Подонок
Шрифт:
Я развернулся и пошёл в сторону пристройки, всё тяжелее и тяжелее, было оставаться с Ниной наедине, ведь, я так и не сказал ей главных слов.
ВАХИД
До самолёта оставалось всего ничего. Вот-вот должна была приехать машина, когда после игры с Кристиной, которая покорила моё сердце, вошёл к ней в спальню. В джинсах и толстовке, со, скрученной дулькой на голове, она стояла у единственного чемодана. Другая, совсем, не похожая ни на кого. Моя. Хотелось укрыть её, прижать к себе и в то же время грубо растерзать. Подошёл к ней вплотную, хоть и знал, причинил ей много боли, не только физической, но и моральной. Вспоминал, смотря, на неё, как до одури касался её губ своими губами, как брал её вновь и вновь, чувствуя дикий жар и сумасшедшую
— Презираешь меня?
Она, молча, стащила с кровати чемодан.
— Спасибо, что, мы берём Кристину с собой, но это ничего не изменит!
— Не изменит чего? — прищурился я.
— Ничего! Я сделала всё и сделаю, как сказал и скажет твой отец, но прошу, давай не будем разыгрывать семейную идиллию, как всё хорошо!
Я выругался и вышел из спальни новой жены. Злило всё. Подъехавшее такси, разговор с матерью и её слёзы, а ещё взгляд отца, глубокий и грустный, такое чувство, что в нём что-то было, только вот что, я ещё сам не знал. В аэропорту купил радостной Кристине огромную куклу и пытался то и дело наблюдать за её сестрой, но она, кажется, не реагировала ни на что. Пустой равнодушный взгляд. Он менялся, загораясь теплотой, лишь, когда видела сестру, а со мной тут же становился холодным и серьёзным, словно меня вовсе не было.
— Кристина радуется кукле!
Присел напротив, вертя в руках чашку с кофе. Алёна, а ныне Элина, лишь кивнула мне. Даже не смотрела мне в глаза. Казалось в них пустота, пустота и холодное отвращение ко мне. А во мне что-то загоралось, что-то неизведанное до этого момента. За один день, я привык к Кристине, радостно бегая с ней по аэропорту и кружа на руках, а ещё то и дело, пытался разбудить в её сестре то, чего сам не понимал и не знал, имею ли права требовать от неё после всего.
— Почему не ешь пирожное? — осторожно спросил я Алёну, видя, как Кристина радостно уплетает уже второе.
Алёна отпила остывший кофе.
— Аппетита нет, спасибо!
Отвернулся от неё, стараясь не смотреть.
— Ням ням, оно вкусное!
Кристинка доверчиво посмотрела мне в глаза и маленькими пухленькими пальчиками, коснулась моей руки.
— Давай с собой возьмём, я давно, таких, вкусных, не ела! Алёна, когда могла, приносила, но у нас всегда не хватало денег! Лёша всё проиграет, а мама пропьёт! Алёна потом плакала, думая, что я маленькая, а я не маленькая, я всё понимаю! Мне ведь пять!
Я посмотрел на Алёну, она старалась не реагировать, но, я видел, ей больно это слышать.
— Обещаю, мы возьмём все пирожные и теперь всё позади! У вас всегда всё будет самое вкусное! — тихо произнёс я, прижимая к себе Кристинку.
Алёна отвернулась.
****
Уже собираясь на регистрацию, я торжественно вручил Кристине большую коробку пирожных, а Алёна в это время старательно замазывала круги под глазами.
— Смотри, это Джабраилов! Тот сынок генерала с видео! А она ещё в жизни страшнее, чем в интернете! Дочка майора, а уродина такая!
Я напрягся, позади, стояли две девчонки, и насмешливо смотрели на Алёну.
— Блин, он, красавчик, как, только, посмотрел на это чучело!
Бросил взгляд на Алёну, она делала вид, что не замечала, но я видел, как ей неприятно. Молча подхватив сумку, пошла в сторону регистрации, а я держа за руку Кристину, мысленно проклинал этих куриц, которые узнали меня и её.
Уже, почти, когда проходили регистрацию, я краем глаза заметил черноволосую девчонку с каре спешившую к нам. Внутри всё похолодело, кажется, я хорошо знал эту брюнетку. Слишком хорошо.
— Элина! Элина стой!
Алёна ни на что, не реагируя, молча, протянула паспорт, а я ощущал, как сердце, бешено, отбивает чечётку.
— Элина!
— Девушка, сюда нельзя!
Дорогу ей тут же преградил один из охранников, но она грубо оттолкнула его.
— Элина, сука, ты, поганая, где бабки! Там три ляма было!
Я к твоему отцу пойду, шваль! Думаешь, тварина, за генералова, сынка, выскочила то всё можно! Он и меня трахал!Народ любопытствующее замер, Алёна обернулась, скорее всего, поняв суть происходящего, а я зажпав уши Кристине, начал протискиваться вперёд. Три миллиона, вот чьи деньги это были, только вот за что, ответа на этот вопрос у меня не было.
****
— Ты убил бабу и забрал её деньги? — спросила Алёна, смотря на меня в упор, когда Кристина заснула.
Я, отложив ноутбук, усмехнулся.
— Нет, так случайно вышло!
— Тебе смешно? А ведь она чья-то дочь!
Я отвернулся к окну. Об этом думать не хотелось, оставалось лишь одно, думать о том, что отец всё уладит, другого варианта у нас просто не могло быть.
— Зачем, ты всё это делаешь?
— Ты решила допрос с пристрастием мне устроить? — с вызовом спросил её я.
Алёна пожала плечами.
— А что потом? Твой отец убьёт меня? Не трогайте Кристину!
Я отпил сок.
— Пей лучше! Что херню несёшь???? Я фильм смотреть!
Включил кино, Кристина уютно устроилась на мне, мирно посапывая, Алёна сказала, это её первый полёт в самолёте. Вот только фильм не шёл, краем глаза, я наблюдал за ней, за тем, как она поправляет прядь длинных белых волос и с какой-то непонятной грустью смотрит перед собой.
Она ненавидела меня за эту ночь и видео. Такие вещи не прощаются, я знал это, знал и что, брат не простил меня что сбежал, смалодушничал, оставил мальчишку с телом умирающей матери. Испугался и теперь уродом, себя, считал. Конченым, уродом. Только вот себя понять не мог, она же временная, ни на всю жизнь, если малую отец не тронет, то её по-любому уберёт, слишком много она знает, а таких свидетелей, отец убирает. Нужна ли она мне? Я не знал. Но смотря в её огромные голубые глаза, замирал и млел, как мальчишка. Хотел смотреть в них вечность, а ещё до одури хотел, чтобы голову на плечо мне положила и сладко заснула рядом с Кристиной.
— Если хочешь, клади голову мне на плечи, и спи! — неожиданно произнёс я, снимая наушник.
Алёна широко распахнула глаза, а после, накинув плед на спящую сестрёнку, отвернулась и закрыла глаза. Я про себя выругался, изнемогая от беспомощной ярости и бессилия к себе, она меня никогда не простит, я это понимал, слишком больно я ей сделал.
Глава 14
АЛЁНА
Я не спала, просто делала вид что спала. Вот как. Он даже не ответил, что будет с нами, а по глазам я поняла. Меня уберут, очень скоро уберут, как стану неугодна и решу все их проблемы. Надо бежать, брать Кристину и бежать. Конечно, в Грозном это сделать очень сложно, но можно. Поедем к русским на границе. Смешно. У генерала везде свои связи, глаза, руки и уши. Нас убьют намного быстрее, чем, мы решим чихнуть. Шумно выдохнула, стараясь не разбудить сестру, страх за неё не отступал ни на секунду. Неужели, он такой подонок, что дарит малышу игрушки, сладости, а потом что-то сделает ей, прежде убив её сестру? Под ложечкой засосало, я еле сдерживалась, стараясь не падать духом, но не могла. У них деньги, связи, всё, а у меня ничего. Плохое всё самое плохое отчаянно до боли, до дикости лезло ко мне в голову, пульсирующая боль стала давить на виски. Я первый раз летела в самолёте, первое приключение, а их за эти дни у меня стало очень, много. Я вспомнила всё, что Вахид Джабраилов сделал, со мной эту ночь и опять стало тяжело дышать. Будто парализовало всю.
Гнала их изо всех сил и надеялась Вахид, не даст, сестре телефон, даже если его отец удалил видео, из свободного доступа, я знала, оно всё равно где-то есть и рано или поздно, я опять увижу его, переживая всё это заново. Увидеть его заново, означало вновь испытать страх, боль и унижение, страх меня, полное уничтожение меня, вот что это было.
Я знала, я средство спасения для сына генерала и не более того. Марионетка. Кукла. Кукла, которой надо искать спасение, пока она ещё жива.
— Ты спишь?