Подкидыш для Цербера
Шрифт:
Остановилась на новостях. Экстренный выпуск. Какой-то парень вскарабкался на крышу многоэтажки и опасно балансировал, стоя на самом краю. Съемки велись снизу, и репортер сбивчиво объяснял, что безумцу каким-то необъяснимым образом удалось блокировать все выходы на крышу. Спасатели, едва достигнув последнего этажа здания, чувствуют жуткое головокружение и не могут пробраться к цели. В путаных комментариях очевидцев чаще всего звучало слово «мистика».
Камера сняла крупным планом безумца. Он размахивал руками и выкрикивал что-то по-итальянски. Глаза его были закрыты.
–
– закричала я так, что наверняка перебудила всех соседей до первого этажа.
Орбы меня поддержали, озарив комнату яркой вспышкой. Свет в квартире погас, экран телевизора треснул, и из него повалил клубами дым.
– Это он, твой итальяшка?!
– засуетилась Светка.
– Что он делает там, на крыше?
– Решил покончить с собой, что еще?..
– пробубнил Игорь, выдергивая шнур телевизора из розетки.
– Я вначале тоже об этом способе подумывал, но выбрал таблетки. А это здание довольно известно, оно так и притягивает всяких сумасшедших и маньяков.
Я схватила его за грудки и принялась трясти с такой силой, что у него клацнули зубы.
– Ты знаешь, где это место?
– говорила и не узнавала собственный голос.
– Проводи меня туда. Немедленно!
– Ладно-ладно, - не стал противиться Игорь.
– Только отпусти.
Я опомнилась и метнулась в прихожую обуваться.
– Давай скорее, - поторопила Игоря, лениво натягивавшего куртку.
– Не суетись ты. Если бы хотел прыгнуть - прыгнул, - тоном знатока сообщил он.
– А так... одно слово - показушник!
Моя нервозность достигла предела. Я готова была кинуться на первого встречного и порвать в клочья. Казалось, у меня в венах течет не кровь, а раскаленная лава.
– Сандро и не собирается прыгать! Он приманивает их. Хочет вернуть...
– Кого их?
– Светка, провожавшая нас с Игорем, округлила глаза.
– Летучих мышек?..
Ее шутка показалась мне неуместной. Понимаю, она давно работает в отделе и насмотрелась всякого. Но ведь это не ее любимый стоит сейчас на краю бездны. Один на один с собственными страхами.
– Орбов, - бросила я.
Схватила Игоря за руку и потащила на лестницу.
– Кого-о-о?..
– крикнула Светка вдогонку.
Но я ее уже не слышала. Пусть думает что угодно. Для меня сейчас главное - добраться до Сандро. И отдать ему его чертовых «друзей». Мне-то они совсем ни к чему. А он без них уже не может.
Плевать на докторов и их профессиональное мнение. Если Сандро не желает жить так, как живут все, - это его выбор, и не стоит его оспаривать. И вообще, кто сказал, что такая жизнь ненормальна? Возможно, как раз Сандро первому удалось достичь той самой нирваны, к которой все стремятся. Познать сущность мироздания и слиться с ней воедино!
Пробиться сквозь полицейский заслон, толпу зевак и репортеров оказалось не так просто. Пришлось применить хитрость, смекалку. А еще славно поработать локтями. Игорь потерялся где-то в толпе, но я и не заметила.
– Можно мне это взять?
– спросила у спасателя, караулившего пожарную лестницу. И, не дожидаясь ответа, выхватила рупор из его рук.
– Он барахлит, - опешил парнишка.
– Эй, куда вы?! Туда нельзя.
Он попытался стянуть меня с лестницы, но не тут-то было. Я карабкалась ловко, как цирковая обезьянка.
– Меня и не надо спасать, - крикнула вниз.
– Позаботьтесь лучше о себе.
Низкое осеннее небо решило подшутить и разразиться новой грозой. Или проверить меня на прочность.
Но я уже не боялась. Ни холодные ледяные капли, хлеставшие по лицу, ни ветер, грозивший сорвать с лестницы, не могли меня остановить. И только люди, слегка оглушенные воздействием орбов, все еще вяло пытались вразумить.
– Вернись! Свалишься!
– орали мне снизу.
– Лучше...
Раскат грома заглушил последние слова. Но я и так знала, что для меня лучше. А голова не кружилась совсем.
Добравшись до крыши, все же глянула вниз, позабыв о том, что этого делать не стоит ни в коем случае. Люди внизу казались муравьями, беспомощно суетящимися возле разрушенного муравейника. Несмотря на буйство стихий, толпа отказывалась расходиться. Сандро прав: людей влечет опасность. Она, пожалуй, способна затмить даже чувство самосохранения.
– Сандро!..
– крикнула я, ступая на крышу.
Колени мои дрожали, а дыхание сбилось, словно пришлось бежать несколько километров. Сплошная стена ливня затмевала обзор.
– Сандро, где ты!..
– крикнула я уже в рупор.
– Иди на мой голос... пожалуйста!
Ответом стал удар молнии, сопровождаемый оглушительным громом. Вспышка помогла мне сориентироваться и рассмотреть Сандро. Он успел перейти на другую сторону крыши. Размахивал руками и мог свалиться в любую секунду.
– Я тебя не вижу!
– выкрикнул он.
– Где ты?..
Он опасно покачнулся, и я ринулась к нему.
– Я здесь!
– кричала, что есть мочи.
– Знаю, что ты не видишь! Иди на мой голос!
Новая вспышка осветила крышу. Сандро шел от меня в противоположном направлении. Глаза его были закрыты, а руки судорожно сжимали разбитую камеру.
– Я не могу так жить, белла.
– Он помотал головой.
– Не хочу.
– Эскольта соло ми!
– я все же запомнила эту фразу.
– Тебе не нужны орбы, чтобы видеть. Я стану твоими глазами. Если хочешь.
– Ты не выдержишь.... Не хочу быть тебе обузой.
Я все же поймала его за отворот куртки. Потянула на себя. Обняла так крепко, чтобы уже ничто не могло разлучить.
– Разве любовь может быть обузой?!
– мне все еще приходилось кричать. Теперь - чтобы заставить замолчать орбов.
– И тебе не нужны «друзья», чтобы быть счастливым. Бояться нечего!
– Я привык так жить...
– Тогда я верну тебе их, хочешь?..
Напряглась изо всех сил, заставила свои эмоции всколыхнуться. Вспомнила все самые трагичные и самые счастливые моменты своей жизни. Перезвон и дребезжание подсказали, что я на верном пути.
Вскоре воздух вокруг нас с Сандро задрожал, вспыхнул разноцветными всполохами. Люди там, внизу, наверняка ахнули от восхищения. Виданное ли дело - необычайно яркое северное сияние в московском небе. Потом, когда придут в себя, наверняка все спишут на грозу.