Побег

“Лишь бы пронесло, лишь бы пронесло, лишь бы пронесло.”

Это провал. Если он узнает меня, все пропало. Все напрасно. Столько людей пострадало зря. Как я буду жить с этим дальше?

Он шел за мной. Шел достаточно долго, чтобы как следует разозлиться. Райан уже не полагался на разум, он шел на инстинктах, в поисках желанной добычи. Мне не было спасения.

Горячие слезы продолжали катиться по моим щекам. Обстановка сливалась в одно мокрое пятно. В тот момент бы убежать, забиться в самый дальний угол, не показываться.

Просто выйти из каюты, не поднимая глаз, сказать, что задремала и не слышала, как стучали. Успеть спуститься и затеряться в толпе. Но страх сковал настолько сильно, что я могла лишь стоять и ждать своей участи.

И та не стала мучить ожиданием. Дверь за моей спиной распахнулась, в каюту ворвался, неизвестно откуда взявшийся, ветер, ласково коснувшись волос. Длинные ледяные пальцы обхватили мои плечи. А знакомые губы невесомо поцеловали мочку уха и прошептали:

– Ты думала, я так просто тебя отпущу?

Глава 1. Пора привыкнуть

“Давно пора уже привыкнуть, пора привыкнуть, пора привыкнуть” – так и стучало в моей голове. И все никак не хотело успокаиваться. Слова Ханны, сказанные утром, как нечто инородное гуляли по сознанию, заглядывали в каждый свободный уголок, оценивали происходящее, но так и не находили себе места.

Солнце уже заканчивало свой круг и клонилось к закату. Воздух постепенно свежел, становился легким и пряным. Сад, на который выходили мои окна, утопал в золотистом свете, оставляя приятное послевкусие и создавая атмосферу чего-то волшебного и невероятного. Так и хотелось закрыть глаза, на секунду поверить в чудесное избавление от всех невзгод. Что стоит только пожелать и все разрешится само по себе, потому что на другое уже не хватало сил.

Вдалеке виднелось озеро. Большое и круглое, оно притягивало взгляд и заставляло ненадолго забыться. Думать о том, как там, наверное, сейчас хорошо. Можно поддаться соблазну, скинуть надоевшее платье и раствориться в прохладной воде, мерно покачиваясь на безмятежных волнах. Не отрываясь, вглядываться в темнеющее небо и считать мириады звезды, поочередно вспоминая их названия.

Так обычно я сидела на подоконнике, положив голову на колени и пытаясь вытравить из памяти события прошедшего дня. Что не всегда удавалось.

А когда получалось, время, проведенное в одиночестве, больше напоминало шутку не рядового ума. Злая и безжалостная она дарила мне возможность немного отдохнуть после тяжелого дня, совсем на короткое время поверить в лучшее. И могла бы сойти за милосердие или за маленькую отдушину во всем том ужасе, что творился вокруг меня. За послабление от сжалившейся души, если бы не один факт. И тяжесть, и спасение зависело от решений одного и того же человека.

В тот день мне не повезло. Слишком ярким он выдался, хотя, если подумать, тогда все для меня было слишком. Да и попытки отрешиться смело можно было назвать бесполезными. Ведь при всех выкрученных на максимум красках произошедшее давно стало обыденностью.

Один за другим дни сливались в бесконечную муку и заканчивались тем же самым, без возможности что-то изменить, особенно когда здесь был он. Я давно уже научилась прятать свои чувства и мысли в течение дня от остальных, давая себе свободу только по вечерам, находя хоть немного равновесия. Пока не появлялся человек, который ломал все, что я построила с таким усердием. Запуская все по новой. Своеобразный бег по кругу.

Ранний подъем. Солнце только показывало лучи, а мы уже на ногах, начинали свои нехитрые приготовления к новому дню. Утренние заботы и помощь по дому: подготовить кухню, потом столовую, накрыть на стол для господ, прибрать в гостиной и других общих комнатах. Дальше свои обязанности, коих было не так много. Даже периодические нравоучения в положенный день и час.

Больше всего мне это напоминало жизнь домашней зверушки. Хомячка, милого и пушистого, которого в принципе и держать-то незачем. Он вроде только место занимает. А выбросить жалко.

Такой забавный: то в колесе побегает, то в опилки зароется, то еще чего веселого учудит. Да и клетка его особо не мешается. В любой момент можно переставить. Просторная со всем необходимым для комфортной жизни. Просто рай.

Правда, без возможности выбраться, только иногда получая призрачную надежду на свободу. Когда у хозяина появляется желание взять своего питомца на руки: потискать, показать гостям или отпустить погулять по дому. Но мгновение счастья всегда заканчивается одним и тем же, неизменным возвращением назад.

И если некоторым и удается выбраться, то иные навсегда остаются привязаны к своим клеткам.

– Давно пора уже привыкнуть. – неизменно говорила кухарка, когда мы заканчивали с обычными делами и располагались на кухне, каждая занятая своими обязанностями. И этот раз не стал исключением. – Сколько ты здесь?

Для нее уже стало традицией выговаривать за мое поведение. Как бы подчеркивая свое более высокое положение и опыт. Хотя это было совсем не так. Она просто считала для себя святой обязанностью наставить меня на путь истинный. Помогать и делать мою жизнь здесь намного легче.

И правильно говорила. Я про наставления. Мне пора было уняться, перестать чувствовать себя чем-то чужеродным. Лишним в этом доме. Ведь времени уже прошло немало. Можно было свыкнуться с обстоятельствами и не выделяться. Другие вон давно забыли былую жизнь и ценили то, что есть. А я… А я все никак.

К постоянным выговорам, конечно же, привыкла. Раз за разом они становились для меня все больше шумом. И все меньше занимали мои мысли. Стоило бы начать радоваться каждому дню, проведенному здесь, сытой жизни, крыше над головой. Но не смогла, как ни пыталась.

“Сколько я здесь?” Вопрос задавался скорее для привлечения внимания. Чтобы я не отвлекалась и всецело впитывала ее мудрость. Именно Ханна приняла меня в первый день. Сложно было представить, что однажды она забудет про это.

Первое, что я помню, когда открыла глаза, то не сразу поняла, где нахожусь. Небольшая комната, обшитая деревом. Шкаф, тумба и кровать, на которой я в тот момент лежала – все, что туда помещалось. Ещё было окно, судя по звукам, выходящее в сад. У двери стояла пожилая женщина. Среднего роста, в длинном темном платье в пол, поверх которого был надет белый фартук, волосы собраны в необычную разновидность чепца, руки сцеплены в замок на животе.

– Ну, что, девочка? – улыбнулась она. – Проснулась?

– А где…? – спросила было я.

– Не задавай вопросы, – перебила меня женщина. – Всё, что нужно тебе и так расскажут.

– Но…

Я что сказала? – строго посмотрела она. – Как себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Вот и славно, – еще раз улыбнулась женщина. – Меня зовут Ханна. А тебя?

– Меня…, – я попыталась вспомнить, но в голове оказалась полнейшая пустота: ни имени, ни понимания кто я и откуда. Просто чистый лист, – Я, я, – я так и не смогла подобрать слов, – меня…, – занервничав, попыталась подняться.