
Я нажал на кнопку, вызывая лифт.
И, если с наркотиком идея имеет место на существование, тогда не удивительно, что у Энжи был готов запасной вариант отхода – создание наркотика по законам Единого Государства Земля, карается смертной казнью!
– Надо будет Гаса обрадовать! – Усмехнулся я, входя в лифт и нажимая кнопку нужного нам яруса. – Ну, блин, Мелисса, ну, актриса!
– Слушай… А если Энжи никуда не убегала?! – Диана дернулась. – А что если она, до сих пор, тут, на «Семерочке»!
Лифт, чуть скрипнув, дернулся и поехал вниз.
Кажется, мы с Дианой сейчас откроем кирпичный заводик!
Переглянувшись, мы встали по разные стороны от входа и замерли в ожидании.
Спустившись на нулевой ярус, лифт открыл дверь и…
Я успел удержать руку, а вот Диана – нет!
И теперь у Эльжебеты будет смачный фингал под правым глазом!
– Охренели, оба? – Эльжебета злобно посмотрела на нас, как-то стремительно превращаясь в одноглазого пирата, которому и черной повязки на глаз не надо. – Или целовались?!
– Диана сказала, что считает, что Энжи до сих пор на станции… - Я развел руками.
– У-у-у-у-у, какие вы смелые! – Эва очаровательно хлопнула ресницами. – А я бы не рискнула на призрака с кулаками бросаться! Что?! Я что-то опять не так сказала?
– Зато ты красивая… - Вздохнула подбитоглазая. – Очень красивая и очень добрая!
– Иди сюда… - Я поставил супругу Эжена под свет лампы и накрыл подбитый глаз ладонью и «отлечил» его.
Да, с примочками и холодом тоже все бы прошло, но именно за этот фингал я чувствовал свою непосредственную вину.
– Охуренеть… - Диана выдохнула. – Я только читала, что такие люди есть!